Антропология с прагматической точки зрения

Антропология с прагматической точки зрения

Антропология с прагматической точки зрения

«Антропология с прагматической точки зрения» (1798) – последний труд, изданный при жизни Канта; представляет собой переработку лекций, прочитанных философом между 1772 и 1796 гг.

В своей работе Кант философски осмыслил и соединил друг с другом современные ему знания из различных научных областей (физической географии, естественной истории, эмпирической психологии, психопатологии, физиогномики и др.), создав тем самым основу для интегративной науки о человеке.

Благодаря этому Кант по праву считается одним из основателей современной философской антропологии.

Попытки понять природу человека и описать знания о нем предпринимались задолго до Канта, а само слово «антропология» впервые употребляется еще в самом начале 16 века: по всей видимости, впервые об антропологии как о самостоятельном поле научного исследования можно вести речь начиная с работы Магнуса Хундта «Anthropologium de hominis dignitate», вышедшей в свет в 1501 году. Бурное развитие естественнонаучных дисциплин в 17 и 18 столетии привело к появлению новых, существующих и в наше время наук: психологии, социологии, экономики и др. Главным отличием работы Канта от работ его предшественников была предпринятая философом систематизация имеющихся к тому времени знаний о человеке в единое, взаимосвязанное целое. Кант считал системность главным отличительным признаком научного знания, и для конца 18 – начала 19 века это представление было инновационным.

Многие идеи и мотивы, которые с современной точки зрения относятся к области философской антропологии, можно найти и в других работах Канта. В первую очередь речь идет о теории самосознания в «Критике чистого разума», а также о теории свободы (из первой и второй Критики) и о роли организма в «Критике способности суждения».

Среди работ докритического периода особую роль играют «Наблюдения над чувством прекрасного и возвышенного» (1764), «Опыт о болезнях головы» (1764), «О различных человеческих расах» (1775) и лекции по физической географии (с 1755 г.).

Из более поздних работ стоит отметить «Предполагаемое начало человеческой истории» (1786) и «К вечному миру» (1795).

«Антропология» разделена Кантом на две неравных части. В первой части, носящей заглавие «Антропологическая дидактика», рассматривается познавательная способность человека, чувства удовольствия и неудовольствия (в контексте вопроса о роли чувств в их отношении к рассудку), а также способность желания.

Вторая, меньшая по объему часть («Антропологическая характеристика») посвящена характеру личности, пола, рас и народов.

В «Антропологии» затрагиваются такие темы, как роль естественной истории для формирования современного человека, эмпирические аспекты свободы, связь антропологии и морали, роль эмоций для человеческого познания, космополитизм как основание прагматической антропологии и др.

В «Антропологии с прагматической точки зрения» Кант определяет человека как живое существо, наделенное разумом. Как существо наделенное разумом человек обладает свободой воли и способен, таким образом, к свободным поступкам.

Поэтому кантовская антропология является своего рода эмпирической теорией действия. Основные вопросы, которые при этом занимают Канта: каким образом возможна наука о человеке как о свободно поступающем существе и какой характер должна принимать эта наука.

При этом Канта не интересует природная обусловленность человека, хотя он и никогда не забывает, что человек – часть природы. Значительно важнее для него вопрос о самоопределении человека.

Тем самым антропология превращается у Канта в науку, которая должна помочь человеку реализовать все заложенные в нем потенции.

Задачи «Антропологии» Кант определяет неоднозначно: в частности, он не дает четкого описания роли антропологии по отношению к другим философским дисциплинам. «Антропология» не содержит прямого ответа на знаменитый четвертый вопрос Канта: «Что такое человек?» и, таким образом, едва ли может рассматриваться как своего рода четвертая Критика.

В то же время, рассматривая вопрос о сущности человека с динамической точки зрения, кантовская антропология предвосхищает позднейшую полемику вокруг т.н. «негативной антропологии». Так, представление Ж.-П.

Сартра о том, что сущность человека не может быть устойчивой и что человек сам свободно определяет ее, во многом напоминает знаменитую кантовскую формулировку, определяющую отличие прагматической антропологии от антропологии физиологической: в то время как физиологическая антропология «исследует то, что природа делает из человека», предметом прагматической антропологии является «то, что он в качестве свободно действующего существа делает или может и должен сделать из себя сам» (ПСС в 6 тт., т. 6, стр. 351).

Говоря о (само)воспитании человека, Кант динамически интерпретирует и его отличительный признак (proprium). Несмотря на то, что не существует неизменных биологических видов, человек всегда может стабилизировать важные элементы своей природы – посредством культуры.

В этом и заключается «итог» кантовской прагматической антропологии: «Человек своим разумом определен к тому, чтобы быть в общении с людьми и в этом общении с помощью искусства и науки повышать свою культуру, цивилизованность и моральность и чтобы, как бы ни была сильна его животная склонность пассивно предаваться побуждениям покоя и благополучия, которые он называет счастьем, стать, ведя деятельную борьбу с препятствиями, навязанными ему грубостью его природы, достойным человечества» (т. 6, стр. 578). И хотя природа заложила в человека «зерно раздора», она же тем самым открыла для него возможность совершенствовать себя «через развитие культуры».

Большинство современников Канта скептически восприняли появление «Антропологии». Так, Ф.

Шлейермахер в своей рецензии в журнале «Athenaeum» (II/2, 1799) подверг критике кантовское противопоставление физиологической и прагматической антропологии, назвав «Антропологию» «собранием тривиальностей» и «отрицанием всякой антропологии».

Гете, всегда относившийся к Канту с большим уважением, в письме к К. Г. фон Фойгту от 19 декабря 1798 г. отметил ограниченность многих утверждений Канта и их зависимость от предрассудков того времени (например в отношении женщин).

Детальный анализ «Антропологии» выявляет множество проблем и противоречий. Некоторые исследователи (в частности, Р. Брандт) рассматривают эмпирический и прагматический подход Канта, направленный на интеграцию всех знаний о мире, имеющих отношение к человеку, как своего рода «инородное тело» в рамках кантовской критической философии с ее понятием априорного знания.

С другой стороны, многие кантоведы (А. Вуд, Б. Рекки и др.) отмечают тематические связи между «Антропологией» как текстом, содержащим теорию человеческих способностей, и тремя Критиками, и считают «Антропологию» их логическим продолжением.

Одной из наиболее серьезных проблем является кантовское определение антропологии как науки – несмотря на отсутствие у нее конкретной модели научного объяснения и экспериментальных доказательств. Наиболее удачную попытку объяснить это предполагаемое несоответствие предпринимает Т. Штурм.

С его точки зрения, кантовская антропология отвечает как «внутренним», так и «внешним» критериям системности: она основана на представлении о системе способностей человеческой души и с методологической точки зрения соприкасается с другими гуманитарными науками.

Рассматриваемая с позиции вопроса Канта о человеке и определения антропологии как учения, касающегося знания человека, изложенного в систематическом виде, кантовская антропология способна служить теоретической базой для исследований, учитывающих достижения в разных областях современных наук.

Поскольку всякая человеческая деятельность связана с его естественным происхождением, вполне возможно представить себе модель, в которой человек одновременно будет рассматриваться как тело, индивидуум и член сообщества.

Таким образом, свойственная человеку возможность определенным образом относиться к предметам, другим людям или к самому себе может быть отражена в интегративном понятии Я, систематически объединяющем в себе открытия гуманитарных и естественных наук.

Литература

Кант И. Антропология с прагматической точки зрения // Кант И. Соч.: в 6 т. М., 1966. Т. 6. С. 350–588.

Böhme G. Anthropologie in pragmatischer Hinsicht. Darmstädter Vorlesungen. Frankfurt, 1985.

Brandt R. Kommentar zu Kants Anthropologie in pragmatischer Hinsicht (1798). Hamburg, 1999.

Cohen A. Kant and the Human Sciences: Biology, Anthropology and History. New York, 2009.

Foucault M. Anthropologie du point de vue pragmatique. Introduction à l’Anthropologie [1964]. Paris, 2008.

Frierson P. R. Freedom and Anthropology in Kant’s Moral Philosophy. Cambridge, 2003.

Heidemann D. H. (Hg.). Kant Yearbook 3/2011: Anthropology. Berlin/New York, 2011.

Hinske N. Kants Idee der Anthropologie“ // Die Frage nach dem Menschen. Aufriss einer Philosophischen Anthropologie. Festschrift für Max Müller zum 60. Geburtstag / Hrsg. H. Rombach. Freiburg i.Br./München, 1966. S. 410–427.

Kim S. B. Die Entstehung der Kantischen Anthropologie und ihre Beziehung zur empirischen Psychologie der Wolffschen Schule. Frankfurt am Main, 1994.

Louden R. B. Anthropology // Louden R. B. Kant’s Impure Ethics: From Rational Beings to Human Beings. Oxford, 2000. P. 62–106.

Sturm T. Kant und die Wissenschaften vom Menschen. Paderborn, 2009.

Wilson H. L. Kant’s Pragmatic Anthropology. Its Origin, Meaning, and Critical Significance. New York, 2007.

Wood A. W. Unsociable Sociability. The Anthropological Basis of Kant’s Ethics // Philosophical Topics. 1991. Vol. 19. P. 325–351.

Wood A. W. Kant and the Problem of Human Nature // Essays on Kant’s Anthropology, / Ed. Brian Jacobs, Patrick Kain. Cambridge, 2003. P. 38–59.

Источник: http://kant-online.ru/?page_id=118

Антропология Иммануила Канта с прагматической точки зрения

Антропология с прагматической точки зрения

Иммануил Кант в письме, отосланном в 1773 г.

Маркусу Герцу, одному из своих слушателей, проговаривается, что в последнее время он завершил несколько фундаментальных работ, создал некую «совершенно новую науку», пишет, что достиг того, что обладает «системой, полностью открывающей тайну существовавшей до сих пор загадки и подчиняющей действия изолирующего самого себя разума надежным и легко применяемым правилам…» Кант поясняет, что речь идет о замыслах трансцендентального учения как о критике чистого разума, метафизики природы и нравственности. В письме профессору Штейдлину (1798) он говорит об этой работе как о уже почти завершенной и ретроспективно обрисовывает ее первоначальный замысел: «В соответствии с моим давно намеченным планом работы в области чистой философии мне предстояло решить три задачи: 1) Что я могу знать? (Метафизика). 2) Что мне надлежит делать? (Мораль). 3) На что я смею надеяться? (Религия); за этим должна была следовать четвертая задача: Что есть человек? (Антропология…)». Из этих вопросов, известных еще по «Критике чистого разума», в недоумение способен поставить последний: действительно, в трансцендентальном учении его разработки нет. И тем не менее, специальную работу по антропологии Кант выпустил в 1798 г. Это был последний труд философа, увидевший свет при его жизни. С русским переводом этого трактата читатель может познакомиться благодаря издательству «Наука», выпустившему кантову «Антропологию с прагматической точки зрения» в серии «Слово о сущем» в нынешнем году.

Трактат этот представляет исключительный интерес, хотя такая «антропология» очевидно сильно отличается от тех дисциплин, которые мы привыкли наделять таким именем. С другой стороны содержание работы и манера изложения может показаться на первый взгляд несвойственной Канту.

Это — «позитивная» дисциплина, наука о человеке (это отмечает, например, Мартин Бубер). Свою антропологию Кант строит на понятии свободы, одного из двух предметов философии как законодательства человеческого разума. Неслучайна и оговорка «с прагматической точки зрения».

Труды Канта отличаются цельностью замысла; в конспекте логики 1800 г. философ так формулирует общую свою задачу: определить источники и границы «человеческого» (!) знания, а также пределы его применения.

Один из окончательных выводов «Критики чистого разума» гласит: спекуляции разума в его трансцендентальном применении в целом направлены как на конечные цели на свободу воли, бессмертие души и бытие Бога.

Однако последние не могут быть разработаны исключительно спекулятивно, но рекомендуются разумом для практического применения, где они приобретают такую форму: что мне надлежит делать, если воля свободна и т.д. Формулировка же трех знаменитых вопросов («что я могу знать?» и т.д.) учитывает интересы и спекулятивного и практического разума.

В «Логике» Кант указывает, что эти три вопроса «можно было бы свести к антропологии». То есть все вопросы, философское рассмотрение которых так или иначе указано нам разумом, сказываются по сути о человеке.

И с другой стороны, прежде чем строить любую человеческую науку, будь то антропология или физическая география, неплохо бы было прояснить основания возможного знания, роль и границы применения чувственности, рассудка и разума.

Об этом, отчасти, говорит и сам Кант в «Антропологии», что в ее пределах «соединенные по законам рассудка явления составляют данные опыта, и вопрос о характере представления вещей, о том, каковы они вне отношения к чувствам, вообще не возникает: такого рода исследование относится к области метафизики, рассматривающей возможность познания… Впрочем, поскольку знание человека, сложившееся на основе внутреннего опыта, чрезвычайно важно, но, быть может, еще труднее, чем правильное суждение о других, то желательно и даже необходимо начинать с явлений, наблюдаемых в себе самом, и только после этого переходить к утверждению положений, касающихся природы человека…»

Итак, философия как законодательство человеческого разума имеет два предмета — природу и свободу, — которые определяют свои законы природе как предмету опыта и воле человека, поскольку на нее воздействует природа. Науки также могут изучать либо законы природы, либо законы свободы.

Ту науку, что изучает законы свободы, Кант именует этикой. Каждая наука имеет рациональную и эмпирическую часть; этика т.о. разделяется на практическую антропологию и собственно мораль. Метафизика же нравов ничего не заимствует из антропологии, представляя собою сферу чисто априорного.

Интересно, что Кант читал свой курс по антропологии в одном разделе с другой эмпирической наукой — физической географией, — и полагал, что они обе чрезвычайно полезны для практического применения знаний, и что только они могут быть названы «знанием мира».

В указанном письме Герцу Кант говорит о приоритетной роли антропологии перед иными практическими науками: эта роль состоит в том, что практическая антропология, будучи организуема категориями метафизики нравственности, соответствует по своей структуре этой части философии, рассматривающей правила практического применения разума, являющиеся необходимой дисциплиной чистого разума. Более того, чистый разум в своем эмпирическом применении в практической антропологии не нуждается в критике, потому что его основоположения постоянно проверяются критерием опыта, в чем очевидная польза практической антропологии для умов. Причем посредством именно этой дисциплины Кант предполагал тогда и позже «выявить источники всех наук: нравственности, различных видов умения, общения, методов образования и управления, другими словами — всей практической сферы».

В Предисловии к трактату философ определяет антропологию как «систематически изложенное учение, предлагающее знание о человеке».

Такое учение, однако, «может быть построено с физиологической и с прагматической точки зрения», причем последняя исследует «то, что он в качестве свободно действующего существа делает или может и должен сделать из себя сам».

Однако антропология, рассматриваемая как «знание мира», если имеется в виду знание только о «вещах мира», не есть еще антропология в кантовом смысле этого слова: она станет ей только если будет учтен ее сугубо практический аспект.

«Выражения знать мир и владеть миром, — пишет Кант, — значительно отличаются друг от друга по своему смыслу: в одном случае человек понимает, в чем заключается игра, за которой он наблюдает, в другом он в ней участвует».

Это положение напоминает установки современной социальной или культурной антропологии. Кант допускает в качестве метода наблюдения путешествие и чтение романов.

Кроме того, в Предисловии мы находим важное методическое замечание: адекватности наблюдения могут воспрепятствовать нежелание или невозможность человек представить из себя то, что он есть по сути; наличие у него аффектов, привычек; влияние судьбы.

Кант предлагает проект определенной дисциплины, отвечающей на вопрос «что есть человек?» и представляющей собой практическую деятельность. Под практической деятельностью здесь подразумевается наблюдение и собственный опыт, целью которого должно стать систематическое описание человека.

Структура трактата такова: поначалу рассматриваются темы, касающиеся познавательных способностей человека вообще и возможности его познавать себя (и уже при этом попутно выявляются и даются многочисленные описания того, что есть человек и что ему подлежит). Далее исследование движется к самим описаниям человека.

В тексте без труда можно найти множество рассуждений относительно природы языка, сна, игры; описание характеров индивида, пола, народа; ряд остроумных замечаний о типах эгоистов, об отличии самонаблюдения от простого замечания фактов о себе, о различии между простофилей, ясной головой, человеком ограниченного ума и широко образованным, о разных типах заучивания наизусть и т.д.

И под конец дадим слово самому Иммануилу Канту.

«Систематически изложенная и одновременно популярная (благодаря примерам, пополнить которые может любой читатель) антропология с прагматической точки зрения обладает для читающей публики следующими преимуществами: благодаря полноте рубрик, под которые может быть подведено то или иное наблюдаемое человеческое свойство, находящее свое выражение в сфере практического, она дает множество поводов и оснований, позволяющих превратить каждое отдельное свойство в самостоятельную тему и поместить его в надлежащий раздел; таким образом работы здесь сами собой распределяются между любителями такого рода исследований и соединяются единством плана в некое целое, что способствует росту этой полезной всем науки и ускоряет исследование в ее рамках».

Источник: http://anthropology.ru/ru/text/larionov-iyu/antropologiya-immanuila-kanta-s-pragmaticheskoy-tochki-zreniya

Иммануил Кант «Антропология с прагматической точки зрения»

Антропология с прагматической точки зрения

Свою антропологиюКант строит на понятии свободы, одногоиз двух предметов философии какзаконодательства человеческого разума.Неслучайна и оговорка «с прагматическойточки зрения».

В Предисловии ктрактату философ определяет антропологиюкак «систематически изложенное учение,предлагающее знание о человеке». Такоеучение, однако, «может быть построенос физиологической и с прагматическойточки зрения», причем последняя исследует«то, что он в качестве свободно действующегосущества делает или может и долженсделать из себя сам».

Однако антропология,рассматриваемая как «знание мира», еслиимеется в виду знание только о «вещахмира», не есть еще антропология в кантовомсмысле этого слова: она станет ей толькоесли будет учтен ее сугубо практическийаспект.

«Выражения знать мир и владетьмиром, — пишет Кант, — значительноотличаются друг от друга по своемусмыслу: в одном случае человек понимает,в чем заключается игра, за которой оннаблюдает, в другом он в ней участвует».Это положениенапоминает установки современнойсоциальной или культурной антропологии.Кант допускает в качестве методанаблюдения путешествие и чтение романов.

Кроме того, в Предисловии мы находимважное методическое замечание:адекватности наблюдения могутвоспрепятствовать нежелание илиневозможность человека представитьиз себя то, что он есть по сути; наличиеу него аффектов, привычек; влияниесудьбы.

Кант предлагаетпроект определенной дисциплины,отвечающей на вопрос «что есть человек?»и представляющей собой практическуюдеятельность. Под практическойдеятельностью здесь подразумеваетсянаблюдение и собственный опыт, цельюкоторого должно стать систематическоеописание человека.

Структура трактататакова: поначалу рассматриваются темы,касающиеся познавательных способностейчеловека вообще и возможности егопознавать себя (и уже при этом попутновыявляются и даются многочисленныеописания того, что есть человек и чтоему подлежит). Далее исследованиедвижется к самим описаниям человека.

Втексте без труда можно найти множестворассуждений относительно природы языка,сна, игры; описание характеров индивида,пола, народа; ряд остроумных замечанийо типах эгоистов, об отличии самонаблюденияот простого замечания фактов о себе, оразличии между простофилей, яснойголовой, человеком ограниченного умаи широко образованным, о разных типахзаучивания наизусть и т.д.

В «Антропологиис прагматической точки зрения» И. Кантрассматривает аффекты и страсти душив разделе, посвященном анализу способностижелания. Так как в кантовской системеспособность желания определяетсяразумом, а страсти и аффекты традиционноразуму противостоят, то в целом Кантоценивает действие страстей и аффектовна человека негативно, по его словам,это болезнь разума.

Причем аффекты Кантсравнивает с апоплексическим ударом(их действие проявляется внезапно ичеловек не в силах им противостоять), астрасти с чахоткой или истощением (онидействуют медленно, но постоянно, с нимичеловек в состоянии бороться, хотя этонелегко).

Аффекты, по Канту,делают человека слепым, они не позволяютему рассуждать. Однако опытный ораторили проповедник в своей зажигательнойречи может вызывать аффекты у своихслушателей для оживления их представленийо морально добром, для вызова моральногоэнтузиазма. Аффектами сопровождаетсяреволюция в сердце верующего человека, осознание своей готовности служитьдобру.

[2] Однако само это служение можетпроходить только под руководствомразума. Если в религии преобладаютаффективные проявления души и именноим отдается предпочтение, то, по Канту,эта ложная религия, противостоящаярелигии в пределах только разума.

В«Споре факультетов» Кант ироническиописывает надрыв сердца в покаянии,значимый для пиетиста, но уводящий отистинной религии, которая своимсодержанием ничем не отличается отморали.

Страсти Кантопределяет как склонности, которыемешают разуму при том или ином выборесравнить их с суммой всех другихсклонностей. Страсть означает предпочтениесклонностей в ущерб разуму, это «раковаяопухоль для чистого практическогоразума».

Страсти Кант разделяет наестественные (жажда свободы и половоевлечение) и на связанные с культурой(честолюбие, властолюбие и корыстолюбие);вне этой классификации располагаетсячрезмерная склонность к иллюзиям. Всеэти страсти оборачиваются несвободой,рабством внешних целей, злым, моральнодурным поведением.

Использовать страстив прагматических целях нельзя, их можнотолько обуздывать. В религии страстипорождают лжеслужение Богу, то естьтакую религию, где основными становятсянеморальные практики. В «Антропологиис прагматической точки зрения» Кантподвергает критике страсть к фальшивомублагочестивому смирению перед священником.

Она связана с честолюбием и ложью: этостремление приобрести хорошую репутациюнедозволенными средствами, черезсоздание видимости благочестия. Такжев данной работе Кант подвергает критикеумерщвление плоти отшельником. Этоложная добродетель, склонность,преступившая меру и превратившаяся встрасть.

Кроме того, отшельничествонеприемлемо и потому, что оно ничегоне дает для общественного блага, а моральи моральная религия у Канта связаны собщественной жизнью, мораль рассматриваетсяим как сущность социальности.

Склонность киллюзии Кант определяет как способностьпринимать субъективное в побудительнойпричине за нечто объективное.

Такоеопределение отсылает читателей к«Религии в пределах только разума», вкоторой Кант утверждает, что моральнаярелигия нуждается для оживления моральнойпрактики в идее Бога, и Бог выступает вней в качестве морального идеала.

Ноесли мы принимаем эту идею за нечтореально существующее, наделяем еекакими-то качествами, привнесенными изопыта, то попадаем в ситуациюантропоморфизма в религии, то есть вситуацию лжеслужения.

Таким образом, поКанту, аффекты и страсти души плохосовмещаются с религией в пределах толькоразума. Аффекты, тем не менее, в некоторыхслучаях могут оживить моральную религию,вызвав моральный энтузиазм. Страсти сморалью несовместимы, доминированиестрастей в религии приводит к выхолащиваниюее моральной сущности.

Кант считает, чтовсе успехи в культуре, которые служатшколой для человека, имеют своей цельюприменять к жизни приобретенные знанияи навыки.

Но самый главный предмет вмире, к которому эти познания могут бытьприменены, — это человек, ибо он длясебя своя последняя цель.

— Следовательно,знание родовых признаков людей какземных существ, одаренных разумом,особенно заслуживает название мироведения,несмотря на то, что человек только частьземных созданий.

Учение, касающеесязнания человека и изложенное всистематическом виде (антропология),может быть представлено с точки зренияили физиологической, или прагматической.

— Физиологическое человековедениеимеет в виду исследование того, чтоделает из человека природа, а прагматическое— исследование того, что он как свободнодействующее существо делает или можети должен делать из себя сам.

— Ктодоискивается физических причин, например[ищет ответ на вопрос о том], на чемосновывается память, может по-разномуумствовать (согласно Декарту) по поводуостающихся в мозгу следов впечатлений,оставляемых пережитыми ощущениями; ноон должен при этом признать, что в этойигре своих представлений он толькозритель и что, не зная мозговых нервови волокон и не умея использовать их длясвоих целей, он [все] должен предоставитьприроде; стало быть, всякое теоретическоеумствование по этому поводу ни к чемуне ведет. — Но если свои наблюдения надтем, что, как оказалось, затрудняетпамять или содействует ей, он используетдля того, чтобы расширить ее или сделатьее более гибкой, и если для этого онпользуется знанием человека, то этосоставляет часть прагматическойантропологии; этой антропологией мы ибудем здесь заниматься.Такаяантропология, рассматриваемая какмироведение, изучение которого должноначинаться после школьного образования,собственно, еще не может называтьсяпрагматической, если она заключает всебе многообразное знание вещей, напримерживотных, растений и минералов,существующих в различных странах и вразличных климатических условиях;прагматической она становится лишьтогда, когда изучает человека какгражданина мира. — Поэтому даже знаниечеловеческих рас, созданных игрой силприроды, считается не прагматическим,а только теоретическим мироведением.

Выражения знатьжизнь и уметь жить по своему значениюдалеко не одинаковы: первое означаетпонимать игру, свидетелем которой былчеловек, второе — участвовать в этойигре. Но антрополог находится в оченьневыгодном положении, когда он судит отак называемом высшем свете, или ознатных, так как они слишком близки другк другу и слишком далеки от остальныхлюдей.

К средствамрасширения антропологии относятсяпутешествия, если даже это только чтениекниг о путешествиях. Но если хотят знать,на что следует обращать внимание в чужихкраях, чтобы расширить знание людей,надо до этого изучить человека дома,общаясь с своими согражданами и земляками.

(Большой город, центр государства, вкотором находятся правительственныеучреждения и имеется университет (длякультуры наук), город, удобный для морскойторговли, расположение которого на рекесодействует общению между внутреннимичастями страны и прилегающими илиотдаленными странами, где говорят надругих языках и где царят иные нравы,—такой город, как Кёнигсберг на Прегеле,можно признать подходящим местом длярасширения знания и человека, и света.Здесь и без путешествия можно приобреститакое знание.) Без такого плана (которыйуже предполагает знание людей) гражданинмира очень ограничен в своихантропологических наблюдениях. Общеезнание здесь всегда идет впередилокального знания, если первоесистематизировано и направленофилософией; без этого всякое приобретенноезнание есть не более как разрозненныесведения и не дает науки.

Все попытки сосновательностью создать такую наукувстречают на своем пути значительныетрудности, коренящиеся в самой человеческойприроде.

1) Человек, которыйзамечает, что за ним наблюдают и хотятего изучить, или приходит в смущение итогда не может показать себя таким,какой он есть, или же начинает притворяться,и тогда он не хочет, чтобы его узнали,какой он есть.

2) Если же он хочетизучать только себя самого, то особеннов состоянии аффекта, который не допускаетпритворства, он оказывается в критическомположении, а именно: пока действуютпобудительные причины, он не наблюдаетсебя, а когда он начинает наблюдать,побудительные причины не действуют.

3) Условия места ивремени, если они постоянны, создаютпривычки, а привычка, как говорят, втораянатура, и из-за них человеку трудносудить о самом себе и оценивать себя, аеще труднее составить себе представлениео других, с которыми он общается, ведьперемена положения, в которое судьбапоставила человека или в которое он самсебя поставил как искатель приключений,очень мешает антропологии достигнутьстепени настоящей науки.

Наконец, дляантропологии могут быть полезнымивсеобщая история, биографии, даже драмыи романы, хотя и не в качестве источников,а в качестве вспомогательных средств.

В самом деле, драмы и романы дают нам,собственно говоря, не опыт и не истину,а только вымысел, причем допускаютпреувеличение характеров и положений,в какие люди ставятся, представляя ихкак бы в фантастическом освещении, и,таким образом, как будто ничего не даютдля знания людей; тем не менее этихарактеры, как рисуют их, например,Ричардсон или Мольер, должны быть посвоим основным чертам заимствованы изнаблюдений действительного поведениялюдей: степень их, правда, преувеличена,но по качеству они соответствуютчеловеческой природе.

Систематическисоставленная и тем не менее популярноизложенная (объясненная примерами,пополнить которые может каждый читатель),антропология имеет для читающей публикиту пользу, что, перечисляя все рубрики,под которые можно подвести то или иноенаблюдаемое человеческое свойство,обнаруживающееся в сфере практического,она дает публике много поводов иоснований, позволяющих посвятить особоеисследование каждому отдельному свойствуи отнести его к соответствующему емуразделу; тем самым работы в этой областисами собой могут быть распределенымежду любителями подобных изысканий иблагодаря единству плана постепеннообъединены в одно целое, что будетспособствовать росту этой общеполезнойнауки.

Источник: https://studfile.net/preview/2425623/page:13/

Book for ucheba
Добавить комментарий