ДВЕ КУЛЬТУРЫ

Сноу Ч. Две культуры и революция – Часть 2

ДВЕ КУЛЬТУРЫ

Как известно, в рамках дихотомии наук о культуре и наук о природе было сформулировано противопоставление «культуры» и «цивилизации».

«Культура» противопоставлялась «цивилизации» как царство духовного творчества и эмоциональной полноты жизни, воплощающееся в литературе, искусстве, музыке, философии, царству холодного и жесткого расчета, воплотившегося в неумолимой объективности естественно-научного познания и основанных на нем технических конструкций: «Создается впечатление, что для объединения двух культур вообще нет почвы.

Я не собираюсь тратить время на разговоры о том, как это печально. Тем более что на самом деле это не только печально, но и трагично. …Для нашей… умственной и творческой деятельности это значит, что богатейшие возможности пропадают впустую. Столкновение двух дисциплин, двух систем, двух культур, двух галактик – если не бояться зайти так далеко! – не может не высечь творческой искры.

Как видно из истории интеллектуального развития человечества, такие искры действительно всегда вспыхивали там, где разрывались привычные связи. Сейчас мы по-прежнему возлагаем наши творческие надежды прежде всего на эти вспышки. Но сегодня наши надежды повисли, к сожалению, в воздухе, потому что люди, принадлежащие к двум культурам, утратили способность общаться друг с другом» [3].

По мнению писателя, творческий характер культуры противостоял «расчетливости» цивилизации как духовный труд – физическому труду, как праздник – будням, досуг – работе, свобода – необходимости и т.д. Главным источником идей критики культуры была философия Ницше, огромный вклад в их разработку внесли и позднейшие представители «философии жизни».

Чарльз Сноу подходит к поляризации культур диалектично, он говорит, что теряет не только мир технологий, но и мир искусства, происходит взаимное обеднение: «Она тоже многое теряет. И может быть, ее потери даже серьезнее, потому что ее представители более тщеславны.

Они все еще претендуют на то, что традиционная культура – это и есть вся культура, как будто существующее положение вещей на самом деле не существует. Как будто попытка разобраться в сложившейся ситуации не представляет для нее никакого интереса ни сама по себе, ни с точки зрения последствий, к которым эта ситуация может привести.

Как будто современная научная модель физического мира по своей интеллектуальной глубине, сложности и гармоничности не является наиболее прекрасным и удивительным творением, созданным коллективными усилиями человеческого разума! А ведь б?льшая часть художественной интеллигенции не имеет об этом творении ни малейшего представления. И не может иметь, даже если бы захотела.

Создается впечатление, что в результате огромного числа последовательно проводимых экспериментов отсеялась целая группа людей, не воспринимающих какие-то определенные звуки» [3].Сноу отмечает, что данное явление не чисто английское – он наблюдает поляризацию в Европе и США: «размежевание культуры не специфически английское явление – оно характерно для всего западного мира.

Но дело, очевидно, в том, что в Англии оно проявилось особенно резко. Произошло это по двум причинам. Во-первых, из-за фанатической веры в специализацию обучения, которая зашла в Англии гораздо дальше, чем в любой другой стране на Западе или на Востоке. Во-вторых, из-за характерной для Англии тенденции создавать неизменные формы для всех проявлений социальной жизни.

По мере сглаживания экономического неравенства эта тенденция не ослабевает, а усиливается, что особенно заметно на английской системе образования. Практически это означает, что, как только происходит нечто подобное разделению культуры, все общественные силы способствуют не устранению этого явления, а его закреплению» [3].

Могу добавить, что Россия не является исключением – у нас разделение двух культур, пошло намного дальше – мы убиваем искусство каждый день не только в общественных отношениях, но и в себе самих. Вспомнить когда мы последний раз читали Толстого, Пушкина, Тютчева, Фета «просто так», для себя, не для того, чтобы чего-нибудь достичь.

В заключение своей работы Сноу «Две культуры…

», говорит, что примирение между культурами практически невозможно, по крайней мере, он сам не видит выхода из тупика: «…попытки перебросить мост между учеными и не учеными Англии выглядят сейчас – особенно среди молодежи – значительно безнадежнее, чем тридцать лет назад.

В то время две культуры, уже давно утратившие возможность общения, еще обменивались вежливыми улыбками, несмотря на разделявшую их пропасть. Теперь вежливость позабыта, и мы обмениваемся только колкостями. Мало того, молодые ученые ощущают свою причастность к расцвету, который переживает сейчас наука, а художественная интеллигенция страдает от того, что литература и искусство утратили свое былое значение. Начинающие ученые к тому же еще уверены – позволим себе эту грубость, – что получат хорошо оплачиваемую работу, даже не имея особенно высокой квалификации, в то время как их товарищи, специализирующиеся в области английской литературы или истории, будут счастливы получить 50% их зарплаты. Ни один молодой ученый с самыми скромными способностями не страдает от сознания собственной ненужности или от бессмысленности своей работы…» [3].

Заключение

Проблема, поднятая Чарльзом Сноу, касается всего мира, несмотря на то, что он рассматривает ее на примере западного общества. Эта проблема – поляризация духовного мира интеллигенции, ее раскол на две противоположные части: с одной стороны – художественная интеллигенция, с другой – ученые.Подведу итог моего анализа данной работы:1. Понятие “две культуры”.

Правомерно ли проводить резкую грань между техническим и гуманитарным направлениями? Такое деление – чрезмерное упрощение, если прибегать к подобной терминологии, то надо говорить по меньшей мере о трех культурах.2. Художественную интеллигенцию и ученых разделяет стена непонимания и превратное представление друг о друге.3. Ч.

Сноу: “Искусство (в частности книги) занимает у ученых весьма скромное место, за исключением музыки”. Верно ли это высказывание? Ученый не может считать себя интеллигентом, не имея представления о развитии гуманитарных наук.4. В моральном отношении ученые составляют наиболее здоровую группу интеллигенции.5.

 Представители художественной интеллигенции претендуют на то, что традиционная культура – это и есть вся культура.6. Специализация обучения виновата в разделении общества “на два лагеря”.7. Искусство может оказывать влияние на науку также, как наука влияет на творчество художественной интеллигенции.8. Необходимо объединить эти две культуры.

Наука должна быть воспринята искусством как неотъемлемая часть всего интеллектуального опыта.

Список литературы

1. Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней.- Т.4. От романтизма до наших дней.- СПб.: Петрополис, 2006.2. Современная западная философия. Словарь. – М.: ИПЛ, 2001.

3. Сноу Ч.  Избранное. – М.: Флинта, 2001.

Словарь

Культура (от лат. – возделывание, воспитание, образование, почитание) – совокупность внебиологических механизмов и средств человеческой деятельности, необходимых для адаптации к природной среде и регуляции общественной жизни. Культуре присущи качество системности, наличие общих смыслообразующих принципов, осознанность культурных образцов,  знаково-символическая форма их функционирования.

Культура хранит, генерирует и транслирует программы деятельности, поведения и общения людей, обеспечивая преемственность различных этапов развития общества и индивида, взаимосвязь различных элементов социума.Понятие «культура» развивалось исторически. Первоначально оно обозначало процессы освоения человеком природы, а также воспитание и обучение.

В европейской философии и исторической науке со 2 половины 18 века культура начинает рассматриваться   как   особый   аспект   жизни общества, характеризующий отличие человеческого бытия от животного существования.Личность, персона (от лат. persona – маска, роль актера).

Уже на закате античности так называют индивида, поскольку он не является лишь природным организмом, а проявляется в своем человеческом качестве. Личность – этический феномен. Она представляет собой содержание, центр и единство актов, интенционально направленных на др. личности.

Подобно тому как каждому субъекту принадлежит объект, так и каждой личности принадлежит, грамматически говоря, «вторая личность»: всякому «я» принадлежит «ты».Логика (от греч. logos – логос) – 1) способность правильно, то есть логически, мыслить; 2) учение о тождестве и его отрицании (Г. Якоби), учение о последовательности и методах познания (наука логики).

В качестве «элементарной формальной логики» она имеет дело с самыми общими   свойствами,   присущими   всем (имеющимся) понятиям.Прикладная логика охватывает в традиционной логике учение об определении, о доказательстве, о методе.

Ей часто предпосылаются не научно-логические, а теоретико-познавательные, психологические учения о переживании, описании и формулировании (особенно с помощью специального языка, терминологии) и об образовании понятий. Логика (как наука) – лишь учение о мышлении в понятиях, но не о познании.Мировоззрение – совокупность наиболее общих взглядов на мир и место в нем человека.

Мировоззрение – это не только система представлений о мире, но и система норм и правил поведения людей по отношению друг к другу и к окружающему миру, единых для определенного сообщества.В основе мировоззрения лежит аккумулированный опыт человечества или определенной социальной группы. Мировоззрение есть результат коллективного творчества людей.

Это следует из того, что отдельному человеку просто не под силу выработать систему представлений о мире как Универсуме, поскольку его собственный жизненный опыт крайне ограничен как временем жизни индивида, так и рамками производственной и социальной деятельности.

Мировоззрение любого конкретного человека, обладая индивидуальными чертами, включает в себя совокупный опыт социума в самых разных сферах действительности.Общество – основополагающая категория философии и социологии.

В широком смысле понимается как отделившаяся от природы часть мира, представляющая собой исторически изменяющуюся форму жизнедеятельности людей,  которая проявляется в функционировании и развитии социальных институтов, организаций, групп и отдельных индивидов. В узком смысле понятие “общество” может использоваться как определенный этап истории (древнее, средневековое, современное и т.д.

), как ступень социально-экономического развития, или указывая  на  тип  социальной  системы  (традиционное, доиндустриальное,  индустриальное или  рабовладельческое, феодальное, буржуазное и т.д.), как отдельное, индивидуальное общество,  конкретный  социальный  организм  (например, японское, французское, российское).

Понятие «общество» фиксирует предмет социальной философии, которая в основе своего теоретического анализа предполагает исследование реальных общественно-исторических процессов, но в виде идеальной модели, т.е. отвлекаясь от индивидуального, конкретного и представляя их в абстрактной, «чисто-логической» форме.

Такой теоретический анализ рассматривает общество в качестве целостной системы, части которой не только влияют друг на друга, но находятся в соподчинении.Свобода – высшая духовная ценность, универсальное и всеобщее понятие культуры, наличие которой позволяет человеку действовать исключительно по собственному велению, без внешнего принуждения.

Свобода включает многоаспектные формы проявления: внутренняя и внешняя свобода, свобода воли, свобода выбора, интеллектуальная свобода, свобода творчества, политическая свобода, нравственная свобода и т.д. Так или иначе, свобода – показатель развития духовности человека и общества, уровня их исторического состояния.

В современном толковании большее внимание уделяется проблеме внутренней свободы. Она рассматривается как возможность и способность человека быть самостоятельной, ответственной и творческой личностью, обладать волей принятия решения, иметь волю сделать отвечающий желаниям человека выбор и нести за него ответственность.

https://www.youtube.com/watch?v=6Xjar9aFOTw

Социальный прогресс  – тип, направление развития общества, характеризующееся переходом к более совершенным формам, что выражается в их более высокой организации, адаптации к среде, -росте эволюционных возможностей. О прогрессе можно говорить применительно как к системе в целом, так и к отдельным ее элементам и параметрам.

Социальные процессы 20 века обнаружили явное несоответствие реальности разнообразным версиям прогресса, в том числе и технократической. Оказалось, что прогрессивные изменения в одних сферах сопровождаются регрессом в других, что сведение прогресса общества к одному аспекту деструктивно для системы в целом.Субъективизм – введенное Декартом понятие, означающее поворот к субъекту, т. е.

взгляд на сознание как на первично данное, в то время как все другое является формой, содержанием или результатом творчества сознания. Идеализм Беркли является самой крайней формой такого субъективизма. Кантианство может рассматриваться как умеренный субъективизм того же сорта. Многие разновидности неопозитивизма также склоняются отчасти к такому субъективизму.

В собственном смысле слова субъективизм – учение об исключительной субъективности интеллектуальной истины, а также моральных и эстетических ценностей, отрицание абсолютной значимости их. В крайних случаях такой субъективизм в теории приводит к солипсизму, а в этике – к эгоизму.

Субъективистами в теории были, в частности, софисты и киренанки, в этике – гедонисты, а в Новое время – особенно Штирнер.Субъективность – все то, что относится к субъекту (всему его психологическому состоянию) и более или менее совпадает с его взглядами, интересами, вкусами и т. д.; зависимость от субъекта (противоположность – объективность).

У Гегеля и Кьеркегора бесконечная субъективность является признаком самостоятельности духовной жизни; Кьёркегор рассматривает субъективность как противоположность точке зрения, отдающей преимущество всеобщему перед особенным.Цивилизация (лат.

– государственный, гражданский) – многозначное понятие, обозначающее: 1) одно из состояний общества в его изменении; 2) этап в эволюции человеческого общества, следующий за варварством, 3) совокупность программ деятельности, посредством которых люди стремятся достичь тех общественных   целей, которые   заданы   существующими универсалиями культуры.Возникновение термина «цивилизация» относится к 18 веку; так французские просветители именовали общество, основанное на идеалах справедливости и разума. В настоящее время категория  «цивилизация»  стала  центральной  в  системе социогуманитарных представлений о современном мире и его истории. Можно выделить следующие подходы в интерпретации этой категории:1) Локально-исторический. Цивилизацию понимают как социокультурный феномен, обладающий качественной спецификой и ограниченный пространственно-временными рамками (Н-Данилевский, А.Тойнби)2) Историко-стадиальный. В зависимости от выбора критериев выделяют различные типы цивилизаций. Например, «традиционная и современная», «космогенная, техногенная и антропогенная», «доиндустриальная, индустриальная и постиндустриальная».3) Всемирно-исторический. Его представители полагают, что феномен всемирной истории возникает только на определенном этапе взаимодействия локальных цивилизаций, и тогда же начинается процесс становления единой человеческой цивилизации. (К.Ясперс).

Человек – высшее проявление живого в данной точке космического пространства и времени, включающее в себя космологические, биологические, психологические, социальные и духовные характеристики; существо деятельностное,  преобразующее бытие и самого себя целесообразно и целенаправленно.

© Размещение материала на других электронных ресурсах только в сопровождении активной ссылки

Вы можете заказать оригинальную авторскую работу на эту и любую другую тему.

Контрольные работы в Магнитогорске, контрольную работу купить, курсовые работы по праву, купить курсовую работу по праву, курсовые работы в РАНХиГС, курсовые работы по праву в РАНХиГС, дипломные работы по праву в Магнитогорске, дипломы по праву в МИЭП, дипломы и курсовые работы в ВГУ, контрольные работы в СГА, магистерские диссертации по праву в Челгу.

Источник: https://magref.ru/snou-ch-dve-kulturyi-i-revolyutsiya/2/

Ч.П.Сноу. Две культуры

ДВЕ КУЛЬТУРЫ

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное агентство по образованию

Курганский государственный университет

ХРЕСТОМАТИЯ ПО УЧЕБНОМУ КУРСУ

«КОНЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОГО ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ»

Часть I

ФИЗИКА

Курган 2006

УДК

113

119 (075)

Хрестоматия по учебному курсу «Концепции современного естествознания». Часть I. Физика / Сост. Г.В., Богомолова , Л.Ф. Остроухова – Курган: Изд-во Курганского гос.-та, 2006. – 148 с.

https://www.youtube.com/watch?v=DDzt9tOWc3w

Печатается по решению учебно-методического совета Курганского государственного университета

Рецензенты: кафедра философии и истории КСХА им.Т.С.Мальцева (зав.кафедрой канд.филос.наук, доц. Л.Х.Цибаев); канд.филос.наук, доц., зав.кафедрой социально-гуманитарных дисциплин Курганского института государственной и муниципальной службы В.Г.Татаринцев.

В хрестоматии представлены фрагменты, взятые из работ известных западных и отечественных ученых-физиков и философов, осмысление которых поможет студентам при подготовке к семинарским занятиям, зачетам и экзаменам по учебному курсу «Концепции современного естествознания»

Отв.редактор: канд.филос.наук., проф., зав.кафедрой философии И.Н.Степанова.

© Курганский

государственный

университет, 2006.

ДВЕ КУЛЬТУРЫ: ЕСТЕСТВЕННО-НАУЧНАЯ

И ГУМАНИТАРНАЯ

Ч.П.Сноу. Две культуры

Примерно три года назад я коснулся в печати одной проблемы, которая уже давно вызывала у меня чувство беспокойства. Я столкнулся с этой проблемой из-за некоторых особенностей своей биографии… Все дело в необычности моего жизненного опыта.

По образованию я ученый, по призванию – писатель. Вот и все. Но я не собираюсь рассказывать сейчас историю своей жизни.

Мне важно сообщить только одно: мне выпало редкое счастье наблюдать вблизи один из наиболее удивительных творческих взлетов, которые знала история физики…

Так случилось, что в течение тридцати лет я поддерживал контакт с учеными не только из любопытства, но и потому, что это входило в мои повседневные обязанности. И в течение этих же тридцати лет я пытался представить себе общие контуры еще не написанных книг, которые со временем сделали меня писателем.

Очень часто – не фигурально, а буквально – я проводил дневные часы с учеными, а вечера со своими литературными друзьями. Само собой разумеется, что у меня были близкие друзья как среди ученых, так и среди писателей.

Благодаря тому, что я тесно соприкасался с теми и другими, и, наверное, еще в большей степени благодаря тому, что все время переходил от одних к другим, меня начала занимать та проблема, которую я назвал для самого себя «две культуры» еще до того, как попытался изложить ее на бумаге.

Это название возникло из ощущения, что я постоянно соприкасаюсь с двумя разными группами, вполне сравнимыми по интеллекту, принадлежащими к одной и той же расе, не слишком различающимися по социальному происхождению, располагающими примерно одинаковыми средствами к существованию и в то же время почти потерявшими возможность общаться друг с другом, живущими настолько разными интересами, в такой непохожей психологической и моральной атмосфере, что, кажется, легче пересечь океан…

Мне кажется, что духовный мир западной интеллигенции все явственнее поляризуется, все явственнее раскалывается на две противоположные части.

Говоря о духовном мире, я в заключительной мере включаю в него и нашу практическую деятельность, так как отношусь к тем, кто убежден, что, по существу, эти стороны жизни нераздельны. А сейчас о двух противоположных частях.

На одном полюсе – художественная интеллигенция, которая случайно, пользуясь тем, что никто этого вовремя не заметил, стала называть себя просто интеллигенций, как будто никакой другой интеллигенции вообще не существует.

Вспоминаю, как однажды в 30-е годы Харди с удивлением сказал мне: «Вы заметили, как теперь стали употреблять слова «интеллигентные люди»? Их значение так изменилось, что Резерфорд, Эддингтон, Дирак, Адриан и я – все мы уже, кажется, не подходим под это новое определение! Мне это представляется довольно странным, а вам?»

Итак, на одном полюсе – художественная интеллигенция, на другом – ученые, и как наиболее яркие представители этой группы – физики.

Их разделяет стена непонимания, а иногда – особенно среди молодежи – даже антипатии и вражды. Но главное, конечно, непонимание. У обеих групп странное, извращенное представление друг о друге.

Они настолько по-разному относятся к одним и тем же вещам, что не могут найти общего языка даже в плане эмоций…

На одном полюсе – культура, созданная наукой. Она действительно существует как определенная культура не только в интеллектуальном, но и в антропологическом смысле. Это значит, что те, кто к ней причастен, не нуждаются в том, чтобы полностью понимать друг друга, что и случается довольно часто.

Биологи, например, сплошь и рядом не имеют ни малейшего представления о современной физике. Но биологов и физиков объединяет общее отношение к миру; у них одинаковый стиль и одинаковые нормы поведения, аналогичные подходы к проблемам и родственные исходные позиции. Эта общность удивительно широка и глубока.

Она прокладывает себе путь наперекор всем другим внутренним связям: религиозным, политическим, классовым.

https://www.youtube.com/watch?v=H07mWX5A8Ps

Я думаю, что при статистической проверке среди ученых окажется несколько больше неверующих, чем среди остальных групп интеллигенции, а в младшем поколении их, по-видимому, становится еще больше, хотя и верующих ученых тоже не так мало.

Та же статистика показывает, что большинство научных работников придерживаются в политике левых взглядов, и число их среди молодежи, очевидно, возрастает, хотя опять-таки есть немало и ученых-консерваторов. Среди ученых Англии и, наверное, США людей из бедных семей значительно больше, чем среди других групп интеллигенции.

Однако ни одно из этих обстоятельств не оказывает особенно серьезного влияния на общий строй мышления ученых и на их поведение. По характеру работы и по общему складу духовной жизни они гораздо ближе друг к другу, чем к другим интеллигентам, придерживающимся тех же религиозных и политических взглядов или вышедшим из той же среды.

Если бы я рискнул перейти на стенографический стиль, я сказал бы, что всех их объединяет будущее, которое они несут в своей крови. Даже не думая о будущем, они одинаково чувствуют перед ним свою ответственность. Это и есть то, что называется общей культурой.

На другом полюсе отношение к жизни гораздо более разнообразно. Совершенно очевидно, что, если кто-нибудь захочет совершить путешествие в мир интеллигенции, проделав путь от физиков к писателям, он встретит множество различных мнений и чувств.

Но я думаю, что полюс абсолютного непонимания науки не может влиять на всю сферу своего притяжения.

Абсолютное непонимание, распространенное гораздо шире, чем мы думаем, – в силу привычки мы просто этого не замечаем, – придает привкус ненаучности всей «традиционной» культуре, и часто – чаще, чем мы предполагаем, – эта ненаучность едва удерживается на грани антинаучности…

Поляризация культуры – очевидная потеря для всех нас. Для нас, как народа, для нашего современного общества. Это практическая, моральная и творческая потеря, и я повторяю: напрасно было бы полагать, что эти три момента можно полностью отделить один от другого. Тем не менее, сейчас я хочу остановиться на моральных потерях.

Ученые и художественная интеллигенция до такой степени перестали понимать друг друга, что это стало навязшим в зубах анекдотом.

В Англии около 50 тысяч научных работников в области точных и естественных наук и примерно 80 тысяч специалистов (главным образом инженеров), занятых приложениями науки.

Во время Второй мировой войны и в послевоенные годы моим коллегам и мне удалось опросить 30-40 тысяч тех и других, то есть примерно 25%. Это число достаточно велико, чтобы можно было установить какую-то закономерность, хотя большинству тех, с кем мы беседовали, было меньше сорока лет.

Мы составили некоторое представление о том, что они читают и о чем думают. Признаюсь, что при всей своей любви и уважении к этим людям я был несколько подавлен. Мы совершенно не подозревали, что их связи с традиционной культурой настолько ослабели, что свелись к вежливым кивкам…

Живут же они своей полнокровной, вполне определенной и постоянно развивающейся культурой. Ее отличает множество теоретических положений, обычно гораздо более четких и почти всегда значительно лучше обоснованных, чем теоретические положения писателей.

И даже тогда, когда ученые, не задумываясь, употребляют слова не так, как писатели, они всегда вкладывают в них один и тот же смысл; если, например, они употребляют слова «субъектный», «объектный», «философия», «прогрессивный», то великолепно знают, что именно имеют в виду, хотя часто подразумевают при этом совсем не то, что все остальные.

Не будем забывать, что мы говорим о высокоинтеллигентных людях. Во многих отношениях их строгая культура заслуживает всяческого восхищения. Искусство занимает в этой культуре весьма скромное место, правда за одним, но весьма важным исключением – музыки. Обмен мнениями, напряженные дискуссии, долгоиграющие пластинки, цветная фотография: кое-что для ушей, немного для глаз. Очень мало книг…

И почти ничего из тех книг, которые составляют повседневную пищу писателей: почти никаких психологических и исторических романов, стихов, пьес. Не потому, что их не интересуют психологические, моральные и социальные проблемы. С социальными проблемами ученые, безусловно, соприкасаются чаще многих писателей и художников.

В моральном отношении они, в общем, составляют наиболее здоровую группу интеллигенции, потому что в самой науке заложена идея справедливости, и почти все ученые самостоятельно вырабатывают свои взгляды по различным вопросам морали и нравственности.

Психологией ученые интересуются в такой же мере, как и большинство интеллигентов, хотя иногда мне кажется, что интерес к этой области появляется у них сравнительно поздно. Таким образом, дело, очевидно, не в отсутствии интереса.

В значительной мере проблема заключается в том, что литература, связанная с нашей традиционной культурой, представляется ученым «не относящейся к делу». Разумеется, они жестоко ошибаются. Из-за этого страдает их образное мышление. Они обкрадывают самих себя.

А другая сторона? Она тоже многое теряет. И может быть, ее потери даже серьезнее, потому что ее представители более тщеславны. Они все еще претендуют на то, что традиционная культура – это и есть вся культура, как будто существующее положение вещей на самом деле не существует.

Как будто попытка разобраться в сложившейся ситуации не представляет для нее никакого интереса ни сама по себе, ни с точки зрения последствий, к которым эта ситуация может привести.

Как будто современная научная модель физического мира по своей интеллектуальной глубине, сложности и гармоничности не является наиболее прекрасным и удивительным творением, созданным коллективными усилиями человеческого разума! А ведь большая часть художественной интеллигенции не имеет об этом творении ни малейшего представления. И не может иметь, даже если бы захотела.

Создается впечатление, что в результате огромного числа последовательно проводимых экспериментов отсеялась целая группа людей, не воспринимающих какие-то определенные звуки. Разница только в том, что это частичная глухота – не врожденный дефект, а результат обучения или, вернее, отсутствия обучения. Что же касается самих полуглухих, то они просто не понимают, чего были лишены.

Узнав о каком-нибудь открытии, сделанном людьми, никогда не читавшими великих произведений английской литературы, они сочувственно посмеиваются. Для них эти люди просто невежественные специалисты, которых они сбрасывают со счета. Между тем их собственное невежество и узость их специализации ничуть не менее страшны.

Множество раз мне приходилось бывать в обществе людей, которые по нормам традиционной культуры считаются высокообразованными. Обычно они с большим пылом возмущаются литературной безграмотностью ученых. Как-то раз я не выдержал и спросил, кто из них может объяснить, что такое второй закон термодинамики. Ответом было молчание или отказ. А ведь задать этот вопрос ученому значит примерно то же самое, что спросить у писателя: «Читали ли вы Шекспира?»

Сейчас я убежден, что если бы я поинтересовался более простыми вещами, например тем, что такое масса или что такое ускорение, то есть опустился бы до той ступени научной трудности, на которой в мире художественной интеллигенции спрашивают: «Умеете ли вы читать?», то не более чем один из десяти высококультурных людей понял бы, что мы говорим с ним на одном и том же языке. Получается так, что величественное здание современной физики устремляется ввысь, а для большей части проницательных людей западного мира оно так же непостижимо, как и для их предков эпохи неолита…

Сноу Ч. Две культуры. – М., 1973.

В.Гейзенберг

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/18_43056_chpsnou-dve-kulturi.html

Билеты (вариант 2). Творчество Ч. П. Сноу. Лекция «Две культуры»

ДВЕ КУЛЬТУРЫ

Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница

13. Творчество Ч. П. Сноу. Лекция «Две культуры».

В этой лекции о двух культурах, прочитанной им в Кембриджском Университете в 1959 году, Сноу говорит о драматической расколотости современной западной интеллигенции. По его представлению, раскол произошел на две субкультуры: интеллигенцию научную и художественную.

Между этими мирами – почти непреодолимая пропасть, вызванная полярными отношениями представителей двух культур к промышленной и научной революциям, обществу и даже самой человеческой личности.

Такая разность мировосприятия, по словам автора, основана на ущербном характере образования, получаемого молодыми людьми в Европе и, в частности, на родине Сноу, Англии.

Результатом этого разрыва, по мнению Сноу, может стать цивилизационная катастрофа, так как ни научная, ни гуманитарная интеллигенция не обладает полнотой знания, необходимого человечеству во все усложняющемся мире.

Нельзя не отдать должного Сноу уже в одном том, что он так ясно увидел проблему разлома в среде интеллектуальной элиты на почти не сопрягающиеся части и понял всю меру опасности для цивилизации, исходящую от этого разлома.

Но невозможно здесь не подумать и о том, что именно ученые, уверенные в своем могуществе гордые наследники Фауста, в первую очередь и повинны в потере связей со своими собратьями из гуманитарного цеха. Именно так, а не наоборот, как, вероятно, склонен полагать Сноу.

Гуманитарная интеллигенция, занимающаяся общечеловеческими ценностями, уже по своей природе гораздо менее предрасположена к самоизоляции, чем естественнонаучная ее часть.

Неприятие же ею промышленной революции, на которое сетует Сноу, тоже происходило во многом именно из-за способности гуманитариев видеть последствия явлений с точки зрения общечеловеческой и вселенской. Как показывает затяжной цивилизационный кризис, в котором мы сейчас оказались, их опасения во многом оправдались.

С накоплением и усложнением наших знаний о мире наступление специализации неизбежно, как неизбежно оно и во всякой сколько-нибудь сложной биологической системе.

Не может один смертный вместить в своей голове представление о физике элементарных частиц, знание об устройстве компьютера, особенности строения микроскопических грибов, специфику современного текстильного производства, знание поэзии Китса и Шелли, философии Гегеля, и при этом помнить всех египетских фараонов и ветхозаветную историю.

Отсюда соблазн разделения на изолированные группы по интересам, в конечном итоге ведущий к появлению многочисленных субкультур внутри некогда единой культуры. О двух из них столь блестяще и написал Сноу.

Такие же почти нестыкующиеся миры – «трудящиеся массы» и интеллектуальная элита, военные и гражданские служащие, ученые и люди искусства (хотя у меня ощущение, что между ними общего все же больше, чем между другими категориями современного общества). Список можно продолжать долго.

И эта драматическая фрагментация имеет место в рамках всего лишь одной Западной культуры! Если уж внутри своей родной культуры люди разучились слышать друг друга, понимать друг друга, более того, потеряли всякий интерес к общению друг с другом – то что же говорить о диалоге с другими культурами, имеющими исходно иные духовные корни и нормы поведения?

Беда современного человечества именно в отсутствии диалогичности между его частями. Сноу сокрушается о том, что мало кто из «гуманитариев» имеет хотя отдаленное представление о производстве пуговиц, как не имеют они и понимания смысла промышленности вообще.

Но не то беда, что поэт не знает, как делаются пуговицы (я тоже, хоть и не поэт, к стыду своему, не знаю). Бог с ними, с пуговицами! И даже не то беда, что ученые не интересуются практическим применением своих теорий.

Беда в том, что утрачено целостное знание о мире, утрачено представление о том, как устроен мир в целом и по каким законам он живет.

То обстоятельство, что мир сегодня оказался на грани разрушения, есть прямое следствие исчезновения этого целостного знания и неспособности к плодотворному диалогу между носителями разных субкультур.

Будущее мира как никогда прежде зависит от того, окажется ли управление им в руках людей всесторонне образованных, терпимых и диалогичных.

Не узкие специалисты, а эрудиты возрожденческого типа, пусть и не знающие деталей промышленного производства, но понимающие его смысл и роль в истории, равно как и ценность поэзии и философии – именно такие люди ключ к преодолению кризиса цивилизации.

Сноу в середине 20 века не ставил еще вопрос с такою остротой и определенностью, но его заслуга уже в том, что он указал на нее, как указал и путь ее разрешения. Он не покажется вам оригинальным своим рецептом массового изменения мировоззрения.

Все мы уже пришли к тому, что никакого иного способа эффективно переменить сознание миллионов, кроме как через глубокое реформирование системы образования, в современном обществе быть не может.

И Сноу в своей лекции сказал именно об этом: меняйте ваше образование, если хотите, чтобы произошло сближение между распавшимися частями культуры, если хотите, чтобы ваша цивилизация выжила.

Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница

Источник: http://20v-euro-lit.niv.ru/20v-euro-lit/bilety/bilety-2/bilet-13.htm

Каждый выбирает для себя

Женщину, религию, дорогу,

Дьяволу служить или пророку –

Каждый выбирает для себя.

      Я согласен с поэтом Юрием Левитанским, что «каждый выбирает для себя…» свой путь в жизни.  Однако делает это не только по собственному произвольномужеланию, но и потому что для каждого существует некая врождённая от природыпредрасположенность…

*

            В1959 году английский писатель ЧарлзПерси Сноу в своей знаменательной речи (вошедшей позже в сборник егопублицистических работ), названной «Две культуры и Научная революция»,констатировал разрыв в культурном сознании интеллигенции.

 В ХХ веке сформировались две группы людей,обладающие существенно разным культурным сознанием: с одной стороны – литературно образованная гуманитарнаяинтеллигенция, с другой – естественно-научнаяи техническая интеллигенция.  Различияв мировоззрении и ценностных ориентациях обеих групп имели, по мнению Ч.

Сноу,принципиальный характер: если сторонники естественно-научных и техническихподходов полны веры в будущее, убеждены в возможности создать процветающееобщество на основе научного познания и научной организации общественной жизни,то «гуманитарии» стремятся держатьсятрадиционных ценностей, которые считаются весьма ослабленными под натискомнаучно-технического прогресса.  КнигаЧ.Сноу «Две культуры» в русском переводе вышла в 1973 году.  А в 1981 году член-корреспондент АкадемииНаук, физик Евгений Львович Фейнберг опубликовал книгу «Кибернетика, логика,искусство», являющейся сборником предшествующих его статей и которая, по сути,посвящена той же теме: взаимоотношению двух культур.  Позже вышло обновлённое издание этой книги:«Две Культуры. Интуиция и логика в искусстве и науке», в которой автор попыталсяответить на вопросы: «Зачем искусство нужно человечеству?», «Каковы взаимоотношенияискусства и науки?», «Где кончается логика и начинается интуиция?». Эти исходные с ними вопросы можно смело причислить к «вечным», поэтому они и сегодняактуальны для думающих людей.  В даннойстатье я попытаюсь слегка затронуть малую толику представленной проблемы,относящейся к разному восприятию окружающего нас мира указанными двумя группамилюдей: «естественниками» и «гуманитариями».

*

Каждый выбирает по себе

Слово для любви и для молитвы,

Шпагу для дуэли, меч для битвы,

Каждый выбирает по себе.

*

      Успехинауки всегда вызывали у людей истинный восторг. Современники с удивлением и гордостью рассматривали научные достижениясвоего времени как знания, достигшие чуть ли не высшей ступени.  Так было 300, 200 и 100 лет назад, такобстоит дело и сейчас.  Так было послеоткрытий Коперника, Кеплера, Галилея, Ньютона и т.д.

 Так происходит и сейчас после покорения атома,выхода человека в Космос, клонирования животных, набрасывания Интернетовскойпаутины на Глобус.  В наше время едва лине каждый человек соприкасается, в большей или меньшей степени, с результатаминаучных открытий и технических достижений.

 Однако число людей, непосредственно занятых наукой и её техническимвоплощением, было всегда невелико.  Вбылые времена учёные были одиночками и часто их рассматривали какчудаков-отшельников; в наше время такими их, конечно, не считают, но число «естественников»по сравнению с общим населением Земли по-прежнему мало.

В индустриальноразвитых странах научные и технические работники составляют несколько процентовот полного числа жителей.

      Вместес тем, рядовые жители Земли, занятые добыванием «хлеба насущного», в большейстепени подвержены влиянию не естествознания (что вполне естественно), а  традициям, политики, экономики, религии иискусству.  Роль перечисленных областей исвязанных с ними знаний несравненно больше, чем науки.

Наука – слишком сложна,часто непонятна и занудна.  Поэтомунауку, несмотря на её очевидные успехи и авторитет, многие недолюбливают,опасаются или вовсе не понимают.  Этосоздаёт различие в ценностных суждениях о разных элементах жизни и культуры, очеловеческой личности, о социальных приоритетах и, в конечном счёте, омироустройстве.

  «Гуманитарии», привыкшиесчитать себя хранителями ценностей культуры, полагают также, что владеют и методами,которые позволяют им постигать различные истины. Вот тут-то и обнаруживаетсярасхождение мировосприятия этих «двух культур», обнаруживается утратавзаимопонимания между их представителями.

Если для «естественника» вполне нормальнорассматривать выход в Космос как завоевания человеческого разума и как следствиецепи предварительных научных открытий и технических достижений, то«гуманитарий», скорее всего, даже не будет «ломать голову» над такой цепью.

Онс удовольствием будет рассуждать о нравственной стороне выхода в Космос и безсмущения укажет на отрицательные последствия научного прогресса.

 «Гуманитарий» всегда с некоторой опаскойобращается с техническими устройствами – будь то автомобиль, телевизор иликомпьютер – ожидая от этих непознаваемых для него «ящиков»  непредвиденных действий и впадая в панику,если такое происходит.  Но при этом «гуманитарий»почти всегда с апломбом рассуждает о духовных ценностях прошлого и настоящего,не внося при этом никакого материального вклада.

      Всвою очередь, и среди «естественников» существует недопонимание успехов«гуманитариев».  Это особенно видно в областиискусства.

  Скажем, если вполне понятно,для чего изобретено колесо или самолет, то для чего существует искусство – нетоднозначного и неоспоримого ответа.

 Почти любое произведение искусства, особенно современное, вызываютдискуссии в связи с разнообразием их оценок. При этом и сами деятели искусства далеки от единого мнения.

      Еслиже говорить о мировосприятие, то здесь наблюдается следующая картина.  «Естественники» воспринимают мир, сотканнымиз закономерностей и случайностей. Причём последние являются также следствием закономерностей, но ещё непознанных. Для них мир – это познанная или ещё не познанная реальность,изучаемая наукой.

      Совсеминое восприятие у «гуманитариев».  Дляних мир – это собрание таинственных явлений и сил, знать которые не в силахчеловеческому разуму. Иногда, впрочем, они отдают ему должное, понимая, чтосуществует наука и учёные люди, которые добились определённых успехов впонимании устройства мира.

  Но всё же научныеданные не для них – они предпочитают находиться или в неведенье, или ввиртуальных мирах, создаваемых их воображением. Скажем, мир поэзии, мир музыки, мир театра, мир кино – это всёвиртуальные миры, т.е.

миры надуманные, которые с одной стороны удовлетворяютзапросам человеческой души, с другой – в большей части поставлены как бизнес,вовлекая в него тысячи людей.

  Когда же речьидёт о мироздании, о космосе, о его возникновении и бытие, которые вследствиесвоей громадности не могут быть охвачены (продуманы!) личным опытом, то мировосприятиесводиться к вере.  К вере, как кпсихологической убеждённости в правоте воззрений, предлагаемых какими-тоавторитетами, независимо от наличия каких-либо серьёзных обоснований.

      Можнокапнуть чуть глубже и обнаружить, что причины разного понимания мироустройстванаходятся в различных типах мышления, о чем речь пойдёт ниже.

*

Каждый выбирает по себе,

Щит и латы, посох и заплаты,

Меру окончательной расплаты

Каждый выбирает по себе.

*

      Дляпростого вхождения в тему, я напомню читателю его школьные годы.

Уже тогда мы замечали,как одни ребята проявляли способности к математике, физике, химии, биологии идругим точным дисциплинам, в то время как другие, напротив, отставали в этихпредметах, но зато проявляли себя в литературе, в художественнойсамодеятельности и прочей  «музыке».

 Из последних, затем получались хорошие (точнее- всякие) артисты, художники, поэты и другие деятели искусства.  Отсутствие у них математических способностейс лихвой компенсировалось присутствием художественных.

После школы одни ребята устремлялисьв какой-нибудь технический ВУЗ, а другие – в гуманитарный: театральный,искусствоведческий, музыкальное училище и в «прочие консерватории». Втехническом ВУЗе при изучении математики и других научных дисциплин шлифуетсярациональное мышление.

Знания в техническом вузе доказываются как в процессе обучения,так и на экзаменах. При этом доказательства имеют объективный характер и независят от личных качеств людей. Для «естественника» рассуждать логично,рационально и последовательно – разумно и естественно.  По иному обстоит дело в гуманитарныхучилищах.

  Студент на экзамене должен такпродемонстрировать свои знания и способности, чтобы не услышать от экзаменаторасакраментальную фразу Станиславского: «Не верю!». Критерием успеваемостистудента гуманитария являются эмоциональная оценка, впечатления, производимыеим на экзаменаторов, в котором учитывается и личностные характеристики.  «Гуманитарии» обучаются другим «искусствам» -для них на первое место выходит интуиция, чувство того, что то, что они делают,– правильно.

      Разделениелюдей по преобладающему типу мышления присутствует, затем всю жизнь и былоотмечено в 60-десятых годах прошлого века знаменитой всесоюзной дискуссиеймежду «физиками» и «лириками».

Например говорилось, что то, что для «физика»понятно и даже само собой разумеется, для «лирика» непостижимо, да он просто небудет думать над такими проблемами.

 И,напротив, творческая интуиция «лириков» позволяет возноситься душе человека вромантические высоты, раскрашивает жизнь великолепными красками радости, безчего жизнь человека была бы просто невозможна.

      Упомянутыевыше авторы попытались разобраться в этом феномене. В книге «ДВЕ КУЛЬТУРЫ.Интуиция и логика в искусстве и науке» Е.Л. Фейнберг довольно подробно показал,что люди обладают двумя типами мышления: рационально–логическими интуитивно-внелогическим.

  Об этом, впрочем, ещё раньше в XVIII веке думал немецкий философ ИммануилКант как о мышлении рациональном и иррациональном.

  Не вникая в особые подробности, отметим, что рационально-логическое мышление являетсяосновой точных, естественных наук, в то время как иррациональное, интуитивное мышление – основа искусства и вообщелюбого творчества. 

      Рационально-логическоемышление характеризуется определёнными предустановленными правиламиумозаключений.

Классическая логика, например, в качестве одного из основныхправил использует «закон исключенного третьего»: всякое утверждение либо истинно, либо ложно. Это двузначная логика,восходящая аж к Аристотелю.

Вообще же рациональное мышление стремитьсяустановить причинно-следственные связи, добираясь до каких-то фундаментальныхистин, безоговорочно доказанных ранее.

      Интуитивноемышление – не имеет правил.  Для негохарактерно интуитивное, внелогическое усмотрение истины без длинного ряда рассуждений.  Здесь, правда, встаёт вопрос о самой истине; что она собой представляет.

  В науке её определение простое: истина – это соответствие наших субъективныхпредставлений объективной действительности. В искусстве подобного определения нет, однако многие художники полагают,что истиной является то, что вызывает вдуше отклик.

Интуитивная догадка в науке – проверяется и перепроверяетсярациональным мышлением и, если надо, подтверждается экспериментом ипрактикой.  Только после положительногорезультата такая интуитивная догадка становиться доказанной истиной, впротивном случае она отвергается.

  Вискусстве такого нет; здесь интуитивная догадка держится на  убеждении, на вере автора и егопоследователей, что обнаруженная ими «истина» является таковой. И всё.  Именно поэтому «истины» искусства постоянновызывают дискуссии в правоверности называться таковыми.

  Заметим, однако, что хотя интуитивноемышление не имеет правил, оно всё-таки не возникает на пустом месте. В наукеинтуитивная догадка в какой-то области знаний не может прийти к человеку, необладающему определённой суммой знаний в данной области. Дилетанты здесьисключены.

  В искусстве почти аналогично– интуиция приходит, как правило, к тому, кто образован в данной областиискусств.  Однако широкий диапазончувственной восприимчивости человека допускает нередко «ломку правил» искусствав её определённой области.  Здесь могут появлятьсяи дилетанты, и гении, устанавливающие свои правила.

      Этидва типа мышления, рациональное ииррациональное, по-видимому, свойственны каждому человеку, но уровень иотношения между ними в каждом человеке разные. Показательны в этом отношении шахматы. Способность играть в них справедливо связывают с уменьем просчитыватьопределённое число ходов – это чисто рациональное мышление.

Однако это числовсегда ограничено, в зависимости от позиции и от способности игрока двумя –тремя – четырьмя ходами.  Далее в ходвступает интуиция.  Об этом хорошо пишетГарри Каспаров в своей последней книге «Шахматы как модель жизни».

 Именно она, интуиция, помогала ему обыгратьсуперкомпьютер Deep Blue, который считал на несравненно большеходов, чем любой человек.

      Разделениепо преобладающему типу мышления происходит не только в голове каждого человека,но и, как сказано выше, между людьми. Поэтому в нашей повседневной жизни мы отчетливо делим многихспециалистов на «гуманитариев» и «естественников».  Ч. П. Сноу и Е.Л. Фейнберг (и не только они)справедливо указывают, что из-за этого образовались как бы две культуры.

      Интуитивноемышление, можно также назвать его чувственным, широко проявляется при решенииповседневных бытовых вопросов, а также при различного рода творчестве, начинаяот простого изобретения технических приспособлений и кончая созданиемпроизведений искусств.

   Нет человека лишённогохудожественной чуткости, лишённого интуитивного, внелогического мышления.  Поэтому этот вид мышления широкораспространён и является основой творчества и в искусстве, и в науке.  Вместе с тем, интуитивные догадкиненадёжны.  Сколько раз в нашей жизни интуицияподводила нас! Неисчесть.

  Только тогда,когда интуиция подтверждалась последующим рациональным мышлением – онаприобретала право на доверие.

      Прирациональном мышлении строятся причинно-следственные связи явлений.  Люди видят логику в научном представлениимироустройства потому, что она, наука, построена на рациональном мышлении ипредставляемые ей знания соответствуют истине.

 Те же, у кого интуитивное мышление преобладает над рациональным, да ещёк тому же научные знания находятся на низком уровне, не схватывают логику рациональныхсуждений, а просто охотно верят авторитетам, руководствуясь впечатлениями,полученными от них.

  Для таких людейхорошо рассказанная легенда, миф, небылица достаточное основание для веры всодержание рассказанного.  У них, какправило, не хватает скепсиса, т.е. рационального суждения, для опровержениявнелогичных построений предлагаемой версии мироустройства.

 Поэтому носители двух культур оказываются людьми,по-разному представляющими устройство мира.  Существует научная картина мира, в которуюверят рационально мыслящие люди, и ненаучные представления о мироустройстве, вкоторые верят люди с преимущественно интуитивным, внелогическим мышлением.

      Каковыконкретные картины мироустройства при этих двух типах мышления – отдельная иочень обширная тема, которая выходит за рамки данной статьи.  Думающий читатель может самостоятельноопределить своё преимущественное мышление и мировосприятие.

Каждый выбирает для себя,

Выбираем тоже – как умеем,

Ни к кому претензий не имеем,

Каждый выбирает для себя!

P.S. Косвенное подтверждение некоторых положенийстатьи получено недавно от американских нейрофизиологов из университетаДриксела в Филадельфии (Drexel University) и Северозападного университета (Northwestern University), которые провели исследование, посвященное творческим способностямчеловека.  http://www.svobodanews.ru/Article/2008/02/01/20080201151945277.html

Филадельфия, 2007 г.

boriskollender@gmail.com

Источник: https://www.sites.google.com/site/kollenderinformation/home/o-raznom/-dve-kultury-dva-mirovospriatia

Book for ucheba
Добавить комментарий