ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ

Феноменологическое движение

ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ

В различные исторические периоды развития феноменологии центры ее влияния были различными. При жизни Гуссерля, естественно, центрами были те города и университеты Германии, где преподавал основатель феноменологии — Галле, Геттинген, Фрайбург.

В Германии учениками и последователями Гуссерля были М. Хайдеггер, О. Беккер, Е. Финк, А. Пфендер, Э. Штайн, М. Шелер, Л. Ландгребе, X. Конрад-Марциус, Д. Гильдебранд и др. Некоторые из них, подобно М.

Хайдеггеру или Шелеру, получив от гуссерлевской феноменологии важные стимулы, затем нашли свой путь в философии.

В Польше воздействие феноменологии, опосредованное философией талантливого ученика Гуссерля Р. Ингардена, ощущается и по сей день. В дореволюционной России интерпретаторами феноменологии были Г. Шпет, Б. Яковенко. Эмигрировавший из России Р. Якобсон также испытал немалое влияние феноменологии.

Еще до второй мировой войны, но особенно во время войны и послевоенное время идеи феноменологии получили широкое распространение во Франции. Видные французские феноменологи — М. Мерло-Понти, Э. Левинас, М. Дюфренн, Г. Берже. Влияние идей Гуссерля испытали также Ж.-П. Сартр, Г.-Г. Гадамер, П.

Рикер и др.

Феноменология Гуссерля хорошо привилась на почве американской философии. Сначала ее “привезли” в США эмигранты из Европы, например, философ и социолог Альфред Шутц. Затем появилось самостоятельное феноменологическое движение под руководством Марвина Фарбера, издававшего журнал “Philosophy and phenomenological research”.

(Ныне этот журнал имеет одновременно и феноменологическую и позитивистско-аналитическую ориентацию.) Американский философ Герберт Шпигельберг в 1960 г. издал (а потом переиздал в 1971 и в 1982 г.) свой двухтомный труд “Феноменологическое движение”. Видными фигурами в американской феноменологии, психологии и социологии были М.

Натансон, А. Гурвич, Г. Горфинкель и др. В 70— 80-х годах заметное влияние на феноменологическое движение стал оказывать Институт феноменологических исследований под руководством А.-Т. Тыменецкой. Институт издает “Феноменологический бюллетень” и многотомную серию “Analecta Husserliana”; он имеет филиалы во многих странах мира.

Феноменология получила распространение и влияние в Латинской Америке, Японии, Скандинавии (школа Д. Феллесдаля), Югославии. В Чехословакии лидером феноменологического движения был ученик Гуссерля Ян Паточка.

Феноменологическое движение после Гуссерля не имеет единых, твердых очертаний и институтов. Однако до сих пор публикующееся многотомное собрание сочинений Э. Гуссерля “Гуссерлиана” (Husserliana) успешно распространяется в разных странах мира. (К 1995 г. было издано 29 томов, а также 10 томов переписки Гуссерля.

) Существуют архивы, богатство которых — десятки тысяч еще не изданных рукописей Э. Гуссерля и другие материалы. Главные архивы — Лувенский (Бельгия), Кельнский и Фрайбургский (ФРГ).

Большим успехом пользуется многотомная серия “Phaenomenologica”, публикующая сочинения тех, кто так или иначе примыкает к феноменологическому движению.

Феноменология оказала заметное влияние на такие области знания, как психология, психиатрия; есть последователи феноменологии в естествознании и математике.

На территории бывшего СССР прерванные революцией и идеологической цензурой российские феноменологические исследования на целые десятилетия прекратились.

Но с конца 50-х годов они в определенной степени возродились — особенно в Москве, Ростове-на-Дону, а также в республиках Балтии. Сейчас в Москве снова издается журнал “Логос”.

Он является своего рода преемником прежнего “Логоса” — международного журнала, в котором Гуссерль опубликовал свою знаменитую статью “Философия как строгая наука”. (В России “Логос” издавался до октября 1917 г., после чего был закрыт советской властью.

) Несколько лет назад было создано Феноменологическое общество России. Учитывая то, что на русский язык переведены и изданы лишь немногие работы Гуссерля, группа российских исследователей начала публикацию ряда томов “Гуссерлианы”.

“Феноменологическое движение” было и остается весьма пестрым конгломератом концепций, подходов, философских и методологических конструкций. Если все они и восходят к наследию Гуссерля, то у разных авторов на первый план выдвигаются то одни, то другие элементы гуссерлевской феноменологии.

Гуссерль´ мыслил и удерживал их в сложном, подвижном единстве, тогда как многие его ученики и последователи не могли понять и принять “неожиданных” новых поворотов в развитии гуссерлевской мысли.

Так, некоторые его ученики, воспитанные на “Логических исследованиях”, не одобряли решительного поворота Гуссерля к трансцендентальной субъективности, продолжая двигаться по пути “объективизма”, по пути наукоучения.

Другие философы, заинтересовавшиеся феноменологией, начали усиленно исследовать именно те аспекты феноменов, которые Гуссерль предлагал исключить с помощью феноменологической редукции. Так, в “Логических исследованиях” был подробно описан путь от языковых выражений (через анализ их значений и смыслов) к феноменам сознания.

Примыкавшая к этим описаниям логико-лингвистическая феноменология — популярное и до сих пор ответвление феноменологии. Другой пример различий в понимании самой феноменологии и ее метода — феноменологическое измерение учения Хайдеггера. Гуссерль считал необходимым редуцировать как раз те аспекты сознания, которые особо заинтересовали Хайдеггера — “настроенность” сознания, выразившаяся в категориях “заботы”, “покинутости”, “смерти” и т.д.

Интенциональньга анализ Гуссерля обрел наибольшее, вероятно, количество последователей, причем не только среди собственно феноменологов, но и среди логиков, психологов, философов, примыкавших к другим направлениям.

Что касается позднего Гуссерля, то его учение о кризисе европейского человечества и жизненном мире придало феноменологии новое дыхание. Термин “жизненный мир” (Lebenswelt) стал в то время философским нововведением Гуссерля, хотя составлен он был из двух более чем обычных немецких слов (Leben, жизнь, и Welt, мир).

Сегодня он широко используется в философии, в других гуманитарных дисциплинах, а подчас встречается и в прессе (правда, теряя собственно феноменологический смысл).

Выдающийся французский философ Поль Рикер, испытавший влияние феноменологии, писал: “Работы Гуссерля принадлежат к тому типу произведений, которые не прояснены, полны сомнений, вновь и вновь пересматриваются и коррегируются, полны загадок и боковых ответвлений.

И потому многие мыслители находили свой путь именно тогда, когда они покидали своего учителя, но следовали той линии, которая была мастерски начата основателем феноменологии и не менее мастерски им снова перечеркнута.

История феноменологии есть по большей части история гуссерлевских ересей”15 Тем не менее большая заслуга принадлежит тем философам, которые стали хранителями обширнейшего наследия Гуссерля, издателями различных томов Гуссерлианы, интерпретаторами феноменологии. Это — Е. Фик, Л. Ландгребе, Г. Л.

Ван Бреда, В. Бимель, Г. Шпигельберг, И. Керн, А. де Веленс, У. Клесгес, К. Хельд, Р. Соколовски, Л. Элай, Б. Вальденфельс, Э. Холенштайн, Д. Хэрнс, Э. Стрекер, П. Янсен и многие другие.

Но самую громкую славу феноменологии принесли те мыслители, которые опирались на феноменологические, прежде всего гуссерлевские идеи, концепции, методы, однако стали оригинальными философами, родоначальниками новых философских направлений.

Имея в виду как раз глубокое воздействие феноменологии на возникновение и развитие других направлений, мы далее высветим феноменологический генезис взглядов таких выдающихся философов XX в., как М. Шелер (в главе о философской антропологии), Н. Гартман, М. Хайдеггер, М. Мерло-Понти, Ж.-П. Сартр (в разделе об экзистенциализме), П. Рикер (в главе о герменевтике).

Источник: История философии: Запад-Россия-Восток (книга третья. Философия XIX — XX в.)

Источник: https://terme.ru/termin/fenomenologicheskoe-dvizhenie.html

Феноменология (Phenomenology)

ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ

Феноменология (учение о феноменах) — одно из наиболее ориги­нальных и значительных направлений в философии XX в. Возникнове­нию феноменологии способствовали идеи Декарта, Лейбница, Беркли, Канта и неокантианцев марбургской школы.

Значительный вклад в создание феноменологии внес Дильтей. Но основоположником фено­менологии как самостоятельного учения является Э. Гуссерль.

Идеи феноменологии имеют ряд общих черт с философией буддизма, хотя неизвестно, был ли сам Гуссерль знаком с ней.

На базе философии Гуссерля и в значительной степени под его влиянием феноменология развилась как сложное многоплановое те­чение современной философии. При этом одни исследователи стали развивать гуссерлевский феноменологический идеализм(М. Хай­деггер, Г. Шпет и т.д.

), другие же — феноменологический методанализа, применяя его для исследования этических, культурно-истори­ческих, онтологических и тому подобных проблем (М. Шелер, Н. Гарт­ман, П. Рикер и т.д.). Феноменология оказала серьезное влияние и на ряд других философских учений XX в.

, в первую очередь на экзистен­циализм и герменевтику.

В основе феноменологии лежат две фундаментальные идеи:

• во-первых, каждый человек обладает сознанием, что самоочевидно для любого мыслящего существа (вспомним декартовское: «Мыслю, следовательно, существую»);

• во-вторых, поскольку орудием познания всего, лежащего за преде­лами сознания (т.е.

внешнего мира), является сознание, то любые объекты или факты действительности познаются и осознаются нами, только будучи каким-то образом запечатлены и проявлены в сознании.

Следовательно, все то, что мы познаем, есть, строго говоря, не сами объ­екты или факты действительности, а их проявления в сознании, т.е. феномены или явления.

Впервые в явном виде эта идея была сформулирована Кантом, и в его терминологии эту ситуацию можно было описать следующим обра­зом: то, что мы познаем посредством нашего сознания, всегда есть «вещь-для-нас», а не «вещь-в-себе».

Однако феноменологи и, в частности, Гуссерль пошли дальше, вооб­ще отрицая кантовскую «вещь-в-себе».

Так, если наше сознание как-то работает с этой «вещью-в-себе» (хотя бы утверждая ее непознавае­мость, нахождение за пределами сознания и т.п.), то тем самым она оказывается уже «вещью-для-нас», т.е.

тоже феноменом сознания. Если же сознание никоим образом не имеет дело с «вещью-в-себе», то последняя просто не существует для сознания.

Отсюда следует общий вывод о том, что доминирующее в европей­ской философии со времен Платона резкое противопоставление по­знающего субъекта и познаваемого объекта должно быть устранен« поскольку любой познаваемый объект есть всего лишь феномен созна­ния1.

В обыденной жизни и в естественных науках мы имеем дело с наив­ной «естественной установкой», в которой внешний мир представляет­ся нам как совокупность объективно существующих вещей, их свойств и отношений. И на этот противостоящий человеку объективный мир направлено работающее сознание мыслящего субъекта.

С позиции же феноменологии единственная реальность, с которой имеет дело созна­ние и с которой оно только и может иметь дело, есть феномены, или явления сознания.

И с этой точки зрения различия между вещами объективного мира и психическими переживаниями в определенном смысле стираются: и те и другие оказываются всего лишь материалом, с которым работает сознание.

Задача феноменолога состоит в изучении деятельности самого со­знания: в выявлении структуры и основополагающих актов чистого со­знания (т.е. сознания как такового), отличая форму этих актов и струк­тур от их содержания. Для этого необходимо очистить свое сознание с помощью специальных методов (феноменологическая редукция).

Придя в процессе феноменологической редукции к «чистому созна­нию», мы обнаруживаем, что оно представляет собой необратимый и не локализуемый в пространстве поток феноменов.

Мы не можем по­смотреть на него «сверху», «снизу» или «сбоку», встав над ним, нахо­дясь вне его (для этого сознание должно было бы выйти за свои преде­лы, т.е. перестать быть сознанием); постигать его возможно только «плывя в потоке».

Но, изучая его, мы обнаруживаем, что он обладает своей структурой и относительной упорядоченностью, именно это и позволяет выделять в качестве элементарных его единиц отдельные феномены.

Судьба учения.

Изучение структур «чистого сознания», проводи­мое в феноменологии, позволило приблизиться к постижению процес­сов смыслоформирования и коммуникации, самой возможности пони­мания и сыграло значительную роль в постановке и изучении акту­альнейшей проблемы современной компьютеристики — проблемы «искусственного интеллекта». Не случайно Гуссерля часто называют «дедушкой» «искусственного интеллекта».

1 Интересно отметить, что против резкого противопоставления субъекта и объекта в европейской философии выступал и Ницше, хотя и на несколько иных основаниях.

Феноменология оказала громадное влияние на всю западную фило­софию XX в., особенно на экзистенциализм, герменевтику, постмодер­низм и т.д. Это влияние было настолько велико, что можно говорить о «феноменологическом повороте» в западной философии.

Гуссерль(Husserl)

Биографические сведения. Эдмунд Гуссерль (1859—1938) — выдающийся немецкий философ, еврей по про-

исхождению (из семьи торговцев), родился и жил в Германии. С 1868 по 1876 г. он учился в гимназии, где не отличался успехами1. После окончания гимназии учился в Лейпцигском и Берлинском университетах, где изучал астрономию, математику, физи­ку и философию. В 1882 г. он защитил диссертацию по математике.

Философией Гуссерль заинтересовался, работая ассистентом у знаме­нитого математика К. Вейерштрасса в Берлине. Правда, к философии Гуссерля привели не только размышления над философскими пробле­мами математики, но и углубленное изучение Нового Завета. Филосо­фия, по его мнению, являлась той наукой, которая позволяет «найти путь к Богу и праведной жизни».

В 1886 г. Гуссерль слушал лекции знаменитого философа Ф. Брентано в Вене, после чего окончательно посвятил свою жизнь философии. В 1887 г. он защитил докторскую диссертацию в Галльском университете, с 1901 по 1916 г. он препода­вал в Геттингене, с 1916 по 1928 г. — во Фрайбурге.

Последние годы жизни Гуссерль подвергался преследованиям со стороны нацистского режима. Он был уволен с работы, а вскоре вообще исключен из списка профессоров Фрайбургского университета. Несмотря на моральный террор, он продолжал творческую деятельность до самой смерти в 1938 г.

По старинной немецкой традиции, когда умирал профессор, на университетской башне приспускался университетский флаг. Почет­ному профессору Фрайбургского университета, всемирно известному ученому Э. Гуссерлю, было отказано и в этом.

Основные труды. «Философия арифметики. Психологические и логические исследования» (1891), «Логические исследования. В 2 т.» (1900—1901), «К феноменологии внутреннего сознания времени» (лекции 1904—1905), «Философия как строгая наука» (1911), «Идеи чистой феноменологии» (1913), «Парижские доклады» (1924), «Карте-

1 Учительский совет гимназии даже высказал мнение, что он непременно провалит­ся на выпускных экзаменах из-за несерьезного отношения к учебе.

Узнав об этом, Гус­серль в день экзамена в считанные часы проштудировал необходимый учебный матери­ал и сдал экзамен блестяще.

Директор гимназии, выступая перед экзаменационной ко­миссией, не без гордости заметил: «Гуссерль — худший из наших учеников!».

зианские размышления» (1931), «Кризис европейских наук и трансцен­дентальная феноменология» (1936).

Значительная часть работ Гуссерля не была опубликована при его жизни, и их публикация продолжается до настоящего времени.

Философские воззрения. Конец XIX — начало XX вв.

ознаменова­лись кризисом науки (прежде всего физики и математики1), что привело к возрождению и широкому распространению различных направлений иррационализма и скептицизма, ставивших под сомнение претензии науки на истинность своих положений и саму возможность получения абсолют­но истинного знания.

Гуссерль был одним из первых, кто выступил в защи­ту идеалов рационализма. Его целью стало построение философии как строгой науки,для чего он приступил к разработке нового способа мыш­ления и метода, обеспечивающего достоверность полученного знания.

Убежденный в существовании абсолютно истинного знания (на при­мере математики и логики), Гуссерль предпринял попытку исследовать природу этого знания.

Но для этого необходимо было ответить на вопрос: как абсолютная истина (законы логики, положения математики) может возникнуть и существовать в индивидуальном сознании человека? Эта проблема соотношения индивидуального, временного, ограниченного со­знания человека и абсолютного, идеального, вневременного содержания научного знания волновала Гуссерля на протяжении всей его жизни2.

Антипсихологизм. Гуссерль считал, что математические и логиче­ские законы являются абсолютной истиной, не зависящей от нашего опыта. И поэтому в «Логических исследованиях» он подверг жесткой критике так называемый психологизм в логике.

Представители психо­логизма пытались вывести законы логики из закономерностей психи­ческого процесса мышления, тем самым ставя истинность ее законов в зависимость от психологических особенностей индивидуального со­знания или сознания человека вообще.

Настаивая на безотноситель­ном, абсолютном характере логических законов, Гуссерль подчерки­вал: истина принадлежит области смысла, идеального содержания познавательных актов, составляющих сознание.

Смысл акта суждения «2+2=4» — истина, не зависящая ни от физических, ни от психологи­ческих особенностей субъекта (настроения, желаний и т.д.), ни от ка­ких-либо других эмпирических факторов.

Исследование природы истинного знания заставило Гуссерля обра­титься к изучению идеальных структур сознания, что, в конечном счете, означало построение феноменологии.

1 О кризисе в физике см. на с. 451—452, о кризисе в математике — на с. 453.

2 В данном случае мы имеем дело с новой постановкой старой философской пробле­мы о необходимом и всеобщем характере научных законов и ограниченности челове­ческого опыта (см. схему 122).

Феноменология. Феноменология для Гуссерля — это наука, изуча­ющая мир сознания, мир феноменов, т.е. предметов, данных сознанию в разного рода познавательных актах. Так же как и Кант, Гуссерль свое исследование начинает с анализа процесса познания.

Он требует кри­тически подойти к использованию ничем не обоснованных и не про­веренных понятий и представлений, которые лежат в основе нашей картины мира. В первую очередь критике было подвергнуто понятие «объективной реальности», или «действительности».

Гуссерль требует отказа от этого понятия, «заключения его в скобки».

Естественная, или наивная, установка нашего сознания, основанная на здравом смысле, разделяет мир на субъективный, т.е. мир сознания, и объективный, лежащий вне сознания, т.е. мир вещей, свойств и отноше­ний. Будучи человеком, философ вынужден принимать эту установку, что­бы вести нормальную жизнь.

Но, как философ, он должен понимать, что та­кая установка привносится самим познающим субъектом и не является необходимой характеристикой познания самого по себе.

Поэтому от нее надо избавиться, что достигается применением метода эпохе1— «заклю­чением в скобки» всех наивно-реалистических идей естествознания, фи­лософии и «здравого смысла» относительно внешнего мира и человека.

Феноменологическое эпохе состоит в воздержании от суждений о реальном объективном мире (который в большинстве философских учений являлся основным объектом познания) и в отказе считать со­стояния сознания «ущербной субъективностью».

Благодаря эпохе весь пространственно-временной мир, так же как и собственное «я», предстают в качестве феноменов сознания, как «осмысленные» объек­ты, о которых он судит, мыслит, которые он оценивает, воспринимает и т.д.

Таким образом, границы мира оказываются для Гуссерля совпа­дающими с границами сознания (смысла).

В более поздних работах эпохе играет роль подготовительного эта­па феноменологической редукции.В результате ее происходит смена наивной познавательной установки на феноменологическую:человек переключает внимание с предметов внешнего мира на жизнь своего сознания.

И как следствие, открывается доступ к чистым феноменам сознания, осмысленным или осознанным объектам. Феноменология исследует не физическое, а интенциональное строение мира, ее предметом стано­вятся не объективные законы действительности, а смыслы бытия.

«Интенциональность»Гуссерль понимает как «направленность на»2. Наше сознание интенционально, так как всегда направлено на

1 От греческого «остановка, прекращение, воздержание от суждения».

2 Понятие «интенциональности» Гуссерль заимствовал у Ф. Брентано. В свою оче­редь, Брентано опирался на средневековое понятие «intentio», что означало «отличное от себя».

объект. Мы всегда думаем о чем-то, оцениваем что-то, представляем себе нечто и т.д. Таким образом, в интенциональности можно выделить два момента: предметный (объект направленности) и саму направлен­ность. Интенциональность оказывается необходимой, априорной иде­альной структурой сознания1.

Анализируя интенциональный акт по­знания, Гуссерль выделяет в нем два основных момента: ноэмуи ноэ­зис.Ноэма характеризует акт сознания, рассмотренный со стороны предмета, ей соответствует «что» акта.

Ноэзис — характеристика са­мой направленности, ей соответствует «как» акта.

Схема 175. Интенциональный акт

Например, рассмотрим три акта сознания, выражаемые в предложе­ниях: 1) «Дверь закрыта.»; 2) «Дверь закрыта!»; 3) «Дверь закрыта?».

Во всех этих трех случаях мы имеем дело с единой «материей», акты сознания направлены на единое «что»: некие феномены сознания «дверь» и «закрыто».

Но когда мы обращаемся к тому, как направлено сознание на это «что», то здесь обнаруживается различие: в первом случае мы имеем дело с утверждением, во втором — с восклицанием, в третьем — с вопросом2.

Схема 176. Ноэма и ноэзис

1 Выделяя априорные структуры сознания, Гуссерль следует Канту, но при этом ин­тенциональность принципиально отличается от тех априорных форм, которые усматри­вал Кант в человеческом сознании.

2 Различия в характеристике направленности не сводятся к трем вышеприведен­ным, они взяты в качестве примера как наиболее простые и понятные.

В «Логических исследованиях» Гуссерль предложил оригинальную концепцию смысла, связав его с идеальным содержанием актов созна­ния. При этом смысл понимается как то тождественное, что сохраняется во всех сонаправленных на данное «что» актах.

Понятие смысла (сущ­ности) стало одним из центральных в феноменологии.

В дальнейшем Гуссерль большое внимание уделял вопросу о соотношении различных смыслов и о тождестве смыслов, входящих в концептуальные схемы («деревья смыслов») различных субъектов, что позволило ему объяс­нить проблему понимания различными субъектами друг друга и т.п.

Проблема объективности научного знания.

Но как же феномено­логический подход помогает нам решить исходную проблему соотно­шения объективности идеального содержания научного знания (смыс­ла) и субъективного сознания, в котором этот смысл переживается? Для этого Гуссерль смещает акцент исследования с индивидуального сознания субъектов (и их коммуникации) на общечеловеческое созна­ние, на сознание некоего универсального субъекта (сообщество людей или человечество), для которого объективный мир предстает как мир общей интенции. Объективный мир понимается теперь как интерсубъ­ективная сфера (общая для всех субъектов). Индивидуальное «я» при этом становится на почву интерсубъективности.

В своей последней, не законченной работе «Начало геометрии» Гус­серль указывает на одну очень важную характеристику сообщества — быть носителем языка, «телесного оформления смысла».

Язык как но­ситель смысла, будучи материальным объектом, оказывается вплетен­ным в саму ткань общего для различных субъектов и потому объектив­ного (с позиции индивидуального сознания) мира (мира интенцио­нальных, осмысленных объектов).

Принадлежность языкового знака общему объективному миру оказывается гарантом и условием объек­тивности идеального смысла и делает возможным понимание и обще­ние. Таким образом, объективные смыслы, составляющие содержание научного знания, получают свое обоснование в опыте субъекта (чело­вечества), являющегося носителем языка.

Кризис европейской науки и его преодоление. С отчуждением объективного научного знания (смыслового содержания знания) от субъекта Гуссерль связывает кризис европейской науки.

И в анализе этого кризиса одним из центральных оказывается понятие «жизнен­ного мира»,т.е. мира, которому принадлежит и сам человек1.

Введе­ние понятие «жизненного мира» можно считать возвращением к ес-

1 Несомненно, что на «возвращение» с высот «чистого мышления» к миру, в котором живет человек, повлияли и те удары, которые сам Гуссерль получил из этого мира, в частности травля со стороны фашистского режима.

тественной установке сознания, признанием самоочевидности незави­симого существования внешнего мира. Но необходимо учесть то, что «объективный» мир восстанавливается в своих правах в рамках уже феноменологически редуцированного сознания, получая тем самым феноменологическое оправдание.

Основываясь на своем главном положении о том, что мир людей (человечества) есть мир сознания, Гуссерль подчеркивает: любая дея­тельность (в том числе и наука) является в этом смысле субъектив­ной.

Преодоление кризиса европейской науки и духовной культуры в целом Гуссерль связывает с признанием ее принципиальной субъек­тивности.

Он надеется, что, преодолев отчуждение от субъекта, филосо­фия выведет человечество из кризиса, преобразовав его в человечество, «способное на абсолютную ответственность перед собой на основе абсолютных теоретических прозрений».

Схема 177. Гуссерль: истоки и влияние

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/18_25409_fenomenologiya-Phenomenology.html

Что такое феноменологический подход

ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ

Про феноменологию в первой части «Что такое феноменология — и почему никто не может ответить на это понятно с первого раза: начинаю разбираться и объяснять».

Сейчас — про феноменологический метод: что это такое и почему его правильнее называть подходом

Насколько я понимаю, феноменологический метод — это не самостоятельная методология, а фильтр, этический фильтр, который можно наложить на любой существующий метод любых исследований, связанных с человеком с целью усиления значимости субъективных сторон вопроса, индивидуальных факторов. 

Поэтому правильнее его называть даже не методом — у слова method широкая палитра возможных оттенков смысла, которые пропадают при буквальном и не очень удачном переводе, скорее дезориентируя пользователя — поскольку метода, как такового, тут нет, а есть подход.

Феноменологический метод — это феноменологический подход к существующим методам любых исследований, связанных с человеком.

А феноменологический подход — это подход с упором на индивидуальность.

Короче говоря, феноменологический метод (подход) заключается в очеловечивании методов.

А чтоб совсем хорошее вышло определение:

Феноменологический подход заключается в очеловечивании методов с целью повышения их точности.

«Исследований, связанных с человеком» — потому что феноменология — это субъективизм, возведённый в абсолют. Если в предмете исследования нет человека, то нет и субъективной стороны вопроса, которая может упускаться из виду традиционными методиками. 

Иными словами методику вычисления средней температуры Земли в Меловом периоде можно попытаться очеловечить — но повышения точности результатов это не даст.

Тогда как в социологии, психологии и миллионе других наук и предметов изучения феноменологический метод повышает точность результатов. 

Скажем, метод систематизации рабочей силы: резюме. Есть типовая схема: контакты, основные данные, опыт работы, достижения, пожелания, бла-бла-бла.

Очень многие люди от этого страдают и чувствуют, что не могут себя в рамках этих полей подать верно. 

Например: феноменологический подход к поиску сотрудников

Условная градация глубины подхода: 

  • I уровень. Резюме + сопроводительное письмо.
  • II уровень. Пустая станица без граф. Каждый пишет своё резюме как считает нужным, что считает нужным. Но это тоже недостаточно феноменологично, потому что ограничивает людей текстовым способом выражения мысли, дискриминируя в пользу тех, кто лучше владеет письменным словом.
  • III уровень. Произвольная форма и формат подачи резюме.

Разумеется, сферический феноменологический подход в вакууме вообще заключается в уничтожении любых исследований, т.к. отрицает систематизацию. 

Поэтому феноменологический метод (подход) на практике — это совершенствование методик человеко-ориентированных исследований с учётом человеческой индивидуальности, позволяющее получать более точные данные и эффективнее их обрабатывать.

На примере первого уровня это означает:

  • со стороны пользователя: добавить к форме отправки резюме на сайте поле для сопроводительного письма — тоньше настроенное получение данных;
  • со стороны организации: расширить систематизацию резюме критериями, применяемыми к сопроводительным письмам — например, инициативность, красноречие и т.д. — тоньше настроенная обработка данных.

Примеры из жизни:

  • юзабилити — феноменологический подход к интерфейсам;
  • эргономика — феноменологический подход к проектированию;
  • «Точность слов» — феноменологический подход к философии, истории и этике


Эта статья описывает процесс знакомства с новой темой, и не претендует на полноту и достоверность знания.

Дополнения и поправки принимаются, попытки выпендриться игнорируются.

Человек, придумавший феноменологию, смотрит, что это мы тут с ней делаем

P.S.Помогите перевести «Точность слов» на отдельный сайт.

Отсутствие возможности сортировки по рубрикам или хотя бы тегам становится серьёзным неудобством при 70+ записей, большинство из которых относится к нескольким развивающимся тематическим циклам.

Лучшим решением будет переезд на отдельный сайт с сохранением на «Дзене» трансляции свежих записей. На сайте «Яндекс-денег» можно сделать перевод с карты или из кошелька.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5b6a03bbf3eaf800ab683af6/5c1a13bab93e1500aa2b06ca

ФЕНОМЕНОЛО́ГИЯ

ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ

Авторы: В. И. Молчанов 

ФЕНОМЕНОЛО́ГИЯ (букв. – уче­ние о фе­но­ме­нах), од­но из гл. на­прав­ле­ний в фи­ло­со­фии 20 в. Ос­но­ва­тель – Э. Гус­серль, не­по­средств. пред­ше­ст­вен­ни­ки – Ф. Брен­та­но и К. Штумпф.

Тер­мин «Ф.» в фи­ло­со­фии вос­хо­дит к 18 в., упот­реб­ля­ет­ся нем. фи­ло­со­фом И. Лам­бер­том («Но­вый ор­га­нон», 1764) в зна­че­нии «тео­рия ви­ди­мо­сти» в про­ти­во­по­лож­ность тео­рии ис­ти­ны; в раз­ных зна­че­ни­ях встре­ча­ет­ся у И. Г. Гер­де­ра, И. Кан­та, И. Г.

Фих­те, Г. В. Ф. Ге­ге­ля («фе­но­ме­но­ло­гия ду­ха» как «нау­ка об опы­те соз­на­ния»), Ч. Пир­са. У Гус­сер­ля Ф. вы­сту­па­ет как фун­дам. нау­ка о со­з­на­нии – уче­ние об оче­вид­но­сти и ис­ти­не ак­тов соз­на­ния и са­мих ве­щей в их са­мо­рас­кры­тии и яв­лен­но­сти.

Ф.

пред­став­ля­ет со­бой ши­ро­кое фи­лос. дви­же­ние, в ко­то­ром уже в ран­ний пе­ри­од воз­ни­ка­ют тен­ден­ции, не­сво­ди­мые к фи­ло­со­фии Э. Гус­сер­ля, – уче­ния М. Ше­ле­ра и М. Хай­дег­ге­ра. Од­ним из ис­точ­ни­ков Ф.

явил­ся ин­те­рес к «Ло­ги­че­ским ис­сле­до­ва­ни­ям» Гус­сер­ля со сто­ро­ны мюн­хен­ско­го круж­ка фи­ло­со­фов и пси­хо­ло­гов – уче­ни­ков Т. Лип­пса (И. Дау­берт, А. Рай­нах, А. Пфен­дер, Д. Гиль­деб­ранд, Т. Кон­рад, Х. Кон­рад-Мар­ти­ус и др.).

Не­ко­то­рые из них пе­ре­ез­жа­ют с 1905 по 1908 в Гёт­тин­ген, где пре­по­да­ёт в это вре­мя Гус­серль, а Рай­нах ста­но­вит­ся его ас­си­стен­том. Про­бле­ма­ти­ка мюн­хен­ско-гёт­тин­ген­ской груп­пы за­ло­жи­ла ос­но­вы т. н. реа­ли­сти­че­ской Ф. с её ори­ен­та­ци­ей на он­то­ло­гич. про­бле­ма­ти­ку.

Рай­нах и Дау­берт ра­бо­та­ют над тео­ри­ей су­ж­де­ния и «со­ци­аль­ных ак­тов», пред­вос­хи­щая от­кры­тия Дж. Ос­ти­на. Ф. в Гер­ма­нии на­счи­ты­ва­ет неск. по­ко­ле­ний ис­сле­до­ва­те­лей, боль­шую роль в её уп­ро­че­нии сыг­ра­ли О. Финк и Л. Ланд­гре­бе, быв. ас­си­стен­ты Гус­сер­ля. Наи­бо­лее из­вест­ные ме­ж­ду­нар.

цен­тры Ф. воз­ник­ли в 1970-е гг. в Вуп­пер­та­ле (К. Хельд и Л. Тен­ге­ли) и в Бо­ху­ме (Б. Валь­ден­фельс). В Швей­ца­рии Ф. пред­став­ле­на име­на­ми И. Кер­на, Э. Хо­лен­штай­на, Э. Мар­ба­ха.

В нач. 20 в. про­ис­хо­дит ин­тен­сив­ное ус­вое­ние идей Э. Гус­сер­ля в Рос­сии (Н. О. Лос­ский, С. Л. Франк, Г. Г. Шпет, Б. В. Яко­вен­ко, А. Ф. Ло­сев и др.). Во Фран­ции мож­но вы­де­лить два эта­па ста­нов­ле­ния Ф.: 1930–50-е гг., свя­зан­ные с име­на­ми Ж. П. Сар­тра, М. Мер­ло-Пон­ти, П. Ри­кё­ра, М. Дюф­ре­на, А. Ка­мю, Э.

 Ле­ви­на­са, и пе­ри­од бо­лее позд­ний и со­вре­мен­ный, свя­зан­ный с име­на­ми М. Ан­ри, Ж. Дер­ри­да, М. Ри­ши­ра, Ж. Л. Ма­рио­на, А. Маль­ди­не и др. Бла­го­да­ря уче­ни­кам Гус­сер­ля – Р. Ин­гар­де­ну и Я. Па­точ­ке Ф. по­лу­чи­ла рас­про­стра­не­ние в Поль­ше и Че­хии. Ф. ста­ла влия­тель­ным фи­лос. на­прав­ле­ни­ем в США бла­го­да­ря А. Шю­цу, М.

 Фар­бе­ру, А. Гур­ви­чу и Д. Кэрн­су. Ф. рас­про­стра­не­на в Ка­на­де и Мек­си­ке, в Япо­нии и Ки­тае и др. стра­нах Азии, а так­же в Лат. Аме­ри­ке, Ав­ст­ра­лии и ЮАР. Ис­сле­до­ва­тель­ские цен­тры и фе­но­ме­но­ло­гич. об-ва ра­бо­та­ют во мно­гих стра­нах ми­ра. В 2002 соз­да­на ме­ж­ду­нар. Орг-ция фе­но­ме­но­ло­гич. ор­га­ни­за­ций. С 1960-х гг.

во­зоб­нов­ля­ют­ся ис­сле­до­ва­ния Ф. в Рос­сии (К. С. Ба­крад­зе, П. П. Гай­ден­ко, З. М. Ка­ка­бад­зе, Н. В. Мот­ро­ши­ло­ва и др.) и пе­ре­во­ды фе­но­ме­но­ло­гич. тек­стов. В 1980-е гг. Ф. объ­е­ди­ня­ет мо­ло­дых ис­сле­до­ва­те­лей Виль­ню­са, Мо­ск­вы, Ри­ги и Рос­то­ва-на-До­ну (из­да­ны 5 сб-ков по Ф. и гер­ме­нев­ти­ке).

В 1998 ос­но­ван Центр фе­но­ме­но­ло­гич. фи­ло­со­фии в РГГУ.

Фе­но­ме­но­ло­гич. ме­тод по­лу­чил при­ме­не­ние в пси­хо­ло­гии и пси­хи­ат­рии (А. Пфен­дер, Ф. Бей­тен­дейк, Л. Бин­сван­гер, В. Франкл, Р. Д. Лэйнг, Э. Штра­ус), эти­ке (М. Ше­лер и Д. Гиль­де­бранд), эс­те­ти­ке (М. Гай­гер, Р. Ин­гар­ден, М. Дюф­рен), пра­ве и со­цио­ло­гии (А. Рай­нах, Э. Штайн, А. Шюц), фи­ло­со­фии ре­ли­гии (М.

 Ше­лер, К. Ста­вен­ха­ген, Ж. Хе­ринг), он­то­ло­гии (А. Рай­нах, Х. Кон­рад-Мар­ти­ус, Р. Ин­гар­ден, О. Финк), фи­ло­со­фии ма­те­ма­ти­ки и ес­те­ст­во­зна­ния (О. Бек­кер), ис­то­рии и ме­та­фи­зи­ке (Л. Ланд­гре­бе, Я. Па­точ­ка). Влия­ние Ф. ис­пы­та­ли эк­зи­стен­циа­лизм, пер­со­на­лизм, фи­лос. гер­ме­нев­ти­ка и др. те­че­ния.

Осн. пе­рио­дич. из­да­ния: «Jahrbuch für Philosophie und phänomenologische Forschung» (изд. Э. Гус­сер­лем и др.

, 1913–30); «Philosophy and Phenomeno­lo­gical Research» (США, c 1940); «Phaeno­menologica» (с 1958, бо­лее 200 то­мов); «Journal of the British Society for Pheno­me­nology» (c 1970); «Analecta Husser­liana» (США, c 1971, бо­лее 120 то­мов); «Phä­no­menologische Forschungen» (ФРГ, с 1975); «Phenomenological Inquiry» (США, c 1976); «Husserl Studies» (c 1984); «Ло­гос» (М., с 1991); «The New Yearbook for Phenomenology and Pheno­meno­logi­cal Philosophy» (США, c 2001), «Еже­год­ник по фе­но­ме­но­ло­гич. фи­ло­со­фии» (М., с 2008); «Horizon. Фе­но­ме­но­ло­гич. ис­сле­до­ва­ния» (СПб., с 2012).

Основные идеи и метод

Ра­ди­ка­ли­за­ция че­ло­ве­че­ской спо­соб­но­сти ме­нять ус­та­нов­ки и по­зи­ции – ис­ход­ный пункт Ф. как тео­рии и ме­то­да: у Э. Гус­сер­ля – это воз­мож­ность пе­ре­хо­да от ин­ди­ви­ду­аль­но­го со­зер­ца­ния к сущ­но­ст­но­му, от обы­ден­ной, или ес­те­ст­вен­ной, ус­та­нов­ки к фе­но­ме­но­ло­ги­че­ской, или реф­лек­сив­ной (фе­но­ме­но­ло­гич.

ре­дук­ция – за­клю­че­ние в скоб­ки всех до­пу­ще­ний от­но­си­тель­но су­ще­ст­во­ва­ния пред­ме­тов внеш­не­го опы­та, и «транс­цен­ден­таль­ная ре­дук­ция» – за­клю­че­ние в скоб­ки соб­ст­вен­но­го со­зна­ния как пси­хо­ло­гич. ре­аль­но­сти), у М.

 Хай­дег­ге­ра – воз­мож­ность пе­ре­хо­да от не­под­лин­но­го к по­длин­но­му спо­со­бу бы­тия, транс­фор­ма­ция не­оп­ре­де­лён­но­сти по­все­днев­но­го су­ще­ст­во­ва­ния в «ре­ши­мость», у М. Ше­ле­ра – от на­блю­де­ния к не­по­сред­ст­вен­но пе­ре­жи­вае­мо­му кон­так­ту с ми­ром, у Ж. П.

Сар­тра – это сво­бо­да вы­бо­ра как из­на­чаль­ное свой­ст­во и бре­мя че­ло­ве­ка, у М. Мер­ло-Пон­ти – воз­мож­ность пе­ре­хо­да от дог­ма­тиз­ма здра­во­го смыс­ла и нау­ки к сво­ему Я как субъ­ек­ту-в-ми­ре.

Осн. идея: че­ло­ве­че­ское соз­на­ние и бы­тие – это не замк­ну­тые сфе­ры, но фун­дам. про­ек­ты реа­ли­за­ции смыс­ла. Фе­но­ме­но­ло­гич.

ме­тод яв­ля­ет­ся прин­ци­пи­аль­но де­ск­рип­тив­ным, ему свой­ст­вен­но от­стра­не­ние от лю­бых пред­по­сы­лок, ко­то­рые не реа­ли­зу­ют­ся в опы­те; пред­ме­том ис­сле­до­ва­ния долж­ны быть са­ми ве­щи (в ши­ро­ком смыс­ле), но не тео­рии или мне­ния о них.

Ф.

име­ет сво­им пред­ме­том мно­го­об­раз­ные фе­но­ме­ны че­ло­ве­че­ско­го ми­ра, до­ступ к ко­то­рым и воз­мож­ность опи­са­ния ко­то­рых уко­ре­не­ны в са­мом соз­на­нии и че­ло­ве­че­ском бы­тии: соз­на­ние и реф­лек­сия, вре­мя и пе­ре­жи­ва­ние, су­ж­де­ние и по­зна­ние, лю­бовь и не­на­висть, во­ля и же­ла­ние, страх и со­весть, дей­ст­вие и вы­бор, сво­бо­да и смерть, те­лес­ность и про­стран­ст­во и т. д. Ис­ход­ные по­ня­тия осн. фе­но­ме­но­ло­гич. уче­ний: пси­хич. фе­но­ме­ны (Ф. Брен­та­но), ин­тен­цио­наль­ность соз­на­ния (Э. Гус­серль), лич­ность как ду­хов­ный акт (М. Ше­лер), бы­тие-в-ми­ре (М. Хай­дег­гер), вос­при­ятие и те­лес­ность (М. Мер­ло-Пон­ти), че­ло­ве­че­ская ре­аль­ность (Ж. П. Сартр). Те­зис Брен­та­но о том, что ис­тин­ный ме­тод фи­ло­со­фии не от­ли­ча­ет­ся от ме­то­да ес­теств. на­ук, был реа­ли­зо­ван Гус­сер­лем в его кон­цеп­ции фи­ло­со­фии как стро­гой нау­ки, ос­но­ван­ной на внутр. опы­те, в от­ли­чие от ес­те­ст­во­зна­ния, об­ра­щён­но­го к опы­ту внеш­не­му. Ф. ис­хо­дит из не­раз­рыв­но­сти и од­но­вре­мен­но вза­им­ной не­сво­ди­мо­сти соз­на­ния и пред­мет­но­го ми­ра, ко­то­рая вы­ра­жа­ет­ся у Гус­сер­ля в раз­ли­чии трёх ви­дов свя­зей – ме­ж­ду по­зна­вае­мы­ми в нау­ке ве­ща­ми, ме­ж­ду пе­ре­жи­ва­ния­ми по­знаю­ще­го соз­на­ния и ме­ж­ду ло­гич. свя­зя­ми тео­рии, у Хай­дег­ге­ра – в «он­то­ло­гич. раз­ли­чии» бы­тия и су­ще­го, у Сар­т­ра – в раз­ли­чии в-се­бе-бы­тия и для-се­бя-бы­тия, у Мер­ло-Пон­ти – «не­ви­ди­мо­го» и «ви­ди­мо­го»: не­воз­мож­но пред­ста­вить се­бя про­сто ку­соч­ком ми­ра, толь­ко объ­ек­том био­ло­гич., пси­хо­ло­гич. и со­цио­ло­гич. ис­сле­до­ва­ний. В по­сле­гус­сер­лев­ской Ф. при­ори­тет от­дан про­бле­ме не­раз­рыв­но­сти че­ло­ве­че­ско­го бы­тия и ми­ра («бы­тие-в-ми­ре» у Хай­дег­ге­ра, те­ло как субъ­ект це­ло­ст­но­го «пер­вич­но­го вос­при­ятия» и тем са­мым «про­вод­ник бы­тия в мир» у Мер­ло-Пон­ти).

Раз­ли­чие ме­ж­ду фе­но­ме­ном, яв­ле­ни­ем и ви­ди­мо­стью, про­ве­дён­ное М. Хай­дег­ге­ром, уточ­ня­ет пред­мет Ф.

: ес­ли яв­ле­ние от­сы­ла­ет к сущ­но­сти, а ви­ди­мость по­ка­зы­ва­ет не то, что она в се­бе есть, то фе­но­мен ха­рак­те­ри­зу­ет­ся как то, что «се­бя-в-се­бе-са­мом-по­ка­зы­ва­ет».

Вос­при­ни­мае­мое дан­ное как та­ко­вое, убе­ж­дён­ность в ис­тин­но­сти или лож­но­сти су­ж­де­ния или ар­гу­мен­та­ции, пе­ре­жи­вае­мые эмо­цио­наль­ные со­стоя­ния суть фе­но­ме­ны; они не сво­дят­ся и не вы­во­дят­ся из пред­ме­тов или об­стоя­тельств, с ко­то­ры­ми со­от­но­сят­ся.

Ф.

объ­е­ди­ня­ет тра­ди­ци­он­но про­ти­во­пос­тав­ляе­мые «ис­ти­ны в се­бе» (иде­аль­ные, вне­вре­мен­ные пред­ме­ты) и аб­со­лют­ный вре­мен­ной по­ток соз­на­ния. Вре­мя рас­смат­ри­ва­ет­ся в Ф. не как объ­ек­тив­ное вре­мя, но как вре­мен­ность, тем­по­раль­ность са­мо­го соз­на­ния [вре­мя как син­тез внутр. фаз пе­ре­жи­ва­ния (Гус­серль)] и бы­тия [вре­мя как из­на­чаль­ное «вне-себя» в се­бе са­мом; бу­ду­щее как воз­мож­ность эк­зи­стен­ци­аль­но­го вре­ме­ни, объ­еди­няю­ще­го на­стоя­щее, про­шлое и бу­ду­щее (Хай­дег­гер)].

Вре­мен­ность – ос­но­ва внут­рен­ней ис­то­рич­но­сти лич­но­сти (Гус­серль), ис­то­рич­но­сти бы­тия-в-ми­ре (Хай­дег­гер).

Прин­ци­пи­аль­ным для Ф. яв­ля­ет­ся он­то­ло­гич. по­ни­ма­ние ис­ти­ны. Ис­ти­на – это то­ж­де­ст­во пред­ме­та са­мо­му се­бе, «бы­тие в смыс­ле ис­ти­ны»: «ис­тин­ный друг», «ис­тин­ное по­ло­же­ние дел» и т. д.

Ис­тин­ным мо­жет быть так­же струк­ту­ра ак­та соз­на­ния, в ко­то­ром по­ло­же­ние дел ус­мат­ри­ва­ет­ся имен­но та­ким, ка­ко­во оно есть. Оче­вид­ность в ка­че­ст­ве кри­те­рия ис­ти­ны яв­ля­ет­ся не осо­бым чув­ст­вом, со­про­во­ж­даю­щим не­ко­то­рые су­ж­де­ния, а пе­ре­жи­ва­ни­ем сов­па­де­ния мыс­ли­мо­го и со­зер­цае­мо­го. У М.

 Хай­дег­ге­ра ис­ти­на как от­кры­ваю­щее бы­тие уко­ре­не­на в са­мом спо­со­бе бы­тия че­ло­ве­ка, ко­то­рое ха­рак­те­ри­зу­ет­ся как «рас­кры­тость».

В раз­ра­бо­тан­ной Э. Гус­сер­лем тео­рии пред­мет­но­сти и ре­гио­наль­ных он­то­ло­гий ус­та­нав­ли­ва­ет­ся кор­ре­ля­ция ме­ж­ду спо­со­бом дан­но­сти оп­ре­де­лён­но­го ти­па пред­мет­но­сти [ма­те­ри­аль­ной ве­щи, те­лес­нос­ти, ду­ши (пси­хи­че­ско­го)] и ак­та­ми соз­на­ния.

Ре­гио­наль­ные он­то­ло­гии ле­жат в ос­но­ве со­от­вет­ст­вую­щих на­ук – фи­зи­ки, со­ма­то­ло­гии (уче­ния о по­лях ощу­ще­ний жи­во­го те­ла), пси­хо­ло­гии и оп­ре­де­ля­ют их ме­то­ды, но не оп­ре­де­ля­ют­ся ими. Сущ­но­ст­ное ус­мот­ре­ние вы­де­ля­ет ин­ва­ри­ант­ный смысл пред­ме­та и яв­ля­ет­ся ос­но­вой на­уч. мыш­ле­ния.

Со­зер­ца­ние об­ще­го долж­но иметь чув­ст­вен­ную опо­ру, ко­то­рая мо­жет быть со­вер­шен­но про­из­воль­ной. В ак­тах сущ­но­ст­но­го со­зер­ца­ния яв­ля­ет се­бя иде­аль­ная пред­мет­ность, но она не есть соз­да­ние этих ак­тов или функ­ция мыш­ле­ния.

Опо­ра на мно­го­об­раз­ные ак­ты вос­при­ятия, па­мя­ти и фан­та­зии есть, во-пер­вых, ос­но­ва мно­го­об­ра­зия в «со­зер­ца­нии сущ­но­стей» и, во-вто­рых, – ос­но­ва для ра­ди­каль­но­го раз­ли­че­ния идеа­ли­за­ции и идеа­ции (ус­мот­ре­ния идеи).

Пер­вая осу­ще­ст­в­ля­ет­ся как кон­ст­руи­ро­ва­ние по­ня­тий и объ­ек­тов вне ре­аль­ной сфе­ры вос­при­ятия (точ­ка, мас­са, со­ци­аль­ная струк­ту­ра и т. д.), вто­рая от­да­ёт пред­поч­те­ние ми­ру вос­при­ятия.

Раз­ли­чие ва­ри­ан­тов в по­ста­нов­ке и ре­ше­нии про­бле­мы ин­тер­субъ­ек­тив­но­сти со­от­вет­ст­ву­ет раз­ли­чию ис­ход­ных за­дач фи­ло­со­фов. Для М. Ше­ле­ра та­ко­вой яв­ля­ет­ся обос­но­ва­ние эти­ки и со­цио­ло­гии.

Со­глас­но Ше­ле­ру, общ­ность при­сут­ст­ву­ет в соз­на­нии ка­ж­до­го ин­ди­ви­да: «Не толь­ко Я есть член Мы, но так­же и Мы есть не­об­хо­ди­мый член Я».

Про­бле­му свя­зей в общ­но­сти долж­но раз­ре­шить уче­ние о сту­пен­ча­той сфе­ре со­чув­ст­во­ва­ния («сим­па­тии») – от еди­но­чув­ст­вия (Einsfühlung) до ду­хов­ной (акос­ми­че­ской) люб­ви к лич­но­сти.

Ис­ход­ная про­бле­ма Э. Гус­сер­ля – ос­но­ва­ние объ­ек­тив­но­сти по­зна­ния и са­мо­по­зна­ния в общ­но­сти. Др.

че­ло­век, бла­го­да­ря ко­то­ро­му воз­мо­жен опыт чу­жо­го, дан нам, во-пер­вых, не как при­род­ный объ­ект, но как те­ло-плоть, при­над­ле­жа­щее дру­го­му Я, как тот, кто «из­нут­ри», пси­хи­че­ски управ­ля­ет сво­ей те­лес­но­стью, и, во-вто­рых, – как субъ­ект, ус­та­нав­ли­ваю­щий свой смы­сло­вой мир и опять-та­ки кон­сти­туи­рую­щий дру­гих, в т. ч. и ме­ня, в ка­че­ст­ве объ­ек­тов и субъ­ек­тов ми­ра. В обо­их слу­ча­ях опыт Дру­го­го не дос­ту­пен не­по­сред­ст­вен­но, он кон­сти­туи­ру­ет­ся по ана­ло­гии с мо­ей субъ­ек­тив­но­стью. Пе­ре­се­че­ние ми­ров не­за­ви­си­мых кон­сти­ту­тив­ных сис­тем об­ра­зу­ет об­щий для всех мир. Бла­го­да­ря опы­ту чу­жо­го и Дру­го­го пре­одо­ле­ва­ет­ся со­лип­сизм и ста­но­вит­ся воз­мож­ным ие­рар­хич. со­об­ще­ст­во «мо­над» (не­за­ви­си­мых на­блю­да­те­лей и дея­те­лей), в ко­то­рых реа­ли­зу­ет­ся раз­ная сте­пень объ­ек­тив­но­сти по­зна­ния.

Ис­ход­ный пункт М. Хай­дег­ге­ра – со­вме­ст­ное бы­тие (Mitsein) в по­все­днев­но­сти, для пре­одо­ле­ния ко­то­рой не­об­хо­ди­ма ра­ди­каль­ная ин­ди­ви­дуа­ция (ана­лог фе­но­ме­но­ло­гич. ре­дук­ции), оп­ре­де­ляю­щая под­лин­ный, не­за­ви­си­мый от ка­ких бы то ни бы­ло функ­цио­наль­ных от­но­ше­ний спо­соб бы­тия как ин­ди­ви­да, так и на­ро­да.

Ис­ход­ные пунк­ты Ж. П. Сар­тра и Э. Ле­ви­на­са – при­ори­тет Дру­го­го в кон­сти­туи­ро­ва­нии Я и ми­ра и вы­хо­дя­щий за пре­де­лы сфе­ры по­зна­ния ха­рак­тер от­но­ше­ний Дру­го­го и Я (он­то­ло­ги­че­ский у Сар­тра, эти­че­ский у Ле­ви­на­са). У Сар­тра это от­но­ше­ние– кон­фликт как вза­им­ное ог­ра­ни­че­ние сво­бо­ды, т. е. воз­мож­но­сти быть иным.

Это реа­ли­зу­ет­ся во взгля­де Дру­го­го, пре­вра­щаю­ще­го ме­ня в объ­ект, при этом Я вос­при­ни­маю Дру­го­го в ка­че­ст­ве субъ­ек­та (взгляд, в от­ли­чие от глаз, нель­зя объ­ек­ти­ви­ро­вать). Со­от­вет­ст­вен­но Дру­гой кон­сти­туи­ру­ет ме­ня как субъ­ект, пре­вра­ща­ясь под мо­им взгля­дом в объ­ект. От­но­ше­ние к Дру­го­му бо­лее пер­вич­но, чем от­но­ше­ние с Дру­гим, т. е.

от­но­ше­ние «Мы».

У Э.

 Ле­ви­на­са Дру­гой рас­кры­ва­ет свою аб­со­лют­ную ина­ко­вость в си­туа­ции ли­цом-к-ли­цу; от­но­ше­ние к Ли­цу асим­мет­рич­но, это не со­пер­ни­че­ст­во, но ин­ди­ви­дуа­ли­зи­рую­щая че­ло­ве­ка от­вет­ст­вен­ность за дру­го­го че­ло­ве­ка («лю­бой Дру­гой уни­ка­лен»), ка­ки­ми бы ни бы­ли по­ступ­ки по­след­не­го. За­бо­та о Дру­гом, спо­соб­ность от­да­вать при­ори­тет Дру­го­му – аб­со­лют­ная цен­ность и пер­вич­ное этич. от­но­ше­ние.

Ва­ри­ан­ты Ф. раз­ли­ча­ют­ся пре­ж­де все­го ис­ход­ной точ­кой опи­са­ния фун­дам. кру­га «че­ло­век – соз­на­ние – бы­тие». Для Э. Гус­сер­ля – это ес­теств. ус­та­нов­ка, «жиз­нен­ный мир» и транс­цен­ден­таль­ная субъ­ек­тив­ность, для М.

 Ше­ле­ра – лич­ность, чув­ст­во и ие­рар­хия цен­но­стей, для М. Хай­дег­ге­ра – во­про­шаю­щее о бы­тии че­ло­ве­че­ское бы­тие-в-ми­ре, для Ж. П. Сар­тра – эмо­ция как ма­гич. пре­вра­ще­ние ми­ра, для П. Ри­кё­ра – во­ля, «ре­ин­те­гра­ция соз­на­ния в те­ле и те­ла в соз­на­нии».

В фе­но­ме­но­ло­гич.

уче­нии о соз­на­нии вы­яв­ля­ют­ся пре­дель­ные воз­мож­но­сти мно­го­об­раз­ных спо­со­бов смыс­ло­по­ла­га­ния: от про­стей­шей фик­са­ции про­стран­ст­вен­но-вре­мен­но­го по­ло­же­ния объ­ек­та до ус­мот­ре­ния иде­аль­ных пред­ме­тов, от пер­вич­ной реф­лек­сии на вос­при­ятие до раз­мыш­ле­ния о смы­сло­вых ос­но­вах куль­ту­ры.

Источник: https://bigenc.ru/philosophy/text/4708645

Book for ucheba
Добавить комментарий