Г л а в а 2 ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

Становление человека и человеческого общества. Возникновение медицины (стр. 1 из 2)

Г л а в а 2 ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

.

Московская медицинская академия им. Сеченова И.М., 1998

Исполнитель: студентка гр. 25 1 л/ф. Мытник Т.В.

Изучение происхождения человека, зарождения и первоначального развития его хозяйственной и общественной деятельности, материальной и духовной культуры составляет предмет первобытной истории, или историю первобытного общества.

Согласно современным представлениям период формирования и становления человеческого общества – от появления на земле человека до возникновения классового общества – продолжался не менее полутора миллионов лет и завершился не ранее 4-го тысячелетия до н.э.

Весь этот период был “бесписьменным”, и история первобытного общества реконструируется главным образом на основе данных палеоантропологии, археологии и этнографии. Однако ни один из основных видов источников не отражает прошлого всесторонне.

Вещественные памятники первобытной эпохи – археологические и антропологические – не могут дать достаточно полного представления о существовавших обычаях, общественных отношениях и т.п.

В выделении человека из мира животных и возникновении человеческого общества ведущую роль сыграл труд: сознательное, заранее намеченное изготовление и использование орудий труда с целью удовлетворения насущных потребностей, в первую очередь в пище и защите от врагов.

Трудовая теория является синтезом социальных и биологических закономерностей в происхождении человека, где социально сведено к одному важнейшему революционизирующему фактору.

Ни одно животное не изготовляет орудий труда с заранее намеченной целью, хотя может использовать их для охоты и добычи плодов.

Такое целеполагающее изготовление орудий труда является процессом, который определяет созидательный характер труда.

Человеческое общество возникло не сразу с появлением первых орудий труда. Этому предшествовал длительный период эволюции, в течение которого одновременно и параллельно проходило формирование человека как вида ( антропогенез ) и становление человеческого общества ( социогенез ).

Некоторые специалисты по первобытной истории считают, что правильнее говорить о наличии единого процесса формирования человека и становления человеческого общества.

Период антропосоциогенеза характеризуется не только совершенствованием орудийной деятельности, но и преодолением, обузданием ” зоологического индивидуализма “.

Последнее имело едва ли не решающее значение для коллективов формирующихся людей, было одним из ведущих механизмов социогенеза, обеспечивавших коллективный труд и распределение, т.е. основные условия, при которых первобытный коллектив мог выжить.

Первая стадия истории первобытного общества завершилась 35-40 тысяч лет назад формированием человека современного вида и родовой общины – первой формы существования человеческого общества.

Начальную форму организации первобытных коллективов принято называть ” первобытным человеческим стадом.

Датировка возникновения первобытного стада окончательно не установлена: если считать древнейшим человеком презинджатропа, оно возникло около 2 млн. лет назад, если архантропов – около 1 млн. лет назад.

В развитии первобытного человеческого стада выделяют стадию архантропов и стадию палеонтропов, которые жили в мустьерское время.

Ареал расселения архантропов был относительно невелик и ограничивался первоначально регионами с теплым климатом.

Жили они небольшими коллективами, скорее всего по 20-30 взрослых особей, занимались собирательством, требующим больших затрат времени, но дающим относительно мало пищи и притом чаще всего низкокалорийной.

С возникновением первобытного общества начались становление и развитие социальных отношений и прежде всего первобытного коллективизма. Главной причиной, тормозившей развитие социальных отношений в стаде, был зоологический индивидуализм. Формирование коллективных представлений длительный, а их смена – исключительно сложный процесс.

К числу наиболее ранних коллективных представлений, генетически связанных между собой и оказавших определяющее влияние на становление и последующее развитие человеческой культуры, в том числе и медицины, относятся табу, тотемизм, магия, инимизм и фетишизм.

По-видимому, одним из наиболее ранних коллективных представлений была система немотивированных и категорических запретов, регулирующая поведение людей в первобытных коллективах и их отношение друг к другу. Такие запреты, сохранившиеся до нового времени у так называемых примитивных народов, получили название “табу”.

В отличие от законодательных или религиозных или религиозных запретов сила, санкционировавшая “табу” неизвестна, и, следовательно, вольный или невольный его нарушитель был лишен права на оправдание или покаяние. Возможно, было только очищение, которое допускалось не во всех случаях нарушения “табу”.

Отсутствие силы, санкционировавшей “табу”, не означало, что его нарушение останется безнаказанным. Нарушение “табу по представлениям примитивных народов, освобождало некую неведомую опасность, находившуюся до этого в скрытом состоянии. Эта сила карала (чаще всего смертью), причем не только самого нарушителя, но и коллектив, членом которого он является.

Соблюдение “табу” осмысливалось как своеобразная профилактическая мера, защищающая коллектив от смертельной опасности, которая может произойти из-за неправильного поведения отдельной личности. В первобытных коллективах существовали половые “табу”, пищевые “табу”. Эти запреты возникли как средство обуздания животных инстинктов.

“Табу возникли стихийно, бессознательно в ходе практической деятельности. Таким образом, ” табу” были первыми регуляторами поведения людей в первобытных коллективах, и их отношений к коллективу и друг к другу.

В период расцвета родоплеменной организации “табу” регламентировали буквально все стороны жизни и деятельности первобытного человека, в том числе прямо или косвенно относившиеся к медико-гигиеническим вопросам. Так достаточно рано сформировалось “табу” в отношении лиц, оказывающих помощь или ухаживающих за ранеными и больными.

В период разложения родоплеменной организации начался кризис института “табу”, распад системы запретов, регулировавшей жизнь общества. Основными регуляторами становятся сначала обычаи и религия, а затем религия и право.

Многие табу составили основу законодательства регулирующего властные функции, безопасность жизни и имущества людей, брачно-семейные и другие отношения. Законодательство внесло ясность в вопросы наказания, которому уже подвергался только нарушитель законодательного запрета. Таким образом решился вопрос о субъекте, санкционирующем запрет и налагающем наказание за его нарушение. Страх перед неведомой силой уступил место страху перед законом, а самое главное – с общества была юридически снята ответственность за правонарушения отдельных личностей.

Правопреемником основных этических “табу” стала религия.

Она также внесла ясность в отношении силы, санкционировавшей предписываемые ей нравственные установления и наказания за их нарушения Эта сила, как известно, сверхъестественная, и в этом смысле религиозные запреты ближе к “табу”, чем законодательные как понятие “грех” ближе к “табу”, чем понятие “преступление”. Призванная формировать и поддерживать нравственные устои общества в целом и каждого человека в отдельности, религия играла и продолжает играть важнейшую роль в жизни общества, хотя эффективность ее не столь велика, как хотелось бы.

Почти одновременно с “табу ” в европейскую научную литературу вошло еще одно фундаментальное понятие – “тотем” Это понятие первоначально было описано, как свойственный некоторым племенам североамериканских индейцев обычай избирать в качестве символа племени какой-либо вид животных или растений и почитать этот вид как своего родоначальника. Тотем – не божество в строгом смысле этого слова. Он не был персонифицирован, не существовал в единственном числе, ему не поклонялись, не возносили молитв, но считали его “отцом”, “старшим братом”, покровителем и заступником. Тотемному животному нельзя наносить какой-либо вред, его нельзя убивать, употреблять в пищу, кроме случаев, когда убийство и поедание мяса тотема носили ритуальный характер. Люди ждали от своего тотема защиты, милости и помощи. Тотем посылал своему племени знамения и предостережения, помогал при болезнях и травмах. В условиях развитого тотемизма существовали атрибуты культа : типовые обряды, тотемические мифы, “священный центр” где хранились реликвии – символические предметы, олицетворяющие тотем, с которым связывались предания о тотемических предках и оставленных ими “зародышах”, дающих начало новым жизням. В центре поселения и на его околицах устанавливались столбы с изображением тотема, которые были призваны охранять род. Существовали изолированные небольшие коллективы, и “осознание единства” такого коллектива могло быть достигнуто только через осознание непохожести, какого-либо отличия от других. Тотем и служил этим отличием, символом не только единства но и непохожести . Эта принципиальная характеристика тотемизма, в планах дальнейшего развития имела как позитивные, так и негативные последствия. С одной стороны, осознание непохожести, отличия от других коллективов послужило основой для осознания в дальнейшем каждым человеком своей индивидуальности, непохожести на других членов коллектива. С другой стороны, это обернулось внутренней замкнутостью и отчужденностью тотемических групп, враждебностью и конфликтами.

В тотемизм уходят корни и обряды священного брака, призванного обеспечить плодородие земли, животных и людей. Этот обряд, нашедший отражение во всех политеистических религиях, первоначально мог представлять собой зооффилический эксцесс человека с тотемным животным.

Тотемные верования и обрядность способствовали не только зоофилии, но и другой значительно более распространенной и живучей формы сексуального поведения – гомосексуализма. Есть основания считать, что ритуальный гомосексуализм имел определенное распространение в тотемных коллективах.

Пережитки и последствия магико-тотемической обрядности обнаруживаются не только в сфере сексуального поведения. Так важнейшее место в тотемической обрядности занимали тотемические танцы и охотничьи тотемические пляски. Сущность тотемического танца состояла в уподоблении человека своему тотему.

Магическое осмысление этих инсценировок естественного поведения и паводок тотемного животного, охотничьей маскировки и действий во время охоты сделало их сначала непременным атрибутом обряда размножения тотемного вида и обрядовых церемоний перед охотой. Они расценивались как действия, необходимые для получения положительного результата.

В дальнейшем они стали отрываться от соответствующих церемоний, приобретая самостоятельное значение при сохранении веры в возможность достижения намеченного результата.

Источник: https://mirznanii.com/a/172334/stanovlenie-cheloveka-i-chelovecheskogo-obshchestva-vozniknovenie-meditsiny

Формирование человеческого общества

Г л а в а 2 ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

На стадии формирования человеческогообщества возникший способ производстваматериальных благ фор­мируется ипреобразует унаследованную природнуюос­нову. Конечно, уже его первоначальноевозникновение было одновременно иопределенным преобразованием природнойосновы.

На предыдущей стадии возниклиос­новные компоненты труда,производительных сил, воз­никлипроизводственные отношения.

В чем жетогда состояла специфика формированияспособа производст­ва материальныхблаг и преобразования унаследован­нойприродной основы па этапе формирования?

К стадии формирования относятсярабовладельчес­кое, феодальное икапиталистическое общества.

Если на стадии первоначальноговозникновения пре­обладали природныесвязи, природные условия, а спо­собпроизводства, социальные источникиразвития воз­никали в качествеведущего, но не господствующего фактораразвития, то на стадии формированияпроисхо­дит постепенное превращениеэтого ведущего фактора в господствующий.

Однако на протяжении всей стадииформирования унаследованная отдосоциального разви­тия природнаяоснова еще не полностью преобразуетсясоциальным развитием. Чем ближе к началустадии, тем меньше преобразованасоциальным развитием унас­ледованнаяоснова.

И наоборот, чем ближе к концуста­дии, тем в большей степени природнаяоснова в сня­том, преобразованномвиде включается в социальное развитиев качестве его момента.

Уже с самого начала стадии формированиядействие способа производства в качествеведущего фактора раз­вития обществаперестало, в общем и целом (т. е. с точ­кизрения истории всего человечества),зависеть от слу­чайных обстоятельстви стало по преимуществу необхо­димым.

Процесс формирования общества с точкизрения раз­бития производительныхсил1.

Период формирования производительныхсил (в отличие от их первоначально­говозникновения), если иметь в виду продуктпроизвод­ства, начинается с тойступени, когда уровень произво­дительныхсил позволяет производить постоянныйизли­шек сверх совершенно необходимогодля поддержания физического, биологическогосуществования, и продол­жается додостижения того уровня когда становитсявозможным производство изобилияматериальных благ. В течение всей этойстадии существует следующее про­тиворечие.С одной стороны, производство уже есть,оно развивается, средства к жизни восновном не добы­ваются, а производятся.С другой стороны, средств к жизни нехватает для оптимального удовлетворенияби­ологических потребностей, и напротяжении всей стадии идет борьбамежду людьми за средства к жизни, заудовлетворение биологических потребностей.С этой сто­роны люди еще не поднимаютсянад животным миром, их борьба в такомотношении — борьба социальных животных.

Если иметь в виду орудия груда,производства, то для стадии формированияпроизводительных сил харак­терны,употребляя терминологию К. Маркса и Ф.Эн­гельса, «естественно возникшиеорудия производства». «…

Здесь, — пишутони, — выступает различие междуестественно возникшими орудиямипроизводства и ору­диями производства,созданными цивилизацией. Пашню (воду ит. д.) можно рассматривать как естественновозникшее орудие производства.

В первомслучае, при естественно возникшихорудиях производства, индивиды подчиняютсяприроде, во втором же случае ониподчи­няются продукту труда» [1, т. 3,с. 65].

Кроме того, к стадии формированияпроизводитель­ных сил относится такжеи тот этап развития «орудий, созданныхцивилизацией», т. е. произведенныхорудий, когда они начинают завоевыватьгосподство в производ­стве, дажеиграют роль господствующих, но когдаих господство (господство автоматическойсистемы) еще не безраздельно, т. е. когдаэтап развития этих орудий еще не достигполной зрелости.

Формирование производительных силначинается пос­ле того, как впервыевозникли их компоненты, и оно заключаетсяпо своей сути в формировании обществен­ногохарактера труда.

На стадии первоначальноговоз­никновения общества общественныйхарактер труда только возникает, причем— при господстве добычи — он существуетв основном в конкретном тождестве сбиологическими связями людей, с природнымотношени­ем к природе.

Переход к господству производства (краннему ско­товодству и раннемуземледелию) в недрах стадии пер­воначальноговозникновения общества вел к образова­ниюнесоответствия производительных силотношениям, существовавшим тогда междулюдьми, и в конечном счете в перспективек выходу за рамки этой стадии.

Стадии формирования производительныхсил соот­ветствует общественноеразделение труда. Обществен­ныйхарактер труда существует здесь черезсвое разде­ление, расчленение, черезсвое, можно сказать, отрицание.

Собственнообщественный характер труда, обществен­ныйхарактер труда в позитивном отношении,хотя и возникает на последнем этапе(субстадии) формирова­ния человеческогообщества, но не соответствуетпроиз­водственным отношениям этойсубстадии.

На стадии формирования производительныхсил об­щества в качестве общественныхуже имеется отличие. специфическиобщественного отношения людей к при­родеот их природного отношения к природе,и это отличие развивается. Специфическиобщественное отноше­ние к природевсе более обособляется от природногоотношения к природе и все более преобразуетпослед­нее.

Вместе с тем в рамках связиспецифически общест­венного иприродного отношения к природеразвивают­ся предпосылки их единства,причем уже на основе до­минированияспецифически общественного (а непри­родного) отношения к природе.

Формирование общест­венного характератруда начинает завершаться тогда, когдав производстве в масштабах всегочеловечества начинают преобладатьпроцессы, в которых различные людислужат моментами единого процессапроизводст­ва.

Полностью жеформирование общественного харак­терапроизводства заканчивается тогда, когдапроизве­денные орудия производстваприходят к безраздельному господствуи когда весь процесс производствачеловече­ства становится внутреннерасчлененным.

На стадии формирования производительныхсил про­исходит переход от преобладающегоиспользования най­денных в природеготовыми предметов труда к преоб­ладающемуиспользованию искусственных предметовтруда, предметов труда с заранее заданнымисвойст­вами.

Человечество на стадии формированияпроизводи­тельных сил начинаетпереходить к целесообразному воздействиюна все земные природные условия, навсю окружающую земную природнуюсреду. Наконец, на этой стадии формируетсячеловек в качестве компонен­таспецифически общественного производительногоот­ношения к природе.

Все перечисленные выше превращенияозначают про­никновение в сущностьприродных процессов, следова­тельно,предполагают начавшийся переход отобыден­ного эмпирического уровняразвития знаний к домини­рованиютеоретического.

Формирование человекав ка­честве производительной силыесть не только овладение им «орудиями,созданными цивилизацией», но и пре­вращениеего в индивида, вооруженного теорией,спо­собного к всесторонней деятельности,необходимость ко­торой формируетсяс переходом к господству произве­денныхорудий труда (расчлененность деятельностиче­ловека на этой стадии определяетсяглавным образом общественным разделениемтруда).

Формирование общества, если иметь ввиду развитие производственных отношений,совершается в конечном счете подопределяющим влиянием формирующихсяпро­изводительных сил. Но вместе стем формирование про­изводственныхотношений есть относительно самостоя­тельныйпроцесс.

Производительные силы есть инечто внешнее по отношению к производственнымотношениям, но одновременно производительныесилы и производст­венные отношенияобразуют внутреннее единство, обще­ственныйспособ производства. Их внутреннееединство и «борьба» и образуют внутреннийисточник самораз­вития общества.

Общественный способ производства,внутренний источник саморазвитияобщества, не явля­ется чем-тонеизменным, он также проходит стадиюформирования.

Наличие произведенных орудий производстваобус­ловливает собственно производственныеотношения. На­личие «естественновозникших орудий производства»,порабощенность человека действиемприродных сил обусловливают сохранениетой или иной формы природ­ной связи,природной общности людей. Будем впредьназывать их «естественно возникшимиобщностями», «естественно возникшимисвязями».

Развитие производственных отношенийна этапе фор­мирования обществапроисходит противоречиво как в томотношении, что формируется противоречиемежду производительными силами ипроизводственными отно­шениями,которое в конце концов приведет кустране­нию той и другой стороны этогопротиворечия, так и в том отношении, чтопроизводственные отношения посте­пенноотчленяются от природных связей людей,подчиняют их себе и снимают их, собственнопроизводствен­ные отношения посравнению с «естественно возникши­мисвязями» людей постепенно превращаютсяв безраз­дельно господствующие.

Общественное разделение труда и борьбалюдей за удовлетворение биологическихпотребностей обусловли­ваютсуществование классов и борьбумежду ними. Сле­довательно, стадияформирования общества есть стадия егоантагонистического классового развития.Эта стадия в свою очередь сама разделяетсяна несколько субста­дий, о которыхпойдет речь позже.

Производственные отношения относительносамостоя­тельны. Их относительнаясамостоятельность сказыва­ется вопределенном несовпадении стадии (атакже субстадий) формированияпроизводительных сил и стадии (а такжесубстадий) формирования производственныхотношений.

Сначала возникает новаястадия (субста­дия) производительныхсил, которая начинает не соот­ветствоватьпрежней стадии (субстадии) производствен­ныхотношений и при своем дальнейшем развитиивсту­пает в противоречие со старойстадией (субстадией) про­изводственныхотношений, противоречие разрешаетсяпереходом либо к новой стадии (субстадии)производ­ственных отношений, либо,по достижении зрелости, к созданиюпредпосылок для существенного измененияса­мой диалектики производительныхсил и производствен­ных отношений (вчастности, путем вытеснения человекаиз сферы непосредственного производства).

Так, мы уже видели, что производящеехозяйство проходит свой ранний этапуже на стадии первоначаль­ноговозникновения общества, и при дальнейшемразви­тии скотоводства и земледелияразвивается противоре­чие между нимии первобытнообщинным устройствомобщества, разрешение этого противоречияозначает пе­реход к стадии формирования.

Аналогичный процесс происходит спроизводственны­ми отношениями ипроизводительными силами, прису­щимивсей стадии формирования общества.Производи­тельные силы, соответствующиестадии формирования общества, начинаютразвиваться уже в недрах его пер­воначальноговозникновения, а производительные силы,соответствующие стадии зрелостиобщества, начинают развиваться на стадииформирования общества.

Формирование общества по отношению впервую очередь к стадии его первоначальноговозникновения представляет собойотрицание предшествующего разви­тияобщества.

Здесь необходимо сказать об отношениипредлагае­мой нами периодизации косновным существующим пе­риодизациям.

При формационном членении обществапрямо не фиксируется развитие общества,а только констатирует­ся однаисторическая форма наряду с другой,формации представляются как внешниедруг другу.

Существует более общее членение общества:доклас­совое, классовое, бесклассовое.Исходным в определе­нии тут служитодна стадия общества — классовая,а остальные характеризуются толькоотрицательно по отношению к ней.

Здесьтоже не фиксируется положитель­норазвитие общества. Кроме того, этоделение истории берет хотя и чрезвычайноважную, но лишь одну из сторон развития.

Наконец, в членении истории на об­щинную,частную и общественную собственностьвыде­ляется существенная сторонапроцесса развития и при­том положительно,однако процесс рассматриваетсяодносторонне.

В нашей же периодизациипрямо указывает­ся на то, что речьидет о стадиях развития общества ипериодизация дается с точки зрениявсего развития человечества в целом,т. е. речь идет о периодизации ис­ториичеловечества по внутреннему для процессараз­вития основанию.

Если для сторонников пятичленногоделения истории характерно — далеконе всегда явное и осознанное — стремлениеисходить только из основной задачисовре­менной эпохи, то для их оппонентовхарактерно стрем­ление исходить изспецифики докапиталистических об­ществи, мы бы сказали, из — пусть неявного инеосоз­нанного — стремления установитьтолько сходство ком­мунистическогообщества (в том числе его первой,со­циалистической фазы) с первобытнообщиннымстроем и теми или иными формами егоразложения, с его пере­житками. Допускаяеще более смелое утверждение, до­водяих взгляды до логического завершения,которое может и не осознаватьсяоппонентами «пятичленки», можно сказать,что самым глубоким гносеологическимкорнем этих воззрений служит преувеличение,а в край­нем случае — абсолютизациясходства коммунизма с первобытнообщиннымстроем как с «первобытным ком­мунизмом»,с пережитками этого строя.

Именно при таком преувеличении и притакой абсо­лютизации становятсявполне логичными преувеличение и, вкрайнем случае, абсолютизация формобщинного устройства.

На наш взгляд, основная задача современнойэпо­хи — борьба с капитализмом,отрицание капитализма, свершениесоциалистической революции — вконечном итоге подчинена задачепостроения коммунистическогообщества. И не только в планепрактически-политичес­ком, но и вплане методологии историческогоисследо­вания она уже ныне должнарассматриваться в перспек­тиве решениязадачи построения коммунистическогооб­щества.

В свете же задачи построениякоммунистического общества на первыйплан выступает не противопостав­лениекоммунизма только капитализму,а отличие и связь коммунизма со всейпредшествующей историей человечествакак предысторией человеческогообщества.

При этом внимание фиксируетсяна витке спирали: пер­вобытнообщинныйстрой — доклассовое общество;пер­воначальное возникновение общества— антагонистиче­ские, классовыеобщества; формирование общества,ком­мунизм — бесклассовое общество,зрелое человеческое общество.

Следовательно, формационное членениеисто­рии оказывается необходимым, ноподчиненным момен­том более общегочленения истории.

Это членение мы назвали бы членениемпо типам ис­торического процесса.

Типы исторического процесса есть отрезкиспирале­видного движения. Коммунизмпредставляет собой лишь как бывозвращение к первобытнообщинномустрою, возвращение на новой основе и впреобразованном виде.

Между тем оппоненты сторонниковпятичленного де­ления историичеловечества — пусть неявно и неосоз­нанно— исходят из представления об историикак о круге, а это представление припоследовательном его проведении означаетполное отождествление первобыт­нообщинногостроя, общинного устройства с коммуниз­мом.

Формирование общества как отрезок виткаспирали истории человечества естьпроцесс преодоления, отрица­нияпервобытнообщинного строя.

Но отрицаниечего-либо существует только до тех пор,пока в той или иной степени, в том илиином отношении сохраняется то, чтоотрицается.

На протяжении всей стадииформи­рования имеет место не толькоотрицание первобытно­общинногостроя, но и в той или иной мере, в томили ином отношении и виде сохранениеостатков, пережит­ков первобытнообщинногостроя.

Кроме того, отрица­ниепервобытнообщинного строя строемчастной собст­венности есть не однотолько отрицание, а и утвержде­ние,т. е. создание в рамках отрицанияпредпосылок для его снятия, дляустановления уже не родообщинной и нечастной, а общественной собственности,предпосы­лок коммунизма.

Делить историю докапиталистическихобществ по формам общинного устройства— значит выдвигать на первый план то,что исчезает. Делить историюантаго­нистических обществ на основанииформ частной собст­венности — значитвыдвигать на первый план то, что отрицаетпервобытнообщинный строй, общинноеустрой­ство.

Если же исходить из того, что коммунизместь ис­тория человечества, единаясо всей предшествующей историей иотличная от нее как от предыстории, еслиисходить из задачи построениякоммунизма как из глав­ной задачи, тонадо расчленить стадию формированияобщества на такие этапы, в различиикоторых учитыва­лись бы обе стороны:и сохранение тех или иных форм отношенийи т. д. первобытнообщинного устройства,и отрицание первобытнообщинного строястроем частной

собственности.

Соответственно самой природе процессаформирова­ния этапы формированиячего-либо прежде всего и главным образомопределяются тем, что формируется.То, что формируется, определяет ито, что не исчезает, а сохраняется отпредшествующего развития.

Поэтому свозникновением частной собственности(как особой совокупности производственныхотношений), с ее дей­ствием в качествеведущего фактора развития членениеистории должно осуществляться главнымобразом по ис­торическим формамчастной собственности, в какой бы мерени сохранялись при этом пережиткипервобытно­общинного устройства.

По самой сути процесса формированиято, что фор­мируется, лишь к концупроцесса завершает преодоле­ниеунаследованной основы, в течение всегопроцесса формирования то, чтоформируется, существует не на своей, ана чуждой унаследованной основе.

То жеса­мое верно и относительно историческихформ частной собственности: они существуютна чуждой основе, на основе, унаследованнойот первобытнообщинного строя, и лишь вконце стадии формирования завершаетсяпре­одоление основы, унаследованнойот первобытнообщин­ного строя, изавершается образование основы,соответ­ствующей частнособственническимотношениям.

Полное преобладаниечастнособственнических отношенийнасту­пает лишь на этапе завершенияформирования, т. е. при капитализме.

Всякий процесс формирования, по нашемумнению, разделяется на три стадии, илипериода: 1) начальный период формирования,преобразования унаследованной основы;2) возникновение адекватной, новойосновы; 3) завершение образованияадекватной, новой основы.

Таков, например,процесс формирования капитализма: 1)мануфактурный период (период домашинногокапи­талистического производства);2) переход к крупной промышленности, кмашинному производству (в период этогоперехода сами машины еще создавалисьману­фактурным, ремесленным способом);3) завершение пе­рехода, периодсобственно крупной промышленности (вэтот период преобладает уже производствомашин ма­шинами).

В процессе формирования человеческогообщества также, на наш взгляд, следуетвыделить три периода.

1. Начальный период формированиячеловеческого общества. Сюда относитсярабовладельческая общест­венно-экономическаяформация.

Частная собственность ужевозникла, но она существует и развиваетсяв общем и целом на основе естественновозникших средств про­изводства2,на основе непосредственного отношениялю­дей к условиям производства и другк другу, отноше­ния, унаследованногоот предшествующей стадии. Част­наясобственность остается подчиненнойродообщинной, общинной собственностина землю.

Поэтому в рабовладельческих обществахрабский труд количественно можетпреобладать над трудом об­щинным лишьв совершенно исключительных случаях.

2. Период перехода к основе, адекватнойчастной собственности, это — феодализм.Именно для феодаль­нойобщественно-экономической формациихарактерно преобладание частнойсобственности, но преобладает частнаясобственность на землю, т. е. наестественно возникшее средствопроизводства. Следовательно, част­ная собственность продолжает существоватьне на адекватной основе.

В чем же состоит переход к основе,адекватной ча­стной собственности?Железные орудия возникают и на­чинаютраспространяться еще до феодализма. Нозем­леделию, опирающемуся на широкоеприменение желез­ных орудий и притомкак главному виду производства,соответствуют именно феодальныепроизводственные от­ношения.

В рабовладельческой  общественно-экономической формацииземледелие осуществлялось преимуществен­нона мягких землях и вполне могло происходитьглав­ным образом при помощи каменныхорудий.

Но если камень — по своей природетакой материал, который возможно довольношироко применять (в качестве средствтруда) без предварительной обработки,то же­лезо — по своей природе такойматериал, который при его более илименее широком применении в качествесредств труда с необходимостьюпредполагает предва­рительнуюобработку.

Широкому применению камня в качествесредства воздействия соответствуетрасчленение на производство средствдобычи, и применение средств добычи,т. е. до­быча предметов потребленияпри помощи произведен­ных средствдобычи.

Расчленение же на производствосредств производства и производствопредметов потреб­ления, возникающеевначале при употреблении в дело камня,становится на адекватную себе основутолько с использованием железа(использование меди и брон­зы можетбыть лишь переходным этапом междуис­пользованием камня и железа).

Толькос распростране­нием использованияжелеза в качестве материала для средствтруда расчленение на производствосредств про­изводства и производствопредметов потребления ста­новитсявнутренне необходимым.

Широкое использование, а следовательно,и произ­водство железных орудий— сначала главным образом в земледелии— есть переход к основе, адекватнойча­стной собственности.

3. Период завершения образования основы,адекват­ной частной собственности,— капитализм. Адекватная основачастной собственности, по нашемумнению, не естественно возникшие, апроизведенные средства воз­действия.

Феодальные общественные (в том числепро­изводственные) отношения  соответствуют ставшему внутренненеобходимым разделению на производствосредств производства и производствопредметов потреб­ления, но такомуразделению, в котором главная рольпринадлежит применению средств трудак земле (есте­ственно возникшемуобразованию).

Капиталистическиеобщественные отношения соответствуюттакому внутренне необходимому расчленениюна  производство средств производстваи производство предметов потреб­ления,когда главную роль играет производствосредств производства (а не производствопредметов потребле­ния), применениепроизведенных средств труда к ужепрошедшему процесс (или процессы)производства пред­мету труда. Прикапитализме впервые доминируетча­стная собственность на произведенныесредства произ­водства. Главенствующимвидом производства впервые становитсяпромышленность, а не земледелие.

Промышленность как определяющий видпроизвод­ства в масштабах всегочеловеческого общества есть обязательнопромышленность в крупных масштабах,крупная промышленность. До образованиятакой про­мышленности ремесло можетопределять весь общест­венный стройлишь в пределах того или иного отдель­ногосообщества, находящегося в исключительныхус­ловиях.

Источник: https://studfile.net/preview/7181222/page:8/

Возникновение человеческого общества

Г л а в а 2 ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

Эпоха формирования и развития первобытно-общинных отношений имеет огромное значение в истории человечества. Она начинается с выделения человека из мира животных. На протяжении этой эпохи были заложены основы всего дальнейшего развития материальной и духовной культуры человеческого общества.

«Эта «седая древность» при всех обстоятельствах останется для всех будущих поколений необычайно интересной эпохой, потому что она образует основу всего позднейшего более высокого развития, потому что она имеет своим исходным пунктом выделение человека из животного царства, а своим содержанием — преодоление таких трудностей, которые никогда уже не встретятся будущим ассоциированным людям»(Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, Госполитиздат. 1953, стр. 109.),— писал об эпохе первобытно-общинного строя Фридрих Энгельс.

Процесс формирования человека и развития первобытно-общинного строя состоит из ряда последовательных этапов В. И.

Ленин в своём произведении «Государство и революция», говоря о первоначальных стадиях человеческого развития, упоминает о «стаде обезьян, берущих палки», о «первобытных людях» и о «людях, объединенных в клановые общества» (родовые общины) (См. В. И. Ленин, Государство и революция, Соч.

, т. 25, стр. 361.). Эти определения приняты советской наукой для обозначения трёх различных последовательно сменявшихся этапов эволюции человека и становления общества.

Первые два этапа являются временем выделения наших древнейших предков из мира животных. Они стали вследствие этого и поворотным пунктом в истории нашей планеты, открыв длительный, тяжёлый и сложный, но великий путь развития труда и общества, который шёл от бессилия перед природой ко всё возрастающей власти человека над ней.

Чтобы полнее представить ход событий на этих первых этапах истории человека, а также и на всём протяжении первобытной истории, необходимо прежде всего иметь в виду ту естественно-географическую обстановку, те события в истории земного шара, на фоне которых происходили изменения в жизни наших отдалённых предков, во многом тесно связанные с изменениями в окружавшей их природе.

Как известно, история Земли делится на четыре эры: архейскую, палеозойскую, мезозойскую и кайнозойскую. Последняя эра продолжается и в настоящее время. Каждая из этих эр делится в свою очередь на ряд периодов. Только во второй половине архейской («первоначальной») эры, продолжавшейся около l1/2 млрд.

лет, на земле возникает жизнь, сначала в виде простейших организмов, затем водорослей, губок, кишечнополостных, моллюсков, кольчатых червей. Иногда время появления жизни на земле выделяют в особую эру — протерозойскую (эру «ранней жизни»). В палеозойской эре (эре «древней жизни»), продолжавшейся около 325 млн.

лет, появляются рыбы, насекомые, земноводные, пресмыкающиеся, а также наземные споровые растения. Мезозойская эра (эра «средней жизни»), продолжавшаяся около 115 млн. лет, явилась временем развития исполинских пресмыкающихся.

Кайнозойская эра (эра «новой жизни», время господства млекопитающих) делится на два больших периода: третичный и четвертичный.

Ближайшие предки человека

Третичный период по сравнению со всей историей человека длился чрезвычайно долго. Начался он около 70 млн. и закончился примерно 1 млн. лет тому назад.

Значение третичного периода в истории Земли, особенно её животного и растительного мира, очень велико. За это время произошли большие перемены в облике земного шара. Образовывались обширные горные области, моря и заливы, менялись очертания целых материков. Возникли горы Кавказа, Карпаты и Альпы, поднялась центральная часть Азии, увенчанная горными цепями Памира и Гималаев.

Одновременно происходили не менее важные изменения в растительном и животном мире. Древнейшие растения, в том числе гиганты-саговники, древовидные папоротники и гигантские хвощи, давно уже уступили место более совершенным построению покрытосеменным растениям.

Началось время господства млекопитающих животных.

Совершилось, наконец, и важнейшее в истории развития жизни на земле обытие, подготовленное всей прогрессивной в целом эволюцией животного и растительного мира: в конце третичного периода в результате процесса длительного развития появляются ближайшие предки человека.

Материалистически мыслящие естествоиспытатели, особенно Чарлз Дарвин, собрали к середине XIX в.

громадный материал, позволяющий в общих чертах представить облик тех древних антропоидных (человекообразных) обезьян, которые должны были явиться непосредственными предками человека.

Учёные выяснили основные черты образа жизни антропоидов и те биологические предпосылки, которые в ходе борьбы за существование подготовили переход от обезьяны к человеку путём естественного отбора.

В XIX в. в отложениях, относящихся к концу третичного периода, были найдены останки высокоразвитых древних обезьян, названных дриопитеками(От греческих слов «дрио»—дерево и«питекос»—обезьяна, т. е. буквально: «древесная обезьяна»).

Дриопитеки были общим предком человека и африканских человекообразных обезьян нашего времени — гориллы и шимпанзе. Обнаруженные в 1902 г.

в Австралии три коренных зуба «дарвиновского дриопитека» имеют настолько большое сходство с человеческими, что ближайшее родство этой древней обезьяны с человеком не подлежит сомнению.

Открытие костей дриопитека явилось блестящим подтверждением материалистической теории Дарвина о происхождении человека от древней человекообразной обезьяны, так как впервые дало конкретное представление о том, как на самом деле должны были выглядеть эти обезьяны — предки человека.

В дальнейшем число подобных находок продолжало непрерывно возрастать. Они всё более и более заполняли ту пропасть, которую стремились вырыть между человеком и всем остальным органическим миром учёные-идеалисты, всячески пытавшиеся поддержать ветхую библейскую легенду о сотворении человека «по образу и подобию божию».

На севере Индии в третичных слоях Сиваликских холмов были обнаружены, например, обломки челюсти рамапитека, древней антропоидной обезьяны, более близкой к человеку, чем дриопитек. Она отличалась от всех остальных человекообразных обезьян тем, что её клыки не выдавались вперёд по сравнению с остальными зубами.

Облик рамапитека был, таким образом, менее зверообразным, ещё более сходным с человеческим. На территории Южной Африки в 1924 г.

были найдены ещё более интересные для освещения вопроса о предках человека останки нового антропоида—австралопитека(Название этого сущева происходит от слов «аустралис» — южный и «питекос» — обезьяна и может быть переведено как «южная обезьяна».). Впоследствии, в 1935—1951 гг., были найдены останки по крайней мере 30 особей этой обезьяны.

Как оказалось, австралопитек по своему строению стоял ближе к человеку, чем все остальные известные науке, в том числе и ныне живущие антропоидные обезьяны. Таз и бедренные кости австралопитека близки к человеческим; австралопитеки в основном передвигались на двух ногах в вертикальном или почти в вертикальном положении.

Причина перехода австралопитеков к прямохождению объясняется общими условиями их жизни и борьбы за существование. В течение предшествующих сотен тысячелетий обезьяны в отличие от животных, ведущих наземный образ жизни, были четверорукими существами, широко применявшими свои конечности, в первую очередь передние, именно для хватательных движений.

Н о в отличие от других обезьян, которые жили на деревьях в тропическом лесу, передвигаясь по деревьям при помощи всех четырёх конечностей и хвоста, австралопитек жил в местностях, уже в те далёкие времена почти безлесных и полупустынных — на западе и в центре Южной Африки.

Эти условия предопределили переход от лазаний по деревьям к наземной жизни, к передвижению с помощью одних нижних конечностей.

На это указывает строение костей верхних конечностей австралопитека. Его большой палец противопоставлялся остальным пальцам и в отличие от большого пальца у современных антропоидов был относительно велик. Поэтому австралопитеки вполне могли выполнять своими руками такие хватательные операции, которые затруднительны или недоступны для современных нам высших обезьян.

Следующей важной особенностью австралопитека, тоже неразрывно связанной с прямохождением, являются черты строения черепа, указывающие на более вертикальную, чем у других антропоидов, посадку головы.

Это видно из того, что на значительной части затылка австралопитека не было уже сильных шейных мышц , которые должны были удерживать голову на весу при горизонтальном её положении. Такая посадка головы австралопитека должна была способствовать в дальнейшем.

более ускоренному развитию мозга и черепа предков человека.

Все эти взаимно связанные особенности, сложившиеся на протяжении сотен тысяч лет в условиях наземной жизни, поставили обезьян типа австралопитека в особое по сравнению с другими человекообразными обезьянами положение, открыли перед ними совершенно новые возможности в борьбе за существование.

Освобождение передних конечностей от опорных функций и расширение их хватательной деятельности сделали возможным развитие деятельности австралопитека по совершенно новому пути — по пути всё более и более расширяющегося и систематического употребления различных предметов, в первую очередь палок и камней, как естественных орудий.

Об огромном, принципиально важном значении этого обстоятельства для дальнейшей эволюции предков человека свидетельствуют исследования останков других животных, найденных вместе с костями самих австралопитеков.

Исследование черепов ископаемых павианов, найденных там же, где были обнаружены кости австралопитеков, показало, что 50 из 58 этих черепов имели повреждения в виде трещин в результате ударов большой силы, нанесённых какими-то тяжёлыми предметами.

Найдены также кости крупных копытных животных, концы этих костей были сломаны и разбиты. В «кухонных кучах» австралопитеков найдены обломки панцырей черепах, кости ящериц, панцыри пресноводных крабов. Можно предполагать, следовательно, .

что помимо собирания растительной пищи, птичьих яиц австралопитеки добывали мелких животных, ловили ящериц, крабов, а иногда нападали и на сравнительно крупных животных, пользуясь при этом камнями и палками.

Постоянное употребление мяса животных этими древними обезьянами в отличие от тех обезьян, которые жили на деревьях и питались преимущественно растительной пищей, содействовало их ускоренному прогрессивному развитию.

Мясная пища позволила предкам человека быстрей и полней совершенствоваться из поколения в поколение, так как оказала большое влияние на развитие их мозга, .

доставляя мозгу необходимые для его развития вещества в большем количестве, чем раньше, и в более концентрированном, легче усвояемом виде. Усиленное снабжение мозга веществами, нужными для его роста, являлось совершенно необходимым.

Борьба за существование была сопряжена с применением первичных .необработанных орудий, она требовала непрерывного развития и усложнения .условно-рефлекторной деятельности, роста сообразительности и находчивости.

Таким образом, изучение обезьян типа австралопитека даёт представление ;об, определённом и весьма важном звене в эволюции наших предков и, кроме .того, достаточно ясно показывает, как должны были выглядеть ещё не обнаруженные из-за неполноты геологической летописи прямые предшественники и предки [Человека.

Во всяком случае это были очень близкие по своему типу к австралопитеку, такие же высокоразвитые человекообразные обезьяны. Они должны были иметь примерно одинаковое с австралопитеком физическое строение и вести сходный с ним образ жизни. Обезьяны эти заселяли, очевидно, обширную территорию в Африке и на юге Азии.

В область их расселения, вероятно, входили и южные части СССР, о чём свидетельствует недавняя находка останков человекообразной обезьяны в Восточной Грузии.

Этот вид человекообразной обезьяны был близок, как полагают, к дриопитеку и получил наименование «удабнопитека», по местности Удабно, где найдены останки этой обезьяны.

https://www.youtube.com/watch?v=I0IUFnVghDE

Что же касается других представителей рода обезьян, то эти «младшие братья» наших далёких предков безнадёжно отстали и остались в стороне от той главной дороги эволюционного развития, которая вела от обезьяны к человеку.

Некоторые виды высокоразвитых обезьян конца третичного периода всё более приспосабливались к жизни на деревьях. Они остались навсегда привязанными к тропическому лесу.

Биологическое развитие других обезьян в борьбе за существование пошло по пути увеличения размеров их тела. Так появились обезьяны огромных размеров — мегантропы, гигантопитеки, останки которых обнаружены на юге Китая, а также обезьяны типа современной гориллы.

Но их грубая сила, позволявшая успешно бороться за жизнь в первобытном лесу, нарастала в ущерб высшей сфере жизненной деятельности, во вред эволюции мозга.

Роль труда в выделении человека из животного мира

Обезьяны типа австралопитека под давлением борьбы за существование в корне изменили свой образ жизни, перейдя в поисках пищи от лазания по деревьям тропического леса к наземной жизни.

Одновременно открылисьи совершенно новые возможности для развития мозга этих обезьян, определявшиеся переходом к прямой походке, а также тем, что голова стала постепенно приобретать вертикальное положение.

Но самое существенное, решающее, заключалось при этом вовсе не в одних только чисто биологических предпосылках становления человека, блестяще вскрытых Дарвином.

Основоположники марксизма установили тот важнейший факт, что все эти биологические предпосылки могли быть реализованы, могли послужить основой перехода от животного состояния к человеческому не сами по себе, а только .благодаря труду.

В своём замечательном произведении «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» Ф. Энгельс писал: «Труд — источник всякого богатства, утверждают политико-экономы.

Он действительно является таковым наряду с природой, доставляющей ему материал, который он превращает в богатство. Но он еще и нечто бесконечно большее, чем это.

Он — первое основное условие всей человеческой жизни, и притом в такой степени, что мыв известном смысле должны сказать: труд создал самого человека»(Ф. Энгельс, Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека, М. 1953, стр. 3.).

Позднетретичные обезьяны типа австралопитека ещё не умели выделывать искусственные орудия и пользовались лишь готовыми, имеющимися в природе,— палками и камнями.

Но они, повидимому, уже не могли существовать без употребления таких, хотя бы вначале данных самой природой, орудий, потому что не имели естественного вооружения, которое могло бы противостоять естественному вооружению их кровожадных противников из мира хищных зверей — у них не было ни острых когтей, ни таких зубов, как у хищников.

Но зато в постоянном употреблении, а затем в изготовлении орудий (сначала в виде простых палок и острых камней) зарождалась трудовая деятельность, на первых порах ещё в значительной мере инстинктивная, затем всё более систематическая и осознанная.

Трудовая деятельность была не индивидуальной, а коллективной, объединявшей и сплачивавшей стадные группы наших отдалённейших предков такими крепкими и гибкими узами, каких не знает и не может знать никакое другое животное, также ведущее стадный образ жизни.

В процессе закрепления, развития и усложнения этой первичной трудовой деятельности столь же медленно, но неудержимо и последовательно изменялся весь организм наших предков. В первую очередь всё более и более развивались их руки, а вместе с ними и мозг. Углублялась и расширялась высшая нервная деятельность.

На начальном этапе формирования человека, к которому относится появление обезьян типа австралопитека, назревали, разумеется, только предпосылки для возникновения трудовой деятельности. Но именно отсюда, из отдалённей шей глубины тысячелетий, начинается дорога к труду в настоящем смысле этого слова, к намеренному изготовлению искусственных орудий первобытными людьми.

Значение второго этапа, связанного с изготовлением орудий труда, исключительно велико. С ним начинается развитие человека в собственном смысле этого слова, а вместе с тем — история общества, история человеческого мышления и речи.

Правда, первые выделившиеся из животного царства люди были ещё, по словам Энгельса, так же не свободны, как и сами животные. Но каждый шаг в развитии труда был шагом к освобождению человека от полного подчинения стихийным силам природы.

В труде, в добывании средств существования при помощи искусственно произведённых людьми орудий труда возникали и укреплялись социальные связи: стадо обезьян, взявших палки, постепенно и очень медленно превращалось в человеческий коллектив — в общину первобытных людей.

Питекантроп

Большим достижением передовой науки в конце XIX в. явились находки останков ещё более высокоорганизованных существ, чем австралопитек.

Останки эти датируются уже целиком четвертичным периодом, который делится на два этапа: плейстоцен, продолжавшийся примерно до VIII—VII тысячелетий до н. э. и охватывающий доледниковое и ледниковое время, и современный этап (голоцен).

Открытия эти целиком подтвердили взгляды передовых естествоиспытателей XIX в. и теорию Ф. Энгельса о происхождении человека.

Первым был найден наиболее древний из всех известных сейчас первобытный человек—питекантроп (буквально «обезьяночеловек»). Кости питекантропа впервые были обнаружены в результате настойчивых поисков, продолжавшихся с 1891 по 1894г., голландским врачом Э. Дюбуа вблизи Триниля, на острове Ява.

Отправляясь в Южную Азию, Дюбуа поставил своей целью найти останки переходной от обезьяны к человеку формы, так как существование такой формы вытекало из эволюционной теории Дарвина. Открытия Дюбуа с избытком оправдали его ожидания и надежды.

Найденные им черепная крышка и бедро сразу показали огромное значение тринильских находок, так как было обнаружено одно из важнейших звеньев в цепи развития человека.

В 1936 г. в Моджокерто, также на Яве, был найден череп ребёнка питекантропа. Там же оказались кости животных, в том числе, как полагают, несколько более древних, нижнеплейстоценового времени. В 1937 г.

местные жители доставили в Бандунгскую геологическую лабораторию из Сангирана наиболее полную крышку черепа питекантропа, с височными костями, а затем в Сангиране же были обнаружены и другие останки питекантропа, в том числе ещё два черепа.

Всего в настоящее время известны останки по крайней мере семи особей питекантропа.

Как показывает само его название, питекантроп (обезьяночеловек) связывает древних высокоразвитых обезьян типа австралопитека с первобытным человеком более развитого типа. О таком значении питекантропа наиболее полно свидетельствуют черепа из находок в Триниле и Сангиране.

В этих черепах сочетаются специфические обезьяньи и чисто человеческие черты. К первым относятся такие особенности, как своеобразная форма черепа, с резко выраженным перехватом в передней части лба, около глазниц, и массивным, широким надглазничным валиком, следы продольного гребня на темени, низкий свод черепа, т.

е. наклонный лоб, и большая толщина черепных костей. Но в то же время питекантроп был уже вполне двуногим существом. Объём его мозга (850—950 куб. см) был в 1,5—2 раза больше, чем у современных нам человекообразных обезьян.

Однако по общим пропорциям и степени развития отдельных долей мозга питекантроп больше приближался к антропоидам, чем к человеку.

Судя по остаткам растений, в том числе превосходно сохранившимся листьям и даже цветам, найденным в отложениях, непосредственно перекрывающих костеносный тринильский слой, питекантроп жил в лесу, состоявшем из деревьев, которые и сейчас растут на Яве, но в условиях несколько более прохладного климата, существующего ныне на высоте 600—1 200 м над уровнем моря. В этом лесу произрастали цитрусовые и лавровые деревья, фиговое дерево и другие растения субтропиков. Вместе с питекантропом в тринильском лесу обитало множество разнообразных животных южного пояса, кости которых уцелели в том же костеносном слое. При раскопках больше всего найдено рогов антилоп двух видов и оленя, а также зубов и обломков черепов диких свиней. Там же оказались кости быков, носорогов, обезьян, гиппопотамов, тапиров. Нашлись также останки древних слонов, близких к европейскому древнему слону, хищников — барса и тигра.

Как полагают, все эти животные, кости которых найдены в тринильских отложениях, погибли в результате вулканической катастрофы. Во время извержения вулкана лесистые склоны возвышенностей были засыпаны и обожжены массой раскалённого вулканического пепла.

Затем дождевые потоки проложили в рыхлой толще пепла глубокие каналы и вынесли в тринильскую долину кости тысяч погибших животных;так образовался костеносный слой Триниля. Нечто подобное имело место во время извержения вулкана Клут в восточной части Явы в 1852 г.

По словам очевидцев, огибавшая вулкан большая судоходная река Бронтас вздулась и высоко поднялась. В её воде было не менее 25% вулканического пепла, смешанного с пемзой.

Цвет воды был совершенно чёрным, и она несла такую массу сваленного леса, а также трупов животных, в том числе буйволов, обезьян, черепах, крокодилов, даже тигров, что был сломан и полностью уничтожен стоявший на реке мост, самый большой из всех мостов на острове Ява.

Вместе с другими обитателями тропического леса жертвой подобной катастрофы в глубокой древности стали, очевидно, и питекантропы, кости которых обнаружены в Триниле. Эти особые условия, с которыми связаны тринильские находки, как, вероятно, и находки костей питекантропов в других местах на Яве, объясняют, почему там не оказалось никаких признаков употребления питекантропами орудий.

Если бы костные останки питекантропов были найдены в местах временных стоянок, то наличие орудий труда было бы весьма вероятным.

Во всяком случае, судя по общему уровню физического строения питекантропа, следует предполагать, что он уже изготовлял орудия и постоянно пользовался ими, в том числе не только деревянными, но и каменными.

Косвенным доказательством тою, что питекантроп изготовлял каменные орудия труда, служат грубые изделия из кварцита, обнаруженные на юге острова Ява, вблизи Патжитана, вместе с останками тех же самых животных, кости которых найдены у Триниля в одной толще отложений с костями питекантропа.

Можно, таким образом, сделать вывод, что с питекантропом и близкими к нему существами заканчивается начальный период в формировании человека. Это было, как мы видели, то отдалённейшее время, когда наши предки вели стадный образ жизни и лишь начинали переходить от употребления готовых предметов природы к изготовлению орудий труда.

Источник: http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000016/st001.shtml

Г л а в а 2 эволюция социологического знания

Г л а в а 2 ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

С древних временчеловека интересовали не только загадкии явления окружающей его природы, но ипроблемы, связанные с его собственнымсуществованием среди других людей.

Действительно, почему люди стремятсяжить среди других людей, а не в одиночку?Что заставляет их проводить между собойграницы, разделяться на отдельныегосударства и враждовать друг с другом?Почему одним позволено пользоватьсямногими благами, а другим отказано вовсем?

Поиск ответов наэти и иные вопросы заставил ученых имыслителей древности обратить свойвзгляд на человека и на общество, вкотором он существует. Посколькусоциология в широком смысле – это наукаоб обществе, можно сказать, что своимвозникновением она изобретению понятия«общества», т.е. его разработке вте­оретическом плане и в повсеместномупотреблении.

Попыткиосмысления оптимальных путей правления,уста­новления порядка общественнойжизни, воспитаниямолодежи, условий для деятельности снаибольшей пользойвстречаются в письменных документахдрев­некитайской философской школыМо-цзы(IV-Ш вв. до н.э.

), книгахиндийскогоэпоса«Махабхараты», которые определялипорядок общественной жизни, необходимыйдля достижения могущества правителейи счастья для всех живущих людей.

Античная мысльдала новый толчок исследованиямсоциальной сферы, заложив новые элементыв фундамент основ социологии. Так, Платон(427-347 до н.э.) иАристотель(384-322 до н.э.

)обратились к проблеме места человекав обществе, поставив учение о человекеи обществе на теоретическую основу.

Ихработы положили начало изучению отдельныхобщественных институтов, в частностигосударства, семьи, права.

Исхо­дя изобщественного разделения труда, Платонсоздал первую в мире теорию стратификации,согласно которой общество делится натри класса: высший, состоящий из мудрецов,управляющих государством; средний,включавший воинов, охраняющих обществоот смуты и беспорядков; низший, состо­ящийиз ремесленников и крестьян (как известно,в античном обществе был еще зна­чительныйслой или класс населения – рабы, уделомкоторых является тяжелый фи­зическийтруд, недостойный свободных граждан).

Аристотельсчитал опорой порядка средний класс.Кроме него он также различал богатуюплутократию и лишенный собственностипролетариат. По его мнению, государстволучше всего управляется в том случае,если эгоистические интересы богатыхограничены, бедняки не отстранены отуправления, а средний класс многочисленнееи сильнее двух других.

В эпоху Возрожденияпоявляются изыскания Эразма Роттердамского,Т. Мора, Н. Макиавелли, М. Монтеня и др.,которые поднимали проблемы человеческихотношений в обществе. В результате сталаскладываться модель общества, напоминавшегообщину, где порядок и моральные устоирегулировались волей Бога и традициями,а человеку отводилась незначительнаяроль.

Позже деятелиэпохи Просвещения коренным образомпоменяли свои взгляд на общество и месточеловека в нем. К. Гельвеций, Р. Дидро,Ж.-Ж.

Руссо, Вольтер начинают анализироватьструктуру общества, определять истокиразвития неравенства, появлениянеоднородности общества, выявлять рольрелигии в социальных процессах.

Создаваямеханическую, рациональную модельобщества, они рассматривают отдельногочеловека как независимый субъект,поведение которого зависит в основномот его собственных волевых усилий.Однако исследования того времени небыли систематичными и целостными.

Анализобщества, поведения человека в группе,вопросов неоднородности и неравенстване привлекал достаточного вниманияисследователей, поэтому достижения вобласти изучения социальных явленийбыли незначительными по сравнению суспехами других областях науки.

Необходимостьизучения социальных общностей, процессових развития и функционирования былавызвана, с одной стороны, развитиемпроизводства, а с другой – усложнениемвсех сфер жизнедеятельности людей, чтопоставило проблемы осуществлениявзаимодействия между ними, управленияэтими взаимодействиями и созданиясоциального порядка в обществе. Когдаэти проблемы были осознаны и озвучены,возникли предпосылки формирования иразвития науки, изучающей совокупностилюдей, их поведение в этих совокупностях,а также взаимодействия между людьми ирезультаты этих взаимодействий.

Возникновениесоциологии как отдельной науки связываютс духовными и политическими идеямиПросвещения и реакцией на Французскуюреволюцию, поэтому к непосредственнымпредшественникам социологическогознания относят французских мыслителей,английских и немецких философов, жившихи творивших в то время.

Из немецкихфилософов чаще всего вспоминают ИммануилаКанта(1724-1804), который оставил глубокий следв философии при разработке социальныхпроблем, в частности проблем личности.Кант считал человека изначальноагрессивным и злым существом.

При этомон полагал, что природная негативностьчеловека, существующая в скрытом виде,реально проявляется в таких жизненныхусловиях, которые заставляют его раскрытьсвои пороки.

Иными словами, он считалчеловека амбивалентным существом посвоей природе: он добр и зол, честен ибесчестен, справедлив и несправедлив,свободен и несво­боден.

По мнениюКанта, при всей своей амбивалентностичеловек все же стремится ксамосовершенствованию, при этом егосоюзником выступает разум, благодарякоторому человек может преодо­летьотрицательные качества.

Для преодолениячеловеческих пороков и негативныхпоследствий их проявления, необходимоограничение воли отдельных людей,подчинение их дисциплине гражданскогообщест­ва, законам государства, которыепризваны защищать благополучие людейи самого государства. Достижение гармониимежду чело­веком и обществом Кантрассматривал как постепенное преодолениечеловеком своих природных пороков черезподчиненность правовым и нравст­веннымнормам.

В трудах Г.Гегеля(1770-1831) эта диалектика приоб­ретаетболее обобщенный характер.

Свою главнуюзадачу Гегель видел в выявлении основнойдетерминанты исторического развития,чтобы проследить особенность еереализации в различные исто­рическиепериоды и на этой основе показатьсоотноше­ние исторической необходимостии сознательной дея­тельности людей.

Эти вопросы он решает в духе абсо­лютногорационализма, т.е. предположения о том,что разумное начало реализуется нетолько в индивидуальной деятельностичеловека, но и в объективных законахистории.

Гегель формирует всеобщуюкартину общественного бытия, в которойвсе части (объективной и субъективное,необходимое и случайное, динамичное истатичное, материальное и идеальное)тесно увязываются между собой благодарядиалектическому методу.

ШарльМонтескье(1689-1755) подчеркивал важность сравнительногоисследования общественных явлений,выявления взаимозависимости социальныхэлементов общества.

С помощью методатипизации проводил анализ возникновениятаких форм правления, как демок­ратия,анархия, деспотия.

Большое внимание всвоем научном творчестве французскиймыслитель уделил по­литическим игосударственным институтам общества.

Жан-Жак Руссо(1712-1778) видел существование классов вобществе, понимал социальное значениенеравен­ства людей, классовыхконфликтов. Он утверждал, что изначальнаянатура человека хорошая, но общество«портит» человека. В основе гармоничногоустрой­ства общества он виделобщественный договор, т.е. своеобразноесогласие между людьми как отражение ихобщей воли, выраженное в законах.

ПоСен-Симону(1760-1825), в общественном развитии чередуютсяорганизационные перио­ды и критическиестадии. Первые являются результатомсоциальной интеграции в об­ществе,вторые – противоречием основныхценностей общества.

Он, возможно, пер­вымпредложил планирование как способуправления хозяйством.

При этом путьреше­ния общественных проблем виделв морально-религиозной реформе, основаннойна добровольном желании владельцевпредприятий улучшить условия работающих.

В1822 г. в своем «Плане научных работ,необходимых для реорганизации общес­тва»Сен-Симон вместе с О. Контом выдвинулидею создания но­вой науки об обществе,которая бы, в отличие от абстрактногометода, осно­вывалась на наблюдении,эксперименте и других методах естественныхнаук, в час­тности, физики. Первоначальнотакая новая наука называлась социальнойфизикой.

Таким образом,социальная теория того времени предстаетвесьма пестрым спектром различныхвоззрений, где сочетаются как основныерациональные и иррациональные мотивы,так и дополнительные мотивы, а именно:экономические, политические, юридические,нравственные и другие интересы людей(исследователей в том числе), что в це­ломвоплощается в их мировоззрении, идеологиии конкретных исследованиях общест­венныхпроблем.

Источник: https://studfile.net/preview/5408716/

Читать

Г л а в а 2 ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА
sh: 1: –format=html: not found

Юрий Иванович Семенов

КАК ВОЗНИКЛО ЧЕЛОВЕЧЕСТВО

Светлой памяти Георгия Францевича Дебеца, Бориса Осиповича Долгих,

Сергея Павловича Толстова, Всеволода Петровича Якимова посвящается это издание.

ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Предложение переиздать монографию „Как возникло человечество”, сделанное в начале 2000 г. руководством Государственной публичной исторической библиотеки России, было для меня довольно неожиданным. Ведь с момента ее выхода в свет прошло почти четыре десятка лет[1].

За это время в той области знания, которой посвящена книга, был накоплен новый фактический материал, да и осмысление его не стояло на месте. Претерпели изменения и мои собственные взгляды по этому вопросу.

Многие моменты исследуемого процесса я начал понимать гораздо лучше, чем тогда, когда писал эту книгу.

С учетом всего этого в работу перед ее новым изданием нужно было бы внести немало существенных изменений. А это, по существу, означало бы не переиздание старой, а написание новой книги. Для этого потребовалось бы много времени, которым я, к сожалению, не располагаю.

У меня теперь новые замыслы, которые нужно торопиться реализовать. Но важно и то, что я не знаю, какой прием может встретить новая монография. А старая книга пользовалась, и как мне сказали, когда предложили ее переиздать, и сейчас пользуется большой популярностью.

Ее постоянно спрашивают в библиотеках, а те не всегда могут удовлетворить этот спрос, хотя тираж ее был достаточно велик (40 тыс.).

В некоторых крупнейших библиотеках даже Москвы вообще нет ни одного ее экземпляра, а в других они настолько истрепаны, что их невозможно выдавать.

Заново просмотрев свою старую книгу, я убедился, что сегодняшний интерес к ней вполне оправдан.

В ней приведен огромный этнографический материал, который всегда будет представлять большую ценность для всех, интересующихся историей первобытного общества, а тем более изучающих ее, и который в таком систематизированном виде нигде больше найти невозможно: он рассеян по множеству крупных, а чаще всего мелких и даже мельчайших работ, в большинстве своем мало доступных даже для исследователей, не говоря уже об остальных людях. Этот материал я в дальнейшем не приводил ни в одной из моих последующих работ, ограничиваясь отсылками к данной книге. Поэтому превращение ее в библиографическую редкость в какой-то степени сказывается на многих моих более поздних работах, ибо становится все более трудным делом проверить многое из их фактического обоснования. Убедился я и в том, что все основные теоретические положения, которые были выдвинуты в книге, не только не были опровергнуты новым фактическим материалом, а наоборот, нашли в нем новое подтверждение.

Все это вместе взятое побудило меня дать согласие на переиздание монографии „Как возникло человечество”, причем именно в том виде, в котором она была опубликована в 1966 г.

Но я счел себя обязанным, во-первых, написать предисловие к новому изданию, во-вторых, дополнить старый, оставшийся совершенно неизменным текст, приложениями, в которых в определенной степени учитываются результаты развития науки за протекшие с тех пор годы.

В своей книге я исходил из открытий палеоантропологов и археологов, которые свидетельствовали о том, что между животными предками человека, с одной стороны, и человеком, каким он является сейчас, лежит огромный период превращения животных в человека, а стада животных в человеческое общество.

Это была эпоха становления человека и общества, антропосоциогенеза, время существования и развития формирующихся людей (пралюдей), живших в становящемся человеческом обществе (праобществе). Завершился этот период возникновением готовых людей и готового сформировавшегося человеческого общества. Именно такой вывод по существу был сделан советскими антропологами и археологами (Я.Я.Рогинским, П.И.

Борисковским, В.П.Якимовым и др.), создавшими и развившими т. н. концепцию двух скачков в антропогенезе.

Согласно этой концепции, в развитии человечества было два поворотных пункта: первый — переход от животных предков человека к первым, только еще начавшим формироваться людям, второй — переход от самых поздних формирующихся людей (палеоантропов) к людям готовым, под которыми понимались люди современного физического типа, неоантропы или Homo sapiens.

Последний переход датировался в то время 35–40 тыс. лет тому назад, а первый по-разному в зависимости от того, принимались теми или иными исследователями за первых людей хабилисы (Homo habilis) или архаитромы (Homo erectus). Я и тогда, и сейчас считаю первыми людьми не хабилисов, а архацтропов. По самым последним данным архаитропы появились где-го около 1,6 млн. лет тому назад. Именно тогда и началось становление человека и общества.

В основе возникновения человека и человеческого общества лежал процесс возникновения и развития производственной деятельности, материального производства. В целом он был достаточно четко нарисован в книге и добавить к тому, что было сказано, можно лишь пусть интересные, но детали.

Возникновение и развитие производства с необходимостью потребовало не только изменения организма производящих существ, но и возникновения между ними совершенно новых отношений, качественно отличных 1,6 млн. лет, что существовали у животных, отношений не биологических, а социальных, т. е. появления человеческого общества. Социальных отношений и общества в животном мире нет.

Они присущи только человеку. Возникновение качественно новых отношений, и тем самым совершенно новых, присущих только человеку стимулов повеления, было абсолютно невозможно без ограничения и подавления, без введения в социальные рамки старых, безраздельно господствующих в животном мире движущих сил поведения — биологических инстинктов.

Насущной объективной необходимостью было обуздание и введение в социальные рамки двух эгоистических животных инстинктов — пищевого и полового.

В книге главное внимание было уделено обузданию полового инстинкта и тем самым становлению социальной организации отношений между полами. Подавление полового инстинкта рассматривалось в ней как ведущий момент процесса обуздания зоологического индивидуализма. Это, как выяснилось в дальнейшем, было неверно.

Главным, решающим моментом процесса социогенеза было обуздание не полового, а пищевого инстинкта. Одной из причин переоценки значения подавления полового инстинкта в процессе социогенеза было влияние взглядов Л.Г. Моргана и Ф.Энгельса, выдвинувших на первый план в истории первобытности род и вообще отношения родства. Другая заключалась в том.

что к моменту написания книги наука располагала материалом, достаточным для реконструкции только этого, а не других составляющих процесса социогенеза. И в целом процесс обуздания полового инстинкта и становления первой формы брачных отношений — дуально-родовой организации — был воссоздан в книге достаточно полно и точно.

Единственный момент, который нуждается в пересмотре — вопрос о возникновении того состояния, от которого началось движение к роду — состояния неупорядоченного общения полов, или промискуитета.

Что же касается другой составляющей социогенеза — процесса обуздания пищевого инстинкта, то она столь детально рассмотрена не была. Речь о ней шла только в самом общем плане. А между тем именно она была решающей.

Ведь обуздание пищевого инстинкта, возникновение социальной организации по его регулированию было не чем иным, как становлением фундаментальных социальных отношений, тех самых, которые принято называть экономическими, социально-экономическими или производственными отношениями.

И то, что формированию социально-экономических отношений в книге было уделено совершенно недостаточно внимания, имеет серьезные причины — не субъективные, связанные с личностью автора, а объективные. Во время написания книги наука не располагала материалом, который дал бы возможность реконструировать процесс становления социально-экономических отношений.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=240401&p=2

Book for ucheba
Добавить комментарий