ИДЕОЛОГИЯ И РЕЛИГИЯ

Религия или идеология?

ИДЕОЛОГИЯ И РЕЛИГИЯ

1

Мы живем в эпоху торжества идеологий – ужасное слово, возникшее, в сущности, совсем недавно и уже почти непоправимо отравившее наш мир, нашу жизнь. Что такое идеология? Это учение или теория, не только выдающая себя за абсолютную и всеобъемлющую истину, но и предписывающая человеку определенное поведение, действие.

На глубине идеология – это, конечно, эрзац, подмена религии.

Но разница, и огромная разница, между религией и идеологией в том, что религия, вера – это всегда нечто очень личное, невозможное без глубокого личного и внутреннего опыта, тогда как идеология, всякая идеология, начинает с того, что просто все личное отрицает и отвергает как ненужное.

Религия – призыв верить – всегда обращена к человеку. Идеология всегда обращена к массе, коллективу, в пределе к народу, к классу, человечеству. Цель, сущность религии – в том, чтобы, найдя Бога, человек нашел бы себя, стал собой.

Цель и сущность идеологии – в том, чтобы подчинить себе без остатка человека, чтобы человек стал исполнителем и слугой идеологии. Религия говорит: “Какая польза человеку, если он весь мир приобретет, а душе своей повредит?” (Мф. 16: 26). Идеология говорит: нужно весь мир приобрести для осуществления идеологии.

Религия в другом человеке призывает видеть ближнего; идеология всегда направлена на дальних, безличных, отвлеченных людей.

Повторяю: мы живем в эпоху торжества идеологий, их страшного владычества над людьми. В одном только нашем веке – а ему всего семьдесят лет – погибли миллионы, миллиарды людей во имя отвлеченных идеологий, во имя призрачных идеологий. И нет у человека сегодня более спешной и насущной задачи, как отвержение и развенчание именно этого идеологического засилья, тирании над человеком идеологий.

Но исполнить эту задачу можно только, если удастся над всеми идеологиями поставить как всех их превышающую и ограничивающую идею личности, а это значит – живого, конкретного, единственного и неповторимого человека.

Закат религии и торжество идеологии привели к почти полному отмиранию идеи личности и стоящего за нею опыта. Опыт же этот, конечно, в первооснове своей религиозный.

Только в религии, только из религии возможна идея личности – вот чего не понимают, не могут, не хотят понять современные люди, все жаждущие спасения от той или иной идеологии.

Мне скажут, что сама религия в эпоху своего торжества в истории очень часто попирала идею личности, что сам принцип прав личности, свобод и т.д. родился в борьбе с религией. Отчасти это правда. Но правду эту нужно понять во всей ее сложности.

Да, конечно, Христа распяли религиозные люди. Но распяли-то они Его за то как раз, что Он изобличил их религиозность как религиозность ложную, или, говоря нашим современным языком, изобличил их за превращение религии как раз в идеологию.

Ибо весь смысл конфликта Христа с теми, кто распял Его, сводился к одному. Он, Христос, человека поставил выше всего, сделал его, и только его, предметом любви, предметом как бы абсолютного внимания.

А враги Христа от религии хотели порядка, спасения Родины, самодовольства – чего угодно, и ради всего этого требовали слепого подчинения безличным законам.

Обо всем этом Христос не сказал ни слова. Как не сказал Он ни слова о государстве, обществе, истории, культуре – обо всем том, что извечно составляет предмет всех идеологий. Его внимание все время было обращено на живых людей, окружавших Его. Но Он даже не говорил об их правах.

Он всего лишь только обратил на них свою любовь, участие, сострадание, интерес. И вот за это, за то, что Он живого человека поставил над всем в мире, Он и был осужден. Но в этом осуждении – и это пора понять – переродилась и сама религия.

Из идеологии она стала живой силой, и над миром навсегда воцарилась идея личности.

Потом, в истории, и само христианство – это надо признать – слишком часто вырождалось в идеологию, требовало себе слепого подчинения, служило побочным целям… Но все же не во всем этом его сущность. А сущность его – в евангельском образе Христа, в образе человека, обращенного к другому человеку, в нем видящего ближнего, в нем полагающего цель и смысл жизни.

И нет в истории человечества другого обоснования личности. Нет ее в великой и глубокой греческой философии, нет ее в Риме, создавшем идею права, но раба не считавшего человеком. И конечно, нет этой идеи личности ни в одной современной идеологии, занятой всегда человечеством, но ради человечества преспокойно уничтожающей миллионы людей.

Я утверждаю, что идея личности религиозна, потому что очевидно: если нет ее высшего корня, если человек не “сверху”, а “снизу”, если он всего лишь только мимолетное явление, то тогда, действительно, нечего о нем особенно волноваться, и над миром царит тогда только закон больших чисел. Тогда – и к этому мы скоро придем – уродов, и больных, и старых нужно уничтожать, тогда заботиться нужно только об естественном подборе. Тогда знаменитая “слезинка ребенка” у Достоевского есть бессмысленная сентиментальность.

Очень просто сказать это можно так: если нет Бога, то, в сущности, нет и человека. А есть только люди – безличная масса, о животном благополучии которой и заботится идеология, не считаясь с расходами. Вот в таком страшном идеологическом мире, в мире массы, классов, коллективов, мы сейчас и живем.

И об этом нужно думать, этому нужно ужаснуться, пока не поздно. Пока еще не заменена живая личность простым порядковым номером.

Пока не стал еще человек действительно только “винтиком” все более сложной, все более огромной машины.

Вопрос о религии сейчас – это прежде всего и превыше всего вопрос именно о личности, поэтому к этому важнейшему из всех современных вопросов мы и вернемся в следующих наших беседах.

2

Я говорил, что понятие личности может быть обосновано только в религиозном миросозерцании. Я говорил также, что вне этого понятия, признания, интуиции личности все современные заботы о человечестве в целом оказываются призрачными и обречены на неудачу.

Между тем даже те – увы, все более и более немногие, – кто отстаивает человеческую личность и борется за ее права, как будто уже не могут или не хотят видеть ее связи с религиозным учением и часто даже стараются как бы отмежеваться от религии.

Вот в последние годы много говорили, пока грубым насилием не было установлено молчание, о “социализме с человеческим лицом”, и говорили, по всей вероятности, вполне искренне. Но можно и совсем не риторически, совсем не коварно задать вопрос: “А почему, собственно, у социализма должно быть человеческое лицо?” И что, собственно, кроется за этим с виду красивым словосочетанием?

Мне кажется, что те, кто это словосочетание употребляет, даже не чувствуют всей его внутренней парадоксальности; ведь лицо – это как раз нечто предельно личное, индивидуальное, это – лик, личность. Нет лица вообще, есть мое, твое, его лицо. А ведь социализм как раз всегда принципиально, научно общее ставит над частным, над личным, над индивидуальным.

Он не только утверждает, что человек живет в обществе с другими людьми, что самоочевидно, но именно сводит человека к этому общему, обрекает его почти на полную зависимость от класса, нации, расы и общества и так далее.

И я повторяю, что в любой перспективе, кроме религиозной, это сведение неизбежно, ибо в пределах материалистического, атеистического мировоззрения совершенно невозможно доказать, почему собственно личность как таковая, лицо, отдельный человек имеют вообще какую-то особую ценность и какие-то прирожденные права.

В атеистическом мировоззрении все эти права человек получает от общества, которое априори есть ценность высшая, в этом мировоззрении – неужели это еще нужно доказывать? – не общество существует для человека, а человек для общества.

Сейчас некоторые благодушные, благонамеренные и по-своему героические люди пытаются доказать, например, что для самого общества и для его целей полезны и свобода, и большее уважение к личности. При свободе и производство станет лучше, и наука будет развиваться быстрее, и всяческих оппозиций станет меньше.

Но и тут, очевидно, и свобода, и личность продолжают мыслиться только исключительно с точки зрения пользы общества. Но и из этого подхода, сколь благородными чувствами он бы ни определялся, ничего в конце концов не выйдет.

Любой крестьянин знает, что, если лошадь не накормить и не дать ей отдохнуть, она перестанет работать.

Утилитарное обоснование свободы и личности не только не достаточно, но оно на деле попросту человека не достойно, ибо конечная ценность человека здесь определяется только его пользой для коллектива, его как бы продуктивностью: дайте немножко свободы, чтобы он лучше продуцировал, дайте ему меньше бояться – и он станет полезнее, – тут все еще остается этот кошмарный миф о полезном члене общества, ради которого миллионы людей сидели и сидят в исправительно-трудовых лагерях. Из пользы, из общества, из коллектива никакой личности, никаких настоящих прав не выведешь, эти права мыслимы, если признать личность абсолютной ценностью, а абсолют – это по-латыни то, что не зависит ни от чего другого и ни к чему другому не сводимо.

Признать каждого человека абсолютной ценностью – это не только дать ему какие-то не зависящие от общества права, но – и это неизмеримо важнее – лишить абсолютного значения все остальное в мире, и прежде всего как раз само общество.

Это значит поставить вниз головой все наши привычные представления, и это значит, наконец, признать человека выделяющимся из простого природного порядка, признать его существом высшим. А это про человека говорит только религия, научно вывести этого нельзя.

В это можно только верить.

Не случайно, конечно, яростный ненавистник христианства Ницше восклицал: “Любовь к ближнему мы заменим любовью к дальнему!”. Дальний – это никто, дальний – это кого не видишь, это какой-то собирательный, еще не существующий человек.

А ближний, по Евангелию, – это тот, кто рядом со мной, это его единственное лицо, это всегда живое, конкретное и единичное.

И так же, конечно, не случайно, что все то в мире, все философии, идеологии и программы, которые направлены к дальнему, общему, коллективному, так люто ненавидят религию и всегда, по некоему непреложному закону, борются с ней.

Они знают, конечно, что выкорчевать религию – это и значит уничтожить понемногу и личность. Потому им страшны не те, кто декламирует о свободе и правах, а те, кто верит в божественный дух и бессмертную душу, кого поэтому не сведешь просто ни к какой земной пользе.

“Какая польза человеку, если он весь мир приобретет, а душе своей повредит?” (Мф. 16:26).

Пока звучат эти слова на земле, пока помнят люди ту парадоксальную евангельскую арифметику, по которой один всегда ценнее и важнее девяноста девяти, не удастся уничтожить человеческую личность, не удастся, следовательно, и построить до конца уже коллективизированного человечества, которое свое рабство назовет свободой, свое подчинение безличной пользе – правами, свою тюрьму – земным раем.

Как страшно, что столь многие не понимают еще, что тоталитаризму во всех его видах противостоит на нашей земле только одно – вера в Бога, сотворившего человека по образу Своему и по подобию, призвавшего его к свободе и к вечности, – это, и ничто другое.

Спор нашей эпохи – спор религиозный и спор о религии; не понимать этого, не видеть связи всех страшных проблем современности с глубинами религиозного миросозерцания – это то же самое, что прятать голову по подобию страуса под крыло.

Дальний или ближний? Человек или человечество? С чего начать, во имя чего творить? – Вот вопросы, на которые рано или поздно, но придется всему человечеству ответить.

Источник: https://stavroskrest.ru/content/religiya-ili-ideologiya

Идеология и Религия

ИДЕОЛОГИЯ И РЕЛИГИЯ

По следам СССР. Актуально по сей день! И всё это было написано к 1980-му году. Думаю будет не безынтересно тем, кто задавался вопросом: почему же коммунизм был таким антирелигиозным? И почему советские люди так легко отказались от коммунизма?

Коммунистическая идеология, как и религия, претендует на роль духовного пастыря людей. Но она, повторяю, принципиально отлична от религии. Психологическую основу религии образует вера, а идеологии — формальное принятие. Здесь нет возможности подробно описать состояние веры. Ограничусь коротким замечанием.

Состояние веры есть некое первоначальное психическое состояние человека, не предполагающее никаких логических доказательств и экспериментальных подтверждений тех положений, в которые верят, и не предполагающее также внешнего принуждения. Это — внутренняя предрасположенность «признать» нечто как существующее, истинное, должное.

Я взял здесь слово «признать» в кавычки, ибо здесь суть дела не во внешних признаках состояния, а во внутреннем состоянии человека. Вера есть одна из способностей человека, на основе которой вырастает способность к религиозному состоянию психики и к религиозным формам поведения.

Формальное же принятие идеологии не предполагает необходимым образом веру в истинность ее постулатов и обещаний, хотя такая вера и возможна (как об этом говорят факты). Оно может оставлять души людей холодными и равнодушными к тому, что принимается.

Идеология принимается разумом и из осознанного или подсознательного расчета последствий своего поведения и лучших условий жизни (в крайнем случае — из расчета избежать худшего). Религия проникает в души людей и проявляется в их поведении. Идеология есть чисто внешнее средство в поведении людей, а не само поведение.

Поведение определяется другими силами (а именно — законами коммунальности). Идеология дает им направление и оправдание. Она не входит в души людей. Нет внутренней потребности в идеологии. Если допустить, что власти не настаивают на признании идеологии и на официальном подтверждении этого признания, люди вскоре бы забыли об идеологии.

Но они начали бы стихийно изобретать религию, и факты такого рода можно наблюдать даже и в Советском Союзе. Это не недостаток идеологии, но и не достоинство. Религия тоже имеет аппарат, аналогичный идеологическому, — церковь. Но потребность в религии породила церковь. В случае же с идеологией, наоборот, аппарат идеологии навязывает людям идеологию как средство в поведении и средство опознания соответствия индивида обществу.

Коммунистическое общество есть общество антирелигиозное. Само по себе это, повторяю, не есть ни благо, ни зло. Важно тут другое: почему этот факт имеет место? И можно ли его объяснять только злым умыслом некоторых нехороших безбожников, захвативших власть?

Прежде всего не следует идеализировать религию. Нет абстрактной религии, есть конкретные формы религий. В России, например, это были православие, мусульманство и другие формы.

И было бы в высшей степени несправедливо отрицать положительную роль антирелигиозной деятельности советской власти в прошлые годы. Эта деятельность имела огромное просветительское значение. Она высвободила многомиллионные массы населения из пут религиозного мракобесия.

Антирелигиозная деятельность советской власти имела и до сих пор имеет успех в массах населения прежде всего благодаря тому, что исторически данные формы религии оказались неадекватными менталитету современного человека и его положению в обществе, а не благодаря насилию.

Насилие имело и имеет место в данном отношении, как и во многих других. Но не оно есть основа. Оно само опирается на ту основу, которая предопределяет судьбу религий в коммунистическом обществе.

Фактически данные формы религий, с которыми сталкиваются коммунистические режимы, рассчитаны на сравнительно низкий культурный уровень населения и определенный строй его жизни. Интеллектуальные глубины пли высоты, имеющиеся в тех или иных религиозных учениях, недоступны широким массам населения.

Кроме того, они с большой натяжкой и с большой долей лицемерия выглядят глубинами или высотами. Коммунистическое же общество в тенденции есть общество поголовной грамотности. Здесь чуть ли не половина населения (а может быть, больше) имеет общее или специальное среднее образование.

Здесь многие миллионы людей имеют высшее образование, многие миллионы профессионально заняты в области культуры. Здесь имеется разветвленная сеть культурно-просветительных учреждений. Широко поставлена пропаганда научно-технических достижений. Здесь люди постоянно читают литературу, практически не оставляющую места в их душах для религиозных идей.

Здесь люди ведут динамичный образ жизни, постоянно вращаются в коллективах себе подобных. Они вынуждены в своей повседневной жизни совершать множество поступков, не согласующихся с фактически действующими религиями. И не представляет труда показать, что для большинства верующих их религиозность на практике оказывается лицемерной.

Короче говоря, здесь исторически данные религии не подкрепляются как духовной, так и телесной жизнью населения страны. И потому если бы даже власти вздумали насильно насаждать эти формы религии, они потерпели бы банкротство.

Менталитету и образу жизни человека коммунистического общества более соответствует идеология такого типа, какая господствует в Советском Союзе и ряде других коммунистических стран (мне не известна ситуация с идеологией в Китае).

Я уже говорил о том, как эта идеология навязывается людям, Естественно, религия, которая не поощряется и даже порой преследуется в коммунистических странах, не может здесь конкурировать с идеологией, навязываемой людям с рождения мощнейшим идеологическим аппаратом.

А идеология эта антирелигиозна по существу. Хотя она и не рассчитана на веру, она использует в своих интересах все достижения науки и техники, все средства искусства и пропаганды.

Она касается тех же проблем, какие затрагивает религия, но имеет в глазах современного человека явное преимущество в их трактовке.

В коммунистических обществах наблюдаются явления, которые позволяют некоторым критикам коммунизма говорить о некоем религиозном возрождении. Наиболее мощный пример тому — недавние события в Польше в связи с приездом Папы и вообще положение религии в Польше.

Я не буду здесь касаться особенностей польского религиозного феномена. Что же касается явлений «религиозного возрождения» в России, то это есть главным образом неадекватная форма выражения социального недовольства и дань моде (особенно это касается интеллигентских кругов).

И только отчасти это есть выражение психологической потребности в чем-то подобном религии. В какой мере возможно появление из этого источника новых форм религии или преобразование старых в условиях коммунистического общества, для ответа на этот вопрос пока нет достаточно убедительных материалов.

Во всяком случае судьба религии вообще зависит от судьбы ее в некоммунистических странах и от судьбы самих этих стран в борьбе с коммунизмом.

Как показывает опыт Советского Союза, в коммунистических странах религия может быть допущена, если она не вступает в ощутимый конфликт со строем, довольствуется весьма второстепенной ролью и живет по общим законам коммунистических учреждений.

Короче говоря, идеология в коммунистическом обществе имеет преимущества перед религией, поскольку дает учение о мире, обществе и человеке, более отвечающее типу и уровню культуры современного человека, поскольку освещает формы поведения, без которых человеку невозможно жить в условиях этого общества, поскольку делает человека более удобным с точки зрения управления и манипулирования им. Религиозный человек неудобен для функционирования в этом обществе как с точки зрения окружающих, так и с точки зрения выживаемости. И потому государство поддерживает идеологию, превращая ее в мощнейшее орудие власти.

Конечно, с ростом образованности населения и улучшением пропаганды достижений науки, а также с накоплением опыта жизни в условиях коммунистической системы и передачей его от поколения к поколению возникает и увеличивается несоответствие состояния идеологического учения общему интеллектуальному и психологическому состоянию населения страны. Это учение действует, но уже не вызывает нужного уважения. И подобно тому, как люди жаждут улучшения жилищ, одежды, питания, развлечений, они также жаждут и более легких и удобных форм идеологического гнета, не унижающего их достоинства и самомнения и даже доставляющего некоторое удовлетворение. Идеология весьма неохотно идет на такие «послабления» в силу консерватизма всякой большой и устойчивой системы. Но все же это происходит. Такое серьезное «послабление» наступило, например, в Советском Союзе в послесталинские времена. Благодаря ему было несколько ослаблено несоответствие идеологии реальной ситуации в стране.

А. Зиновьев, Коммунизм как реальность

Источник: https://martirosov.wordpress.com/2014/03/20/%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D1%8F-%D0%B8-%D1%80%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%B3%D0%B8%D1%8F/

Взаимодействие идеологии и религии

ИДЕОЛОГИЯ И РЕЛИГИЯ

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

РЕЛИГИЯ ИДЕОЛОГИИ

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ

1. ПОНЯТИЕ РЕЛИГИИ И ЕЕ ФОРМЫ

2. ФУНКЦИИ ИНСТИТУТА РЕЛИГИИ

3. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ИДЕОЛОГИИ И РЕЛИГИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Наличие взаимосвязи между религией и политикой очевидно. Религия никогда не сводилась лишь к вере в Бога и в потустороннюю жизнь, а также к совершению религиозных обрядов. Именно социальные учения позволяли монотеистическим религиям овладевать массами и тем самым влиять на расстановку сил в обществе.

Религия по-своему объясняет реально существующий мир и регулирует не мнимые, а реальные отношения между людьми. Без религиозной интерпретации чисто земных отношений между людьми религия не смогла бы выполнять сложные социальные функции, в том числе интегрирующую, потеряла бы свою привлекательность, перестала бы существовать.

Сами причины возникновения новых религиозных движений, как правило, носили социально-политический характер. Такие движения появлялись в ответ на назревшие потребности общественной жизни.

Фактически каждая вновь возникшая религиозная секта выступает как социально-политическая ячейка, а система ее воззрений – это новая социально-политическая доктрина, появляющаяся в религиозной форме. Такова, в сущности, история возникновения христианства, ислама, буддизма, других религий.

Все это, безусловно, говорит о взаимодействии религии и светской жизни, религии и политики, религии и идеологии. Этим и объясняется актуальность темы нашей работы, цель которой – проанализировать характер взаимодействия идеологии и религии. Для достижения поставленной цели мы считаем необходимым решить следующие задачи:

ѕ дать понятие «религии», определить ее формы;

ѕ выделить и охарактеризовать функции религии;

ѕ осветить историю и проблематику взаимодействия религии и идеологии.

1. ПОНЯТИЕ РЕЛИГИИ И ЕЕ ФОРМЫ

Религия (лат. religio – благочестие, святыня) – особый тип духовно-практической деятельности, представляющий собой неразрывное единство мировоззренческой установки, переживания, действия, основывающийся на вере в священное.

Священное – это вид сверхъестественного, выходящего за рамки естественного, природного хода событий; «чудо». Но священное, в отличие от сверхъестественного вообще, включает в себя еще и признание безусловной ценности его для человека [1, c.

451-454].

Религия как культура базируется на иррационально-трансцендентальных догмах, предписаниях, постулатах в проекциях проблем с постижением вечных вопросов, абстрактно-универсальных понятий экзистенции субъекта, социума, мира, природы, с постижением смысла жизни, с выработкой идеологических и религиозных концепций [5, с. 581].

Первичной формой религии являлось поклонение природе. Первобытным народам было неведомо понятие «природа», поэтому предметом их поклонения являлась безличная природная сила, обозначаемая понятием «мана».

Этот термин ученые позаимствовали у аборигенов Полинезии и Меланезии, которые называли так силу, управляющую природными процессами. Человек обладает маной, когда он счастлив, удачлив и демонстрирует какие-то необычные успехи, например, как земледелец, воин или вождь.

Мана посылается богами, что предполагает их обладание маной в первую очередь.

Ранней формой религиозных воззрений следует считать тотемизм – веру в существование родственной связи между какой-либо группой людей (племя, род) и определенным видом животных или растений. Тотемизм являлся первой формой осознания единства человеческого коллектива и его связи с окружающим миром.

Жизнь родового коллектива была теснейшим образом связана с определенными видами животных, на которых охотились все его члены.

Как предполагают ученые, это обстоятельство послужило основой для возникновения тотема (на языке североамериканских индейцев племени оджибве ототем – род его) – животного предка, считающегося покровителем рода.

Впоследствии в рамках тотемизма возникла целая система запретов, которые назывались табу. Они представляли собой важный механизм регулирования социальных отношений. Так, половозрастное табу исключало половые связи между близкими родственниками.

Пищевые табу строго регулировали характер пищи, которая должна была доставаться вождю, воинам, женщинам, старикам и детям.

Ряд других табу призван был гарантировать неприкосновенность жилища или очага, регулировать правила погребения, фиксировать социальный статус, права и обязанности членов первобытного коллектива.

К ранним формам религии относится магия (в буквальном переводе с древнегреческого – колдовство). Она представляет собой возникшую у первобытных людей веру в возможность воздействовать на какие-либо естественные явления путем определенных символических действий (затворов, заклинаний т.д.).

Возникнув в глубокой древности, магия сохранялась и продолжала развиваться на протяжении многих тысячелетий. Если первоначально магические представления и обряды носили общий характер, то со временем произошла их дифференциация. Современные специалисты классифицируют магию по методам и по целям воздействия.

По методам воздействия магия делится на контактную (путем непосредственного соприкосновения носителя магической силы с объектом, на который направлено действие), инициальную (магический акт направлен на объект, который недосягаем для субъекта магической деятельности), парациальную (опосредованное воздействие через остриженные волосы или ногти, остатки пищи, которые тем или иным образом попадают к обладателю магической силы), имитативную (воздействие на подобие субъекта). По целям воздействия магия делится на вредоносную, военную, промысловую, лечебную, любовную и т.д.

У первобытных людей особую значимость имело почитание различных предметов, которые должны были приносить удачу и отводить все опасности. Эта форма религиозных верований получила название «фетишизм» (от португальского «фетиш» – сделанный). Впервые она была обнаружена португальскими моряками в Западной Африке в XV в.

, а затем аналоги фетишизма были выявлены в религиях почти всех стран, а также в ходе археологических раскопок, дающих материал о верованиях первобытных людей. Фетишем мог стать любой предмет, поразивший воображение человека: камень необычной формы, кусок дерева, зуб ископаемого животного, ювелирное изделие.

Этому предмету приписывались не присущие ему свойства (способность исцелять, предохранять от опасности, помотать на охоте…).

Говоря о ранних формах религии, нельзя не упомянуть об анимизме (от латинского «анима» – душа) – вере в существование душ и духов. Детальный анализ анимистических верований был дан Э. Тейлором в работе «Первобытная культура».

Согласно его теории эти верования развивались в двух направлениях.

Первый ряд анимистических представлений возник в ходе размышления древнего человека над такими явлениями, как сон, видения, болезнь, смерть, а также из переживаний транса и галлюцинаций.

Будучи не в состоянии правильно объяснить эти сложные явления, «первобытный философ» вырабатывает понятия о душе, находящейся в теле человека и покидающей его время от времени. В дальнейшем формируются более сложные представления о существовании души после смерти тела, о переселении душ в новые тела, о загробном мире и т.п.

Второй ряд анимистических верований возник из присущего первобытным людям стремления к олицетворению и одухотворению окружающей действительности.

Древний человек рассматривал все предметы объективного мира как нечто подобное себе, наделяя их желаниями, волей, чувствами, мыслями и т.д.

Отсюда возникает вера в отдельно существующих духов грозных сил природы, растений, животных, которая в ходе сложной эволюции трансформировалась в политеизм, а затем в монотеизм.

На ранних этапах развития человеческого общества первобытные формы религиозных верований не существовали в чистом виде. Они самым причудливым образом переплетались друг с другом. Поэтому ставить вопрос о том какая из этих форм возникла раньше, а какая – позже, вряд ли возможно.

Очевидно, речь должна идти о комплексе религиозных верований. Композиция этого комплекса могла быть весьма разнообразной. Например, у аборигенов Австралии наиболее предпочтительным элементом их религиозного комплекса был тотемизм с тщательно разработанной системой табу.

Среди многочисленных народов Сибири и Дальнего Востока явно доминировали магия и тесно связанная с ней практика шаманизма. Что касается народов Африки, то они отличались своей склонностью к фетишизму.

Однако в каждом конкретном случае выдвижение на первый план какой-либо части религиозного комплекса не означает, что первобытные люде не были знакомы с остальным его элементами.

Именно комплекс рассмотренных первобытных верований стал ядром так называемых племенных религий, которые отличались большой пестротой, так как отражали специфические для того или иного племени условия обитания, социальные связи, особенности материальной культуры [3, с. 26-30].

2. ФУНКЦИИ ИНСТИТУТА РЕЛИГИИ

Религию нельзя изучать как замкнутую, изолированную систему. Будучи особой формой духовой деятельности людей, она тесно связана и взаимодействует с другими элементами общественной системы, занимая различное положение на разных этапах развития человеческого общества.

И зависит это от места, которое занимает в системе общественного сознания религиозная идеология, от места религиозной деятельности и религиозных отношений, прежде всего культовой деятельности и культовых отношений, в системе социальной деятельности и социальных отношений, от места религиозных групп, общностей, организаций среди других групп, общностей, организаций.

Под функциями религии следует понимать различные способы ее действия в обществе. В литературе в качестве наиболее существенных выделяют следующие функции: мировоззренческая, компенсаторная, коммуникативная, регулятивная, интегративная и культурно-транслирующая.

Обратим внимание на значимость мировоззренческой функции. Религия включает определенное миропонимание, объяснение мира и некоторых процессов в нем, природы человека, смысла его существования, идеала и т.д.

Религиозное мировоззрение задает предельные критерии, абсолюты, через призму которых осуществляется видение мира, общества, человека, обеспечивается целеполагание и смыслополагание.

Придание смысла бытию поддерживает надежду на избавление от страданий, несчастий, одиночества, морального падения и т.п.

Религия выполняет специальную функцию компенсатора: социальное неравенство компенсируется равенством в греховности, в страдании; людская разобщенность заменяется братством во Христе в общине; фактическое бессилие человека компенсируется всесилием Бога; смертный оказывается бессмертным; мир зла и несправедливости заменяется царством Божиим. Важное значение имеет психологический аспект компенсаторной функции: религия может выступать средством снятия стрессовых состояний.

Коммуникативная функция. Религия осуществляет общение людей, где «богообщение» считается высшим видом общения, а общение с
«ближними» – второстепенным. Общение происходит прежде всего в культовой деятельности.

Богослужение в храме, молитвенном доме, участие в таинствах, общественная молитва рассматриваются как главное средство общения и единения верующих с Богом и друг с другом.

Внекультовые деятельность и отношения также обеспечивают общение верующих.

Религиозные идеи, ценности, установки, стереотипы, культовая деятельность и религиозные организации выступают в качестве регуляторов поведения людей.

Как нормативная система и как основа общественно-санкционированных способов поведения религия определенным образом упорядочивает мысли, устремления и действия людей и тем самым реализует регулятивную функцию. религиозный тотемизм воззрение церковь

Религия может выступать как фактор интеграции общества, группы.

Суммируя поведение и деятельность индивидов, объединяя их мысли, чувства, стремления, направляя усилия социальных групп и институтов, религия способствует стабильности данного общества.

Важной функцией религии является культурно-транслирующая, позволяющая человеку приобщиться к культурным ценностям и традициям, в появлении и развитии которых религиозный фактор играл либо определяющую, конституирующую, либо значительную роль.

Результаты, последствия выполнения религией своих функций, т.е. ее роль в жизни общества, были и являются разными. Можно назвать некоторые принципы, реализация которых помогает давать объективный анализ роли религии в конкретных условиях, месте и времени.

Прежде всего нельзя считать роль религии в обществе исходной и определяющей, хоти она и оказывает на общество и другие формы общественной жизни обратное воздействие.

Религиозный фактор оказывает влияние на экономику, политику, государство, межнациональные отношения, семью, на область культуры через деятельность верующих индивидов, различных групп и организаций в этих областях. Происходит как бы наложение религиозных отношений на другие общественные отношения.

В этом плане особое место в истории человечества занимал и занимает феномен клерикализма, попытки религиозной организации выйти за собственно религиозные рамки и влиять на те или иные стороны общественной жизни.

Степень влияния религии зависит от ее места в обществе, а это место не является раз и навсегда данным, оно изменяется в контексте процессов сакрализации и секуляризации.

Сакрализация означает вовлечение в сферу религиозного санкционирования решенных форм общественного и индивидуального сознания, деятельности, отношений, поведения людей, рост влияния религии на различные сферы общественной и частной жизни.

Секуляризация напротив, ведет к ослаблению влияния религии на общественное и индивидуальное сознание, к ограничению возможности религиозного санкционирования различных видов деятельности, поведения, отношений и институтов, «вхождения» религиозных индивидов и организаций в различные внерелигиозные сферы жизни.

В современных условиях значимость деятельности любых институтов, групп, партий, лидеров, в том числе религиозных, определяется прежде всего тем, в какой мере она служит утверждению общечеловеческих гуманистических ценностей [3, с. 15-18].

3. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ИДЕОЛОГИИ И РЕЛИГИИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Характер взаимоотношений государства и церкви существенно различается от эпохи к эпохе и от страны к стране.

Истории известны примеры, когда государство сначала жестоко преследовало последователей определенных религиозных верований, а затем эта религия признавалась в качестве государственной (например, христианство в Римской империи). В Европе до конца XVIII в.

церковь повсеместно являлась доминирующим компонентом политической системы.

Затем процессы секуляризации, которые особенно усилились в период становления и развития буржуазно-капиталистических отношений, привели к постепенному освобождению различных сфер общественной жизни, в том числе государства и политики, от влияния религии и церкви. Свое наиболее последовательное выражение этот процесс получил в формальном, юридическо-правовом отделении церкви от государства. Однако этот процесс не принял повсеместного характера.

В настоящее время взаимоотношения государства и церкви реализуются по различным моделям. С некоторой степенью условности можно назвать такие модели:

Ш религиозное (теократическое) государство;

Ш светское государство;

Ш официальная церковь;

Ш модель признаваемых общин.

Религиозное, или теократическое, государство признает определенную конфессию в качестве государственной религии и Священное Писание как источник государственного законодательства.

При такой модели взаимоотношений церкви и государства отождествляются религиозные и политические институты, религиозными нормами регламентируется личная жизнь граждан.

В чистом виде эта модель встречается редко, но к ней тяготеет ряд стран исламского мира.

Светское государство реализует идею отделения религии от государства, что находит свое выражение в институциональном размежевании государства и церкви.

Для модели официальной церкви характерно официальное предпочтение одной конфессии, организационной структуре которой (церкви) отводится особое место в политической жизни страны.

Модель признаваемых общин основывается на официальном признании всех основных конфессий, но при этом ни одна из них не получает статуса государственной или предпочтительной [2, с. 177-178].

Особую роль во взаимодействии идеологии и религии играет конфессиональная политика. Под «конфессиональной политикой» понимается:

ь во-первых, комплекс стратегий и шагов светского государства по отношению к различным конфессиям, находящимся в равном положении, направленный на урегулирование отношений между ними, между ними и государством, а также между религиозной и нерелигиозной частями общества в целом;

ь во-вторых, политические меры по обеспечению прав и свобод граждан на исповедание любой религии или неисповедание никакой;

ь в третьих, сознательная деятельность государства, его аппарата с целью достижения желаемых результатов в религиозной сфере властными инструментами.

Сфера конфессиональной политики включает политику государства в отношении религиозных организаций, политическую активность религиозных организаций и участие общества в развитии отношений государства и религиозных организаций.

Стратегии конфессиональной политики определяются двумя основными критериями: ходом политического развития в целом и местом религиозных организаций в процессе общественного развития. Как уровень развития демократических институтов, так и динамика этого процесса определяют две позитивные стратегии конфессиональной политики.

Стратегия сотрудничества общества, государства и религиозных организаций характерна для большинства развитых стран. Социальные ценности и пути их реализации, выработанные в рамках религиозной практики, включены в идеологические основы социальной политики.

Действует религиозный плюрализм, который, с одной стороны, обеспечивает ресурс общественной толерантности, а, с другой стороны, поддерживает квазирынок религиозных организаций. Статус религиозных организаций близок к статусу общественных организаций.

Со стороны государства религиозные организации получают разнообразную поддержку. Одновременно государство осуществляет контроль за их деятельностью.

Стратегия активного включения религиозных организаций в политические преобразования характерна для стран переходного периода. Государство, общество и религиозные организации проходят этап демократизации.

В странах Восточной Европы религиозные организации выполняют функцию проводников радикальных социал-демократических идей и становятся гарантами зарождающейся демократии, т.е.

берут на себя не свойственные религиозным организациям функции.

Сам факт существования в обществе религии и ее институтов требует от каждого государства выработки и реализации хорошо продуманной, научно обоснованной новой модели политики по отношению к ним.

Эти и другие обстоятельства выдвигают перед органами власти задачу выработки и последовательного проведения в жизнь новой модели политики по отношению к религии и ее институтам.

Такая модель включает три элемента: а) теоретико-идеологическое обоснование; б) юридический базис; в) специальные органы, предназначенные обеспечивать связь между государственными структурами и религиозными организациями. Эта модель дает наиболее полное представление о характере государственно-конфессиональных отношений и статусе отдельных конфессий.

Теоретико-идеологический компонент функционирует как организационная и контрольно-регулятивная система взглядов, идей, целей граждан, религиозных организаций, властных структур по отношению к религии и ее институтам.

Отношения между государством и религиозными организациями по своей сущности являются политическими – при различном социальном назначении их субъекты обладают способностью объединять массы людей и управлять ими [4, с. 407-410].

Идеология государства является предтечей права. Юридический базис охватывает весь круг вопросов, связанных с законодательством в области свободы совести.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, качественно новым этапом в усилении общественно-политической роли религии стало возникновение церкви – религиозной организации, выступающей в качестве средства упорядочения отношений внутри религиозного объединения и его связей со светскими общностями и организациями. Заметим, что церковь как организация характеризуется всеми основными атрибутами, присущими социальному институту.

По мере развития церкви усиливались и ее политические функции. Постепенно власть церкви частично приобрела политический характер, так как она стала претендовать на роль высшего авторитета в укреплении не только семьи, но и общественной морали, в соблюдении норм и правил, в которых заинтересовано все общество.

Церковь стала играть огромную роль и в укреплении авторитета государственной власти. Многие авторы, анализируя нынешнюю деятельность церкви, рассматривают ее как один из влиятельных компонентов политической системы общества.

Осуществляя эту деятельность, церковь исходит из того, что людям нужны не только духовность и вера, но и религиозное обоснование их стремления к нормальному удовлетворению сугубо земных потребностей.

Выполнение указанных общественных функций, как известно, невозможно без соответствующей идеологии. Поэтому в деятельности любой церкви, особенно это характерно для католицизма, значительное место отводится разработке ее социально-политической доктрины.

При этом религиозные идеологи, опираясь на священные книги и учение отцов церкви, исходят из возможности торжества социальной справедливости и гармонии уже в этой земной жизни. Социальное учение каждой церкви по-своему формулирует конечную земную цель для миллионов верующих, движение к которой становится смыслом их повседневной жизни.

Тем самым обусловливается участие верующих во всех областях жизни светского общества, в том числе и в сфере политики.f

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Кириленко, Г.Г. Философский словарь. Справочник студента / Кириленко Г.Г., Шевцов Е.В. – М.: Филологическое общество «СЛОВО»: ООО «Издательство АСТ», 2002. – 704 с.

2. Мельник, В.А. Политические идеологии: учеб. пособие / В.А. Мельник. – Минск: Выш. шк., 2009. – 399 с.

3. Миронов, А.В. Основы религиоведения: Рабочая книга преподавателя и студента. Учебное пособие / А.В. Миронов, Ю.А. Бабинов. – М.: НОУ, 1998. – 328 с.

4. Основы идеологии белорусского государства: Учебное пособие для вузов / Под общ. ред. С.Н. Князева, С.В. Решетникова. – Мн.: Академия управления при Президенте Республики Беларусь, 2004. – 491 с.

5. Религия: Энциклопедия / Сост. и общ. ред. А.А. Грицанов, Г.В. Синило. – Мн.: Книжный Дом, 2007. – 960 с.

Размещено на Allbest.ru

Источник: https://revolution.allbest.ru/religion/00571913_0.html

Book for ucheba
Добавить комментарий