Идолы пещеры

Идолы Френсиса Бэкона

Идолы пещеры
?

Categories:

  • общество
  • природа
  • наука
  • Cancel

Оригинал взят у efa2007 в Идолы Френсиса БэконаМы все уже почти научились пользоваться в дискуссиях Бритвой Оккама («Не следует множить сущее без необходимости»), но часто сами не замечаем как нас преследуют некоторые заблуждения (демоны), которые мешают рассуждать здраво.

Один из моих любимых (после Рене Декарта) философов – Френсис Бэкон (1561 – 1616) очень точно этих демонов классифицировал в своем учении об Идолах:

Это, во-первых, врожденные «идолы рода». В их основе субъективные свидетельства органов чувств и всевозможные заблуждения разума (пустое абстрагирование, поиск целей в природе и т. п.).

Во-вторых, «идолы пещеры», обусловленные зависимостью познания от индивидуальных особенностей, физических и душевных свойств, а также ограниченностью личного опыта людей. В-третьих, «идолы рынка, или площади», имеющие социальные истоки. Бэкон призывает не преувеличивать роль слов в ущерб фактам и стоящим за словами понятиям.

В-четвертых, Бэкон предлагает искоренять «идолов театра», в основе которых некритическое следование авторитетам. http://stratford.ru/bacon.html

Или для желающих вот тут подробнее: http://www.philosophy.ru/library/bacon/idol.html

или под-катом еще вариант:

1) Идолы рода “вскормлены самой человеческой природой, человеческой семьей, или родом. Человеческий ум все равно что кривое зеркало, отражающее лучи от предметов; он смешивает собственную природу вещей, которую деформирует и искажает”.

Так, например, человеческий ум по собственной структуре придает вещи “больший порядок”, нежели действительно существующий; ум придумывает соответствия и отношения, которых в действительности нет.

“Человеческий ум, когда он находит какое-либо удобное или кажущееся верным или убедительным и приятным понятие, подгоняет все остальное так, чтобы подтвердить его и сделать тождественным с ним.

И даже если мощь и число противоположных понятий больше, он или не признает этого – из пренебрежения, или путает их с различиями и отбрасывает – из тяжкого и вредного предрассудка, лишь бы сохранить в целостности свои первые утверждения”.2). Идолы пещеры исходят от отдельного человека.

Каждый из нас, помимо общих заблуждений, свойственных человеческому роду, имеет свою собственную пещеру, в которой свет природы рассеивается и гаснет по причине специфической природы каждого индивида или воспитания и влияний других людей, или из-за книг, которые он читает, и авторитета тех, кем он восхищается и кого уважает, или по причине различия впечатлений, в зависимости от того, находят ли последние душу уже занятой предубеждениями или свободной и спокойной”.3). Идолы площади или рынка. Бэкон пишет: “Есть также идолы, зависящие, так сказать, от взаимных контактов человеческого рода: мы называем их идолами площади, соотнося с торговлей и общением”. Определения и объяснения, которыми часто пользуются ученые для самозащиты, также не способствуют восстановлению естественной связи разума и вещей”. Во всяком случае, говорит Бэкон, “слова насилуют разум, мешая рассуждению, увлекая людей бесчисленными противоречиями и неверными заключениями”. Идолы площади, по мнению Бэкона, наиболее тяжкие из всех. Идолы, проникающие в разум с помощью слов, бывают двух родов: или это имена несуществующих вещей (как, например, “судьба”, “вечный двигатель” и т. д.), или это имена вещей существующих, но путаные и неопределенные, неподобающим образом абстрагированные.

4). Идолы театра “проникли в человеческую душу с помощью различных философских доктрин из-за наихудших правил доказательства”. С баснями мы сталкиваемся не только в современных философских доктринах и “античных философских сектах”, но и во “многих научных принципах и аксиомах, утвердившихся в силу традиции, слепой беспечной веры”.

Если Вы обратите свой внимательный взгляд на многие диалоги и комментарии, то сами заметите, как явно многих преследуют Идолы Бэкона и объяснить им обычно что-либо очень тяжело. Бэкон считает наихудшими Идолов Площади (коротко – неверные определения или неуточненные понятия), однако сейчас скорее многих мучат Идолы пещеры – все все измеряют через себя и свой внутренний мир и жизненный опыт, по принципу – если я этого не знаю, не видел, на зуб не пробовал – этого не существует. Ну а про Идолов театра и дрожание перед авторитетами я говорила не раз, или требование наоборот авторитетного мнения – мнение высказанное неавторитетом соответственно принижается, отсюда желание перейти на личности и искать плохое в человеке или биографии того с кем не согласился по какому-то вопросу – все мы наблюдаем эти процессы ежедневно в ЖЖ.

Источник: https://polyakovn.livejournal.com/165259.html

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

https://www.youtube.com/watch?v=MD78CF3m7YQ

Известному философу Фрэнсису Бэкону (1561-1626), лорд-канцлеру английского государства, принадлежит афоризм: “Поистине, поверхностная философия склоняет ум человека к безбожию, глубины же философии обращают умы людей к религии” [1]. Размышляя о стремлении науки к истинному знанию, Бэкон предостерегал о существовании четырех преград, или “призраков”, “идолов” на пути познания.

Напомним, что термин “идол” в философской традиции означает буквально: относительный и искаженный образ или принцип, которому ошибочно придается абсолютное значение.

В христианской традиции идолами называли предметы, изображающие богов языческих религий, которым поклонялись и приносили жертвы, в том числе человеческие.

Фрэнсис Бэкон использует этот термин в значении искажающего призрака, который преграждает человеку путь к Истине подобно тому, как катаракта затрудняет видение света.

Итак, он различает четыре вида идолов (призраков): идолы рода, идолы пещеры, идолы рынка и идолы дворца (или театра). “Идолы рода находят основание в самой природе человека” [2], в ее несовершенстве, поврежденности. Например, человеческий ум Бэкон сравнивает с неровным зеркалом, “которое отражает вещи в искривленном и обезображенном виде” [3].

По мнению блаженного Августина, разум Адама до грехопадения по природе своей находился на такой высоте понимания мира, какая была потом недоступна никому из его потомков, даже самым умным.

Нынешний человеческий ум находится в таком же отношении к разуму Адама до грехопадения, в каком находится быстрота черепахи к быстроте птицы [4].

Грехопадение поразило человеческую природу, поэтому достижение знания сегодня сопряжено с мучительными трудами и величайшими усилиями, а знание остается обреченным на фрагментарность, относительность и неполноту.

Идолы пещеры суть заблуждения отдельного человека” [5]. Прирожденные свойства каждого, особенности воспитания и окружающей среды – это та личная “пещера”, которая поглощает свет Истины.

Общая пораженность человеческой природы после грехопадения проявляется по-разному в каждом человеке.

Диапазон индивидуальных особенностей широк: от отсутствия способности понимать смысл мироздания до неспособности понимать значение простейших, употребляемых бесчисленное количество раз слов: “спасибо” – спаси Бог, “судьба” – суд Божий и т. п. В сумрачной пещере своего сознания каждый блуждает по-своему.

Идолы площади, или рынка, возникают из-за неправильного использования слов, что порождает их беспорядочное употребление и ведет “людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям” [6].

“Необходимо определить понятия” – с этих слов начинается любой серьезный разговор. Не сделав этого, мы обрекаем себя на то, чтобы быть непонятыми другими и истолковывать их слова неверно.

Кому из преподавателей не знаком “феномен интерпретации”? В аудитории каждый из присутствующих не только понимает вас по-своему, но и додумывает даже то, о чем вы сами не имели никакого представления. Пробиться к человеку сквозь искаженные смыслы слов, быть понятым и понимать – непростая задача.

Неслучайно выражение “Счастье – это когда тебя понимают” стало крылатым. Существуют, наконец, идолы театра, или дворца. Здесь речь идет об искажающем воздействии на человека ложных теорий и философских учений, которые мешают его движению к Истине.

Где истоки и в чем причина влияния ложных философских учений? Одна из таких причин – слепое преклонение перед ранее установленными (во дворцах) и признанными авторитетами. Эти авторитеты покорили умы людей, как актеры в театре покоряют сердца зрителей.

Бэкон сравнивает эти философские учения с театральными комедиями о вымышленных мирах. Он призывает сорвать лживые театральные маски с философских “учителей”, чей авторитет был создан во дворцах и базируется только на “дворцовой” неприкосновенности.

Смысл, который мы придаем термину “идолы”, весьма близок к значению слова “призраки” лорда Бэкона. Идолы атеизма – это препятствия, лежащие на пути познания и образования. Идолы атеизма – это ловушки, в которые способен в силу своей ограниченности и немощи попасть – и попадает, к сожалению, – разум человека.

Каковы же они, современные идолы атеизма? При ответе на этот вопрос мы все должны убедиться в том, “что мы вышли в… тыл противника, верно обозрели его основные позиции, научились говорить на его языке и думать его мыслями и, главное – поняли его слабые места и его основные, фатальные для него ошибки” [7].

  1. Бэкон Ф.

    Опыты, или Наставления нравственные и политические // Сочинения: В 2 т. М., 1978. Т. 2. С. 386.

  2. Бэкон Ф. Афоризмы об истолковании природы и царства человека // Сочинения: В 2 т. М., 1978. Т. 2. С. 18.
  3. Там же.
  4. Цит. по: Гусев Д. Антропологические воззрения блаженного Августина в связи с учением пелагианства (1876 г.

    ) // Святоотеческая христология и антропология. Пермь, 2002. Вып. 1. С. 29.

  5. Бэкон Ф. Афоризмы об истолковании природы и царства человека. С. 19.
  6. Бэкон Ф. Афоризмы об истолковании природы и царства человека. С. 19.
  7. Ильин И. Кризис безбожия // Собрание сочинений: В 10 т. М., 1993. Т. 1. С. 342.

предыдущая глава     К оглавлению     следующая глава

Источник: https://eparhia-saratov.ru/Content/Books/76/3.html

Лекции по истории западной философии Нового времени

Идолы пещеры

Этот подход можно проиллюстрировать следующим примером. Если мы собираемся исследовать нечто при помощи микроскопа, то разумно сначала озаботиться чистотой стекол этого микроскопа.

В противном случае мы будем видеть в микроскоп не объекты микромира, а пятна грязи на увеличительном стекле.

Так же рассуждал и Бэкон: прежде чем познавать элементы мироздания, разумно исследовать нашу способность к этому познанию и устранить все, что может воспрепятствовать нам в этом деле.

Бэкон выделяет четыре класса идолов.

«Идолы и ложные понятия, которые уже пленили человеческий разум и глубоко в нем укрепились, так владеют умом людей, что затрудняют вход истине, но, если даже вход ей будет дозволен и предоставлен, они снова преградят путь при самом обновлении наук и будут ему препятствовать, если только люди, предостереженные, не вооружатся против них, насколько возможно. Есть четыре вида идолов, которые осаждают умы людей. Для того чтобы изучать их, дадим им имена. Назовем первый вид идолами рода, второй – идолами пещеры, третий – идолами площади и четвертый – идолами театра. Построение понятий и аксиом через истинную индукцию есть, несомненно, подлинное средство для того, чтобы подавить и изгнать идолы. Но и указание идолов весьма полезно…» (1. 2. С. 18).

1. Идолы рода. Речь идет об ограниченности человеческой природы. Человеческий ум склонен принимать желаемое за действительное, он не любит признавать неприятное, он склонен к ошибкам и искажениям.

В качестве примера достаточно вспомнить о том, как часто человек воспринимает конструктивную критику как злобное нападение на собственную персону.

«Идолы рода находят основание в самой природе человека, в племени или самом роде людей, ибо ложно утверждать, что чувства человека есть мера вещей… Ум человека уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривленном и обезображенном виде». (1. 2. С. 18).

В наибольшей степени заблуждения человеческого ума проистекают от чувственного восприятия. Это восприятие часто обманывает нас и представляет вещи не такими, какие они есть на самом деле. Кроме того, часто яркие чувственные восприятия отвлекают человеческий ум от менее ярких чувственных восприятий, которые как раз и могли бы поведать нам истину.

Забавно, что человек, который столь глубоко понимал искажающий характер «идолов рода», сам часто становился их жертвой. Так, в частности, Бэкон не принял теорию Коперника и полагал, что Земля покоится в центре мироздания. Подобные воззрения естественны для человека, находящегося в плену у своего чувственного восприятия.

Выйдя по утру на крыльцо своего дома и оставаясь на нем в течение всего дня, человек с очевидностью может убедиться, что он весь день пребывал в неподвижном состоянии, в то время как солнце непрестанно двигалось пока не скрылось за горизонтом.

Впрочем, возможно, Френсис Бэкон просто не хотел вступать в конфликт с церковью из-за какой-то там теории Коперника.

2. Идолы пещеры. «Идолы пещеры суть заблуждения отдельного человека. Ведь у каждого помимо ошибок, свойственных роду человеческому, есть своя особая пещера, которая ослабляет и искажает свет природы.

Происходит это или от особых прирожденных свойств каждого, или от воспитания и бесед с другими, или от чтения книг и от авторитетов, перед какими кто преклоняется, или вследствие разницы во впечатлениях, зависящей от того, получают ли их души предвзятые и предрасположенные или же души хладнокровные и спокойные, или по другим причинам. Так что дух человека, смотря по тому, как он расположен у отдельных людей, есть вещь переменчивая, неустойчивая и как бы случайная. Вот почему Гераклит правильно сказал, что люди ищут знаний в малых мирах, а не в большом или общем мире». (1. 2. С. 19).

Иными словами, личная биографическая ситуация человека определяет его характер, привычки, склонности, страхи и надежды, способы восприятия мира и реакции на этот мир. Все это выступает для человека, в качестве некой экзистенциальной «пещеры», в которую он заключен. Получаемое человеком знание как бы преломляется через стены и содержимое этой «пещеры», искажаясь до состояния фантома.

Я очень люблю этот раздел. Для дела познания этот призрак наиболее опасен. Этот «вирус» повсеместен и всемогущ.

Правда, в отличие от Бэкона, который делал акцент, прежде всего, на личностном аспекте «пещеры», в которую заключен каждый человек, я считаю необходимым расширить значение этого «идола» и включить в него культурный горизонт, очерчивающий опыт индивида.

Речь идет о склонности человека судить обо всем на свете по меркам своей экзистенциальной и культурной «пещеры». Чаще всего свой образ жизни, свою семью, свою культуру человек рассматривает как образец истинного и правильного. Эта пещера воспринимается им как Вселенная.

Образ же жизни других людей или иные культуры воспринимаются им как задворки, если не как помойные углы его пещеры. Если вы прислушаетесь к тому, как люди характеризуют других, то заметите, что часто человек склонен восклицать: «Он ненормальный!», – или – «Я же нормальный человек!». Норма здесь как раз и отражает обычай пещеры.

Все же, что отличается от обычаев этой пещеры, воспринимается как ненормальность, злонамеренное извращение или даже как дьявольские происки. Внимательно понаблюдав за окружающими, вы обнаружите, что от идолов пещеры не свободны ни ваши близкие, ни ваши дальние. Вам достаточно включить телевизор, и вы увидите, как политик озвучивает призраки своей пещеры в полной уверенности в том, что он выступает глашатаем Истины.

3. Идолы рынка (площади). «Существуют еще идолы, которые происходят как бы в силу взаимной связанности и сообщества людей. Эти идолы мы называем, имея в виду порождающее их общение и сотоварищество людей, идолами площади. Люди объединяются речью. Слова же устанавливаются сообразно разумению толпы.

Поэтому плохое и нелепое установление слов удивительным образом осаждает разум. Определения и разъяснения, которыми привыкли вооружаться и охранять себя ученые люди, никоим образом не помогают делу. Слова прямо насилуют разум, смешивают все и ведут людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям». (1. 2. С.

19).

«Наиболее же тягостны идолы площади, проникающие в человеческий разум в результате молчаливого договора между людьми об установлении значения слов и имен.

Ведь слова в большинстве случаев формируются исходя из уровня понимания простого народа и устанавливают такие различия между вещами, которые простой народ в состоянии понять; когда же ум более острый и более внимательный в наблюдении над миром хочет провести более тщательное деление вещей, слова поднимают шум, а то, что является лекарством от этой болезни (т. е.

определения), в большинстве случаев не может помочь этому недугу, так как и сами определения состоят из слов, и слова рождают слова.

И хотя мы считаем себя повелителями наших слов и легко сказать, что «нужно говорить, как простой народ, думать же, как думают мудрецы»; и хотя научная терминология, понятная только посвященным людям, может показаться удовлетворяющей этой цели; и хотя определения (о которых мы уже говорили), предпосылаемые изложению той или иной науки (по разумному примеру математиков), способны исправлять неверно понятое значение слов, однако все это оказывается недостаточным для того, чтобы помешать обманчивому и чуть ли не колдовскому характеру слова, способного всячески сбивать мысль с правильного пути, совершая некое насилие над интеллектом, и, подобно татарским лучникам, обратно направлять против интеллекта стрелы, пущенные им же самим. Поэтому упомянутая болезнь нуждается в каком-то более серьезном и еще не применявшемся лекарстве» (1. 1. С. 309–310).

«Но тягостнее всех идолы площади, которые проникают в разум вместе со словами и именами. Люди верят, что их разум повелевает словами. Но бывает и так, что слова обращают свою силу против разума. Это сделало науки и философию софистическими и бездейственными.

Большая же часть слов имеет своим источником обычное мнение и разделяет вещи в границах, наиболее очевидных для разума толпы. Когда же более острый разум и более прилежное наблюдение хотят пересмотреть эти границы, чтобы они более соответствовали природе, слова становятся помехой.

Отсюда и получается, что громкие и торжественные диспуты ученых часто превращаются в споры относительно слов и имен, а благоразумнее было бы (согласно обычаю и мудрости математиков) с них и начать для того, чтобы посредством определений привести их в порядок.

Однако и такие определения вещей, природных и материальных, не могут исцелить этот недуг, ибо и сами определения состоят из слов, а слова рождают слова, так что было бы необходимо дойти до частных примеров, их рядов и порядка, как я скоро и скажу, когда перейду к способу и пути установления понятий и аксиом» (1. Т. 2. С. 25).

4. Идолы театра. «Существуют, наконец, идолы, которые вселились в души людей из разных догматов философии, а также из превратных законов доказательств. Их мы называем идолами театра, ибо мы считаем, что, сколько есть принятых или изобретенных философских систем, столько поставлено и сыграно комедий, представляющих вымышленные и искусственные миры…». (1. 2. С. 19).

«Идолы театра или теорий многочисленны, и их может быть еще больше, и когда-нибудь их, возможно, и будет больше.

Если бы в течение многих веков умы людей не были заняты религией и теологией и если бы гражданские власти, особенно монархические, не противостояли такого рода новшествам, пусть даже умозрительным, и, обращаясь к этим новшествам, люди не навлекали на себя опасность и не несли ущерба в своем благосостоянии, не только не получая наград, но еще и подвергаясь презрению и недоброжелательству, то, без сомнения, были бы введены еще многие философские и теоретические школы, подобные тем, которые некогда в большом разнообразии процветали у греков. Подобно тому как могут быть измышлены многие предположения относительно явлений небесного эфира, точно так же и в еще большей степени могут быть образованы и построены разнообразные догматы относительно феноменов философии. Вымыслам этого театра свойственно то же, что бывает и в театрах поэтов, где рассказы, придуманные для сцены, более слажены и красивы и скорее способны удовлетворить желания каждого, нежели правдивые рассказы из истории». (1.2. С. 27).

Этот род предрассудков особенно раздражает Бэкона. Выделяя этот класс, он фактически производит нападение на всю древнюю и средневековую философию. Идолы театра – это предрассудки, связанные с верой в авторитет древних.

Если вы вдумаетесь, то обнаружите, что термин «идолы театра» весьма тонко передает одну из сторон феномена авторитета. Очень часто авторитет прибегает к внешним атрибутам, как то: ученая или судейская мантия, величественная поза, непонятный язык, пухлые ученые тома.

Все это – театральное представление, которое призвано убедить окружающих в уме, глубине, компетентности авторитета.

Авторитет древних раздражает не одного только Бэкона. Новой науке при своем рождении приходилось яростно отстаивать право на свое существование в борьбе с наукой средневековой.

А авторитет Аристотеля или Библии – это краеугольный камень средневековой науки. Фактически, Бэкон заявляет, что есть лишь один источник подлинного знания – опыт и разум.

Авторитет скорее убивает истину, нежели гарантирует ее.

Теория «идолов» Френсиса Бэкона положила начало масштабным изысканиям новоевропейских философов в области теории познания. По этому пути двигалось большинство последующих философов. В этом отношении, вполне можно провести прямую линию между теорией идолов Френсиса Бэкона и изысканиями Иманнуила Канта в области способностей и границ человеческого разума.

Источник: https://iknigi.net/avtor-sergey-chuhleb/104135-lekcii-po-istorii-zapadnoy-filosofii-novogo-vremeni-sergey-chuhleb/read/page-6.html

«Идолы», которые мешают мыслить

Идолы пещеры

Фрэнсис Бэкон, который жил на рубеже XVI и XVII веков, сформулировал множество идей, которые по сей день повторяют психологи и специалисты по когнитивным наукам. 

В трактате «Новый Органон», или «Истинные указания для истолкования природы» Бэкон говорит о необходимости пересмотра и восстановления наук, закладывая основы для научного метода, который знаком нам сегодня. И там же рассказывает о трудностях, с которыми сталкивается всякий, кто стремится объяснять мир.

«Органоном» (от греческого слова «инструмент, метод») тогда называли логические сочинения Аристотеля.

Тот посредством своих работ подарил метод не только схоластам, которые основывали на аристотелевской логике собственные «суммы» и диспуты, но и всей европейской научной мысли.

Бэкон решил создать нечто не менее масштабное, потому и назвал «Новым Органоном» вторую часть работы о «великом восстановлении наук». Главным методом научного познания мира Бэкон полагал индукцию, которая предполагает рассуждение от частного к общему и опирается на опыт.

На пути познания даже людям разумным и просвещённым встречается множество препятствий. Эти препятствия он назвал идолами или призраками — от слова «idolum», которое в греческом языке означало «призрак» или «видение». Этим подчёркивается, что речь идёт о мороке, иллюзии — о том, чего нет на самом деле. 

Предлагаем взглянуть на этих идолов и разобраться, существуют ли они по сей день.

Идолы рода

Лукас Кранах, изображение Адама и Евы.

Почему мы друг друга не понимаем

«Родовые идолы» — это, согласно Бэкону, заблуждения, которые «находят основание в самой природе человека». Ошибочно было бы полагать, будто мир именно таков, каким он видится нашим органам чувств.

«Ложно утверждать, что чувства человека есть мера вещей», пишет Бэкон. А ведь опыт, который мы получаем, общаясь с внешней средой, ещё и подвергается интерпретации, что также создаёт неизбежные погрешности.

Ум человека в «Новом Органоне» сравнивается с неровным зеркалом, которое добавляет к отражаемым вещам собственные погрешности, искажая природу.

Идея о том, что наше восприятие относительно, была развита впоследствии множеством учёных и сформировала современное понимание наук о человеке и природе.

Фигура наблюдателя влияет на трактовку знаменитых квантовых экспериментов, будь то кот Шрёдингера или опыт Клауса Йенсономса с дифракцией электронов.

Изучение субъектности и индивидуальных человеческих переживаний — главная тема в культуре начиная с ХХ века.

Бэкон отмечет, что заблуждения «родоплеменного» характера есть у всех людей: они называются так, потому что свойственны всем нам как виду, и от этого багажа собственной природы никуда не деться. Зато философ — человек, который идёт по пути познания — может, как минимум, осознать эту природу и делать на неё скидку, выдвигая суждения о сути явлений и вещей.

Идолы пещеры 

Прежде, чем говорить об этих заблуждениях, сперва нужно остановиться на символике пещеры. В классических текстах этот образ всегда отсылает к платоновской пещере, которую тот описывает в диалоге «Государство». 

Согласно мифу о пещере, человеческое знание и незнание можно описать следующим образом.

Стоя спиной к свету костра в тёмной пещере, человек смотрит на тени, отбрасываемые вещами на стены пещеры, и, видя их, полагает, что имеет дело с подлинной реальностью, в то время как видит лишь теневые фигуры.

Согласно Платону, наше восприятие строится на наблюдении иллюзий, и мы только воображаем, будто познаём подлинную реальность. Таким образом, пещера представляет собой чувственно-воспринимаемый мир.

Бэкон уточняет, что у каждого человека своя пещера, которая искажает свет природы.

В отличие от «идолов рода», «пещерные» заблуждения разнятся для каждого из нас: это означает, что погрешности в работе наших органов восприятия индивидуальны. Также важную роль играют воспитание и условия развития.

Как и несколько сотен лет назад, сегодня у каждого из нас есть свой опыт взросления, усвоенные в детстве модели поведения, сформировавшие внутренний язык любимые книги.

«У каждого помимо ошибок, свойственных роду человеческому, есть своя особая пещера, которая ослабляет и искажает свет природы. Происходит это или от особых прирожденных свойств каждого, или от воспитания и бесед с другими, или от чтения книг и от авторитетов, перед какими кто преклоняется, или вследствие разницы во впечатлениях».Фрэнсис Бэкон, «Новый Органон»

Рассуждая об этом, Бэкон во многом опередил своё время. Только во второй половине ХХ века антропологи, психологи и когнитивисты стали массово говорить о том, насколько различается восприятие разных людей.

Разобщающим фактором могут стать как особенности органов чувств, так и различия в структуре самого языка, которые, в конечном счёте, определяют особенности мышления, не говоря уже о разнице культур и особенностях семейного воспитания.

Идолы площади

https://www.google.com/culturalinstitute/beta/asset/the-wedding-dance/pAGKgN6eHENosg?hl=ru

(источник: )

Категорический императив: как общаться друг с другом

Этих «идолов» Бэкон предлагает обнаружить (и обезвредить) в тесных сообществах людей, объединённых общими связями, интересами и проблемами. Социальное общение — наше лучшее умение как вида, однако в нём же может быть корень ошибок, которые из индивидуальных становятся коллективными, поскольку люди передают друг другу свои заблуждения.

Особое внимание Бэкон уделяет словам, ведь люди объединяются с помощью речи, а главная ошибка, которая может возникнуть в этой связи — «плохое и нелепое установление слов». Пусть слово «площадь» вас не обманывает: название эти идолы получили просто потому, что площадь — место шумное.

А этому греху познания, по мнению философа, подвержены не только зеленщики на рынках, но и учёные. Ведь даже когда между учёными затевается спор, он чаще всего увязает в потребности «определиться с понятиями». Все, кто участвовал когда-либо в научных дискуссиях, знают: определяться можно сколь угодно долго.

Поэтому Бэкон советовал обратиться к «обычаю и мудрости» математиков — начать с определений.

«Люди верят, что их разум повелевает словами. Но бывает и так, что слова обращают свою силу против разума. Это сделало науки и философию софистическими и бездейственными. Большая же часть слов имеет своим источником обычное мнение и разделяет вещи в границах, наиболее очевидных для разума толпы».Фрэнсис Бэкон, «Новый Органон»

О том, насколько важна лингвистика для сознания, сегодня говорят много — причём не только когнитивные психологи и лингвисты, но и специалисты, которые занимаются обучением машин. О значимости слов и определений начиная с ХХ века активно заговорили социальные философы.

Используя язык, в котором много сниженных понятий, мы грубо упрощаем мысль; используя грубые слова для определения других людей — насаждаем агрессию в обществе.

В то же время, давая грамотные и развёрнутые определения вещам и явлениям, мы говорим о них более спокойно и взвешенно, создаём более компетентные описания.

Чего Бэкон никак не мог предсказать, так это беспрецедентного для его времени развития средств коммуникации. Однако человеческая психология с получением новых инструментов не слишком изменилась — просто теперь мы можем ещё более эффективно создавать сообщества со своими правилами, представлениями, предрассудками, и языком, который всё это закрепляет.

Идолы театра

Когнитивный контроль: как держать себя в руках

Последний вид «идолов», которые берут нас в плен заблуждений — это идолы театра. Имеются в виду представления, которые человек заимствует у других людей.

К ним относятся неверные философские учения, ошибочные научные представления и ложные аксиомы, мифы, существующие в обществе.

Мы можем слепо доверять авторитету других людей, или же просто не задумываясь повторять за другими неверные вещи.

Своё название эти идолы получили потому что «сколько есть принятых или изобретенных философских систем, столько поставлено и сыграно комедий, представляющих вымышленные и искусственные миры». Бэкон указывает на то, что трактовки мироздания, которые предлагают неверные теоретические системы, похожи на театральные постановки. Описания подлинной реальности они не дают.

Эта идея выглядит актуальной до сих пор. Например, об идолах театра можно вспомнить, услышав очередную лженаучную теорию или просто бытовую глупость, основанную на предрассудке.

Эпохи разные, а искажения те же

Кроме перечисления четырёх идолов, Бэкон оставил в «Новом Органоне» множество упоминаний ошибок мышления, которые мы сегодня назвали бы когнитивными искажениями.

  • Иллюзорная корреляция и ещё несколько сходных искажений: «Человеческий разум в силу своей склонности легко предполагает в вещах больше порядка и единообразия, чем их находит», пишет Бэкон, рассуждая о том, что людям свойственно создавать связи, которых на самом деле нет.
  • Описание склонности субъекта к подтверждению своей точки зрения: «Разум человека всё привлекает для поддержки и согласия с тем, что он однажды принял, — потому ли, что это предмет общей веры, или потому, что это ему нравится.

    Каковы бы ни были сила и число фактов, свидетельствующих о противном, разум или не замечает их, или пренебрегает ими, или отводит и отвергает их посредством различений с большим и пагубным предубеждением, чтобы достоверность тех прежних заключений осталась ненарушенной».

  • «Ошибка выжившего» (герой этой притчи в неё не впал): «Правильно ответил тот, который, когда ему показали выставленные в храме изображения спасшихся от кораблекрушения принесением обета и при этом добивались ответа, признает ли теперь он могущество богов, спросил в свою очередь: “А где изображения тех, кто погиб, после того как принес обет?”».

Мышление о мышлении: что такое метакогниции

Также Бэкон рассуждал о природе суеверий, опираясь на принципы человеческого мышления (а именно, указывал на то, что людям свойственно замечать события, которые укладываются в их ожидания, и игнорировать пророчества, которые не сбываются) и указывал на то, что положительно и отрицательно окрашенные доводы воздействуют с разной силой.

Он отмечал, что на разум сильнее действуют образы и события, которые могут «сразу и внезапно его поразить». Остальные события проходят более-менее незамеченными. Не секрет, что информация, в которой мы заинтересованы, запоминается лучше всего, особенно, если от неё зависит наша жизнь. Интересно, что Бэкон обратил внимание на эти особенности человеческого восприятия уже так давно.

Так что, собравшись почитать Даниела Канемана, имеет смысл дополнить его книги томиком Бэкона — а то и несколькими диалогами Платона.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://newtonew.com/science/idoly-kotorye-meshayut-myslit

Book for ucheba
Добавить комментарий