Легизм

ЛЕГИ́ЗМ

Легизм

Авторы: А. И. Кобзев

ЛЕГИ́ЗМ (фа-цзя – «шко­ла за­ко­на»), од­на из шес­ти осн. школ Древ­не­го Ки­тая, соз­дав­шая в 4–3 вв. до н. э. тео­ре­тич. обос­но­ва­ние то­та­ли­тар­но-дес­по­тич. управ­ле­ния го­су­дар­ст­вом и об­ще­ст­вом. Уче­ние Л. вы­ра­же­но в ау­тен­тич­ных трак­та­тах 4–3 вв. до н. э.

 – «Гу­ань-цзы» ([Трак­тат] Учи­те­ля Гу­ань [Чжу­на]), «Шан цзюнь шу» (Кни­га пра­ви­те­ля [об­лас­ти] Шан [Гун­сунь Яна]), «Шэнь-цзы» ([Трак­тат] Учи­те­ля Шэнь [Бу­хая]), «Хань Фэй-цзы» ([Трак­тат] Учи­те­ля Хань Фэя), и в трак­та­тах, вы­зы­ваю­щих со­мне­ния в их про­ис­хо­ж­де­нии, – «Дэн Си-цзы» ([Трак­тат] Учи­те­ля Дэн Си) и «Шэнь-цзы» ([Трак­тат] Учи­те­ля Шэнь [Дао]).

Гу­ань Чжун (ум. 645 до н. э.), со­вет­ник пра­ви­те­ля цар­ст­ва Ци, по-ви­ди­мо­му, пер­вым в ис­то­рии Ки­тая вы­дви­нул кон­цеп­цию управ­ле­ния стра­ной на ос­но­ве «за­ко­на/об­раз­ца» (фа), оп­ре­де­лён­но­го им как «отец и мать на­ро­да» («Гу­ань-цзы», гл. 16), что ра­нее от­но­си­лось толь­ко к го­су­да­рю.

Гу­ань Чжун про­ти­во­пос­та­вил за­кон не толь­ко пра­ви­те­лю, ко­то­ро­го он дол­жен ог­ра­ни­чи­вать, но так­же муд­ро­сти и зна­ни­ям, от­вле­каю­щим лю­дей от их обя­зан­но­стей; по-ви­ди­мо­му, он пер­вым пред­ло­жил ис­поль­зо­вать на­ка­за­ние как гл.

ме­тод управ­ле­ния: «Ко­гда бо­ят­ся на­ка­за­ний, управ­лять лег­ко» (там же, гл. 48).

Эту ли­нию про­дол­жил Цзы Чань (ок. 580 – ок. 522 до н. э.), гл. со­вет­ник пра­ви­те­ля цар­ст­ва Чжэн, на­ру­шив­ший тра­ди­цию «су­да по со­вес­ти» и впер­вые в Ки­тае ко­ди­фи­ци­ро­вав­ший в 536 до н. э. уго­лов­ные за­ко­ны, от­лив в ме­тал­ле (ви­ди­мо, на со­су­дах-три­по­дах) «уло­же­ние о на­ка­за­ни­ях» (син шу).

Его со­вре­мен­ник, са­нов­ник цар­ст­ва Чжэн, Дэн Си (560/545–500 до н. э.) раз­вил дан­ное на­чи­на­ние, опуб­ли­ко­вав «[уло­же­ние о] на­ка­за­ни­ях на бам­бу­ко­вых [план­ках]» (чжу син).

Со­глас­но «Дэн Си-цзы», пра­ви­те­лю над­ле­жит быть «без­мя­теж­ным» (цзи) и «замк­ну­тым в се­бе»/«со­кры­тым» (цан), но од­но­вре­мен­но «ве­ли­че­ст­вен­но-вла­ст­ным» (вэй) и «про­свет­лён­ным» (мин) от­но­си­тель­но за­ко­но­со­об­раз­но­го со­от­вет­ст­вия «имён» и «реа­лий».

В пе­ри­од с 4 в. по 1-ю пол. 3 в. до н. э. в твор­че­ст­ве Шэнь Дао (ок. 395 – ок. 315 до н. э.), Шэнь Бу­хая (ок. 385 – ок. 337 до н. э.), Шан Яна и Хань Фэя Л. сфор­ми­ро­вал­ся в це­ло­ст­ное са­мо­сто­ят.

уче­ние, оп­по­зи­ци­он­ное кон­фу­ци­ан­ст­ву в апо­ло­ге­ти­ке амо­раль­но­го дес­по­тиз­ма и без­ус­лов­но­го по­чи­та­ния вла­сти, от­чу­ж­дён­ной го­су­дар­ст­вен­но­сти, уни­фи­ци­ро­ван­но­го ад­ми­ни­ст­ри­ро­ва­ния и то­таль­но­го ми­ли­та­риз­ма, по­ли­ти­ко-пра­во­во­го но­ва­тор­ст­ва и пуб­лич­но­сти за­ко­нов, не под­ле­жа­щих, од­на­ко, об­су­ж­де­нию. Из дао­сиз­ма ле­ги­сты по­черп­ну­ли пред­став­ле­ние о ми­ро­вом про­цес­се как ес­те­ст­вен­ном Пу­ти-дао, в ко­то­ром при­ро­да зна­чи­мее куль­ту­ры и глу­пый на­род сча­ст­ли­вее про­све­щён­но­го, из мо­из­ма (мо цзя) – ути­ли­та­ри­ст­ский под­ход к че­ло­ве­че­ским цен­но­стям, прин­цип рав­ных воз­мож­но­стей, обо­же­ст­в­ле­ние вла­сти, а из «шко­лы имён» (мин цзя) – стрем­ле­ние к пра­виль­но­му со­от­но­ше­нию «имён» (мин) с «реа­лия­ми» (ши) и «фор­ма­ми/на­ка­за­ния­ми» (син).

Шэнь Дао, пер­во­на­чаль­но близ­кий к дао­сиз­му, впо­след­ст­вии стал про­по­ведо­вать «поч­те­ние к за­ко­ну/об­раз­цу» (шан фа) и «ува­же­ние к вла­сти/си­ле» (чжун ши), по­сколь­ку «на­род объ­е­ди­ня­ет­ся пра­ви­те­лем, а де­ла ре­ша­ют­ся за­ко­ном/об­раз­цом». С име­нем Шэнь Дао свя­зы­ва­ет­ся вы­дви­же­ние на пер­вый план ка­те­го­рии ши, со­вме­щаю­щей по­ня­тия «власть» и «си­ла».

Дру­гую важ­ную для Л. ка­те­го­рию – шу («тех­ни­ка/ис­кус­ст­во [управ­ле­ния]»), ко­то­рая оп­ре­де­ля­ет взаи­мо­связь «за­ко­на/об­раз­ца» и «вла­сти/си­лы», раз­ра­ботал гл. со­вет­ник пра­ви­те­ля цар­ст­ва Хань – Шэнь Бу­хай. Со­сре­до­то­чив­шись на про­бле­мах управ­ленч.

ап­па­ра­та, Шэнь Бу­хай при­зы­вал «воз­вы­шать го­су­да­ря и при­ни­жать чи­нов­ни­ков» та­ким об­ра­зом, что­бы на них ло­жи­лись все ис­пол­ни­тель­ские обя­зан­но­сти, сам же го­су­дарь, де­мон­ст­ри­руя Под­не­бес­ной «не­дея­ние» (у вэй), скрыт­но осу­ще­ст­в­лял бы кон­троль и вла­ст­ные пол­но­мо­чия.

Сво­его апо­гея Л. дос­тиг в тео­рии и прак­ти­ке пра­ви­те­ля обл. Шан в цар­ст­ве Цинь – Шан Яна, пред­по­ла­гае­мо­го ав­то­ра все­го или час­ти тек­ста ше­дев­ра кит. ма­киа­вел­лиз­ма «Шан цзюнь шу». Счи­тая, что «ко­гда на­род глуп, им лег­ко уп­рав­лять. И всё это бла­го­да­ря за­ко­ну/об­раз­цу» («Шан цзюнь шу», гл.

 26), Шан Ян от­ри­цал бо­го­дух­но­вен­ность за­ко­нов, ко­то­рые под­вер­же­ны пе­ре­ме­нам, ибо «ум­ный тво­рит за­ко­ны/об­раз­цы, а глу­пый под­чи­ня­ет­ся им, дос­той­ный из­ме­ня­ет пра­ви­ла бла­го­при­стой­но­сти (ли), а ник­чём­ный обуз­ды­ва­ет­ся ими» (там же, гл. 1).

Вла­сти сле­ду­ет быть силь­нее сво­его на­ро­да и за­бо­тить­ся о мо­гу­ще­ст­ве ар­мии, по­бу­ж­дать на­род за­ни­мать­ся дву­еди­ным важ­ней­шим де­лом – зем­ле­де­ли­ем и вой­ной, из­бав­ляя его от «шес­ти пара­зи­тов»: стрем­ле­ния к бес­печ­ной ста­рос­ти, рас­тра­чи­ва­ния зер­на, же­ла­ния кра­си­вой оде­ж­ды и вкус­ной пи­щи, при­стра­стия к рос­ко­ши, пре­неб­ре­же­ния обя­зан­но­стя­ми и стя­жа­тель­ст­ва. Об­щий прин­цип уни­фи­ка­ции обо­ра­чи­вал­ся в по­ли­ти­ке тре­бо­ва­ни­ем цен­тра­ли­за­ции и еди­но­на­ча­лия, в эко­но­ми­ке – гос. мо­но­по­лии на при­род­ные ре­сур­сы, со­сре­до­то­че­ния сил на рас­паш­ке це­ли­ны и ог­ра­ни­че­ния са­мо­стоя­тель­но­сти тор­гов­цев. Управ­ле­ние людь­ми долж­но стро­ить­ся на по­ни­ма­нии их по­роч­ной, ко­ры­ст­ной при­ро­ды (син), вро­ж­дён­но­го стрем­ле­ния к «поль­зе/вы­го­де» (ли), про­ти­во­по­лож­ной «дол­гу/спра­вед­ли­во­сти» (и). «Ес­ли пре­воз­но­сить доб­ро, то на­ру­ше­ния скры­ва­ют­ся; ес­ли по­ла­гать­ся на по­ро­ки, то пре­сту­п­ле­ния ка­ра­ют­ся… Ко­гда при вы­не­се­нии на­ка­за­ний тяж­ко [воз­да­ёт­ся] за лёг­кое [на­ру­ше­ние], то­гда и тяж­ким [пре­сту­п­ле­ни­ям] не­от­ку­да воз­ник­нуть» (там же, гл. 5). «На­ка­за­ние ро­ж­да­ет си­лу, си­ла ро­ж­да­ет мо­гу­ще­ст­во, мо­гу­ще­ст­во ро­ж­да­ет вла­ст­ное ве­ли­чие, вла­ст­ное ве­ли­чие ро­ж­да­ет бла­го­дать/доб­ро­де­тель-дэ. Бла­го­дать/доб­ро­де­тель ро­ж­да­ет­ся от на­ка­за­ния» (там же), по­это­му «в пре­бы­ваю­щем в по­ряд­ке го­су­дар­ст­ве мно­го на­ка­за­ний и ма­ло на­град» (там же, гл. 7). Бо­лее то­го, крас­но­ре­чие и ум, бла­го­при­стой­ность и му­зы­ка, ми­ло­сер­дие и гу­ман­ность (жэнь), сы­нов­няя поч­ти­тель­ность (сяо) и брат­ская лю­бовь, бес­ко­ры­стие и вы­дви­же­ние до­б­рых лю­дей – ро­ж­даю­щие сму­ту и раз­врат «ядо­ви­тые» яв­ле­ния «куль­ту­ры» (вэнь), про­ти­во­ядие от ко­то­рых – во­ен. уни­фи­ка­ция и дис­ци­п­ли­на.

Хань Фэй за­вер­шил фор­ми­ро­ва­ние Л., син­те­зи­ро­вав сис­те­му Шан Яна с кон­цеп­ция­ми Шэнь Дао и Шэнь Бу­хая, а так­же вве­дя в не­го не­ко­то­рые идеи кон­фу­ци­ан­ст­ва и дао­сиз­ма. Он раз­вил на­ме­чен­ную Сюнь-цзы связь по­ня­тий дао и «прин­цип» (ли).

Во­пло­щаю­щая дао бла­го­дать/доб­ро­де­тель (дэ) в че­ло­ве­ке ук­ре­п­ля­ет­ся без­дей­ст­ви­ем и от­сут­ст­ви­ем же­ла­ний, ибо чув­ст­вен­ные кон­так­ты с внеш­ни­ми объ­ек­та­ми рас­тра­чи­ва­ют «дух» (шэнь) и «се­мен­ную эс­сен­цию» (цзин). От­сю­да и в по­ли­ти­ке по­лез­но при­дер­жи­вать­ся спо­кой­ной скрыт­но­сти.

«Де­ла при­хо­дят к по­ло­жи­тель­но­му ре­зуль­та­ту бла­го­да­ря тай­не, а про­ек­ты/сло­ва ру­шат­ся вслед­ст­вие то­го, что об­на­ру­жи­ва­ют­ся» («Хань Фэй-цзы», гл. 12).

На­до пре­да­вать­ся сво­ей при­ро­де и сво­ему пре­до­пре­де­ле­нию (мин), а не «обу­чать лю­дей гу­ман­но­сти и дол­гу/спра­вед­ли­во­сти», ко­то­рые так же нель­зя пе­ре­дать дру­гим, как ум и дол­го­ле­тие.

Ещё в 4 в. до н. э. бла­го­да­ря Шан Яну Л. был вос­при­нят пра­ви­те­ля­ми гос-ва Цинь, а вслед за по­ко­ре­ни­ем им со­сед­них го­су­дарств в 221 до н. э. стал еди­ной офиц.

идео­ло­ги­ей пер­вой в Ки­тае цен­тра­ли­зо­ван­ной им­пе­рии, соз­да­тель ко­то­рой Цинь Шиху­ан­ди сде­лал сво­им канц­ле­ром уче­ни­ка Сюнь-цзы и со­уче­ни­ка Хань Фэя, ле­ги­ста Ли Сы. По­сле кру­ше­ния в 207 до н. э. им­пе­рии Цинь был дис­кре­ди­ти­ро­ван и Л. как та­ко­вой. Од­на­ко в на­ча­ле сле­дую­щей эпо­хи Хань, в кон.

3 – 1-й пол. 2 вв. до н. э., управ­ленч. идеи Л. вновь не­на­дол­го ак­туа­ли­зи­ро­ва­лись в за­вое­вав­шем по­пу­ляр­ность, в т. ч. при дво­ре, да­ос­ском те­че­нии Ху­ан-Лао, т. е.

Ху­ан-ди и Лао-цзы, ко­то­рое, по сви­де­тель­ст­ву Сы­ма Ця­ня, ос­но­вы­ва­лось на «уче­нии о фор­мах/на­ка­за­ни­ях и име­нах, за­ко­нах/об­раз­цах и ме­то­дах» Шэнь Бу­хая и Хань Фэя [в 1973 в мо­гиль­нике Ма­ван­дуй (близ г. Чан­ша пров. Ху­нань) бы­ли най­де­ны да­ти­руе­мые при­бли­зи­тель­но 168 до н. э.

на­пи­сан­ные на шёл­ке «Че­ты­ре ка­но­на Ху­ан-ди»]. Уже к сер. 2 в. до н. э. кон­фу­ци­ан­ст­во, до­бив­шее­ся офиц. при­ори­те­та, так­же ас­си­ми­ли­ро­ва­ло ряд прин­ци­пов Л. и в мо­раль­но об­ла­го­ро­жен­ном ви­де ста­ло ис­поль­зо­вать их вплоть до ут­ра­ты сво­его при­ви­ле­ги­ро­ван­но­го ста­ту­са в нач. 20 в.

В сред­ние ве­ка канц­лер-ре­фор­ма­тор и кон­фу­циа­нец Ван Ань­ши (11 в.) вклю­чил в свою со­ци­аль­но-по­ли­тич.

про­грам­му ле­ги­ст­ские по­ло­же­ния об опо­ре на за­ко­ны, в осо­бен­но­сти ка­ра­тель­ные («су­ро­вые на­ка­за­ния за ма­лые про­ступ­ки»), о по­ощ­ре­нии во­ин­ской доб­ле­сти, вза­им­ной от­вет­ст­вен­но­сти чи­нов­ни­ков и об от­ка­зе от аб­со­лют­но­го пре­воз­не­се­ния древ­но­сти над со­вре­мен­но­стью.

Ре­фор­ма­то­ры кон. 19 – нач. 20 вв. ус­мат­ри­ва­ли в Л. обос­но­ва­ние ог­ра­ни­че­ния за­ко­ном имп. все­вла­стия, ос­вя­щён­но­го офиц. кон­фу­ци­ан­ст­вом. По­сле па­де­ния им­пе­рии, в 1920–40-х гг.

, ле­ги­ст­скую апо­ло­ге­ти­ку го­су­дар­ст­вен­но­сти ста­ли про­па­ган­ди­ро­вать «эта­ти­сты», в ча­ст­но­сти их идео­лог Чэнь Цы­тянь (1893–1975).

Сход­ных взгля­дов при­дер­жи­ва­лись и тео­ре­ти­ки Го­минь­да­на во гла­ве с Чан Кай­ши.

В КНР во вре­мя про­ве­де­ния кам­па­нии «кри­ти­ки Линь Бяо и Кон­фу­ция» (1973–1976) ле­ги­сты бы­ли офи­ци­аль­но объ­яв­ле­ны про­грес­сив­ны­ми ре­фор­ма­то­ра­ми, бо­ров­ши­ми­ся с кон­сер­ва­тив­ны­ми кон­фу­ци­ан­ца­ми за по­бе­ду на­ро­ж­дав­ше­го­ся фео­да­лиз­ма над от­жив­шим ра­бо­вла­де­ни­ем, и идей­ны­ми пред­ше­ст­вен­ни­ка­ми мао­из­ма.

Источник: https://bigenc.ru/philosophy/text/2136529

Легизм в Древнем Китае (школа законников)

Легизм

Цивилизация Древнего Китая зародилась 7-5 тысяч лет назад в бассейнах рек Янцзы и Хуанхе, на востоке Азиатского материкас и долгое время находилась в относительной изоляции от влияния других культур.

Эта цивилизация развивалась достаточно быстрыми темпами и достигла высочайшего уровня еще до начала 1 тысячелетия до н.э. Именно Китай подарил миру такие удивительные открытия, как порох, шелк, стенобитные орудия и компас

Всему миру известно учение выдающегося китайского философа Конфуция, ставшее государственной религией и идеологией, философией и этическим учением для многих поколений китайцев.

Но если о конфуцианстве или Дао – религиозном учении о вечном пути к совершенству, знают многие, то о легизме мало кто слышал. Сегодня мы расскажем об этом философском учении и его особенностях.

Национальные древние религии Китая

На заре цивилизации все религиозные учения тесно связаны с мифологией и стараются объяснить появление земли и человечества в целом.  Первые религиозные учения – это шаманизм, тотемизм и анимизм. То есть люди наделяли душой все живые существа, а также силы природы. Кроме того, они считали людей и животных братьями, связанными кровными узами.

Почитали души предков, которых считали защитниками и советчиками всех ныне живущих. Огромным уважением в обществе пользовались жрецы или шаманы, передающие волю богов и умеющие своими ритуальными действиями испросить у богов исполнения желаний.

Зарождение конфуцианства

В 6 веке до н.э. в Китае жил великий Конфуций, о котором и сегодня мы вспоминаем с огромным уважением. Его учение нельзя считать религией в том смысле, как мы привыкли ее понимать, но тем не менее это философское этическое учение, способное гармонизировать отношения в обществе между людьми и между правителем и его подданными.

Конфуций считал, что мудрый правитель ведет себя словно снисходительный отец по отношению к своим подданным, а они в свою очередь подчиняются ему с уважением и любовью.

Главными этическими ценностями он считал снисходительность и уважение друг к другу, на основе этих понятий мы должны строить свои взаимоотношения и тогда в обществе воцарится гармония и порядок. Добродетель в понимании Конфуция – это человеколюбие, уважение к родителям и старшим, а также сановникам, чувства долга и исполнение ритуалов.

Спустя 300 лет после смерти великого ученого конфуцианство стало государственной религией и перешагнуло далеко за пределы границ Поднебесной империи.

Дао  — вечный путь

Основателем учения даосизм считается легендарный Лао-Цзы, учитель Конфуция, проживающий в Китае  в 6 веке до н.э.

Понятие дао – это вечный путь в поиске совершенства, независимый от воли Неба и Верховный владык. Дао не имеет ни начала, ни конца, так и наша жизнь находится в вечном движении. Вечный путь – это вселенская справедливость и гармония, символ добра и счастья. По отношению к дао нет ни богатых, ни бедных, ни знатных, ни простых людей, все равны и все находятся в одинаковом положении.

Любой человек только движется по правильному пути, но сам ничего не меняет в своей жизни. Один из главных принципов даосизма – это принцип отсутствия активности и практической деятельности.

Все, что создается человеком как материальное, так и духовное- все противоестественно и противоречит законам вечного пути.

Что такое легизм?

Легизм – одно из шести направлений философских школ Древнего Китая, иначе его называли «школа законников». Теоретическое обоснование  этому учению дал Шан Ян, бывший правителем области Шан в 4 веке до н.э.

Основным вопросом школы легистов был вопрос правильного управления государством. Философы считали, что политика и мораль – вещи несовместимые, в идеальном государстве должно быть два направления деятельности – поощрение и наказание своих граждан.

Господствующей идеей школы этого направление было полное равенство всех людей и перед законом, и перед властью, и перед Богами. Поэтому они считали, что титулы и чины следует давать не по праву рождения, а по способностям и заслугам. Человек низкого происхождения мог стать первым министром мандарина, и, наоборот, глупый вельможа должен лишиться всех званий.

Главный тезис легизма — полное подчинение существующему закону. Единственное исключение из этого правила – верховный правитель, которому подчиняется все сущее. Единственно верное наказание для инакомыслящих – смертная казнь.

Идеи философской школы легизма

Поскольку все рождены равными перед законом и властью, и Богами, то заслуживает награды в первую очередь, тот, кто доказал свою преданность Родине и обществу.

Можно добиться большого успеха в политической деятельности, если заниматься образованием и точным расчетом.

В своей деятельности нужно умело соединять опыт древних правителей и современные требования.

Поскольку политика и экономика тесно связаны, то умный министр должен изучать экономическое положение всех, без исключения, слоев населения, а потом на основе полученных данных проводить политические реформы.

Вся полнота власти сосредоточена в руках верховного правителя, наместники лишь подчиняются ему и не имеют полномочий для самостоятельного управления.  «Мудрый правитель не чинит смуту, а наводит порядок при помощи закона и сильной власти».

Для обеспечения представительства богатых и знатных представителей в чиновничьей среде следует продавать некоторые должности.

и единственная задача каждого чиновника – полное подчинение верховной власти.

Для всей Поднебесной империи следует установить единые и незыблемые законы по уголовному и административному праву.

Идеальное государство охраняет свои законы при помощи силовых структур.

Каждый проступок должен быть наказан, причем главное наказание – смертная казнь. Любое инакомыслие также карается смертной казнью.

задача реальной власти – объединение Китая под эгидой сильной власти и расширение территории за счет захватнических войн.

Более поздние философы – теоретики легизма отказались от некоторых крайних теорий и сблизили легизм с существующими до него философскими учениями конфуцианством и даосизмом.

Теоретики легизма

Шынь Бухай – стоял у истоков появления легизма, его идеи приближены к теории Конфуция. Он вывел свою теорию правильного управления огромным государством и взаимоотношений власти и подданных.

Гуань Чжуан – сторонник тотального контроля со стороны власти над всеми областями жизни общества, но при этом сторонник целенаправленной государственной помощи беднейшим слоям населения.

Шинь Ян – правитель провинции Шан, сторонник милитаризма и сумевший создать сильную армию, наводящую ужас на окрестные страны. Упорно поддерживал ремесленников и старался поднять сельское хозяйство.

При этом умело пополнял казну государства из имущества богатых купцов, превращенных в рабов и лишенных имущества. Отстранял от управления государством аристократию, не занимающую никаких военных постов в действующей армии.

Вэо Лао-Цзы – сторонник гуманности и милосердия в делах управления государством, поддерживал конфуцианство и старался довести до широких масс населения учение философа. Но при этом хотел превращения страны в военную базу и предлагал запретить все ремесла, не имеющие отношения к военному делу.

Принц Фань Хэй – сторонник даосизма, считал, что необходимо просто идти по течению, не пытаясь изменить ход сущего. Идеальное государство не вмешивается в дела своих граждан, а граждане не стараются изменить ход истории и вмешаться в политику государства.

Уже в 3 веке до н.э. легизм настолько слился с существующими ранее морально-этическими учениями, что прекратил свое самостоятельное существование.

Последствия следованию учению легизма

Признание школы законников и введение ее в систему управления позволило Китаю заметно укрепить свой авторитет в системе международных взаимоотношений и начать расширять свои территории.

При этом усилилась эксплуатация простого народа, крайняя деспотичность власти привела к закабалению крестьян и усилению репрессий, последовали массовые казни.

Из-за того, что в обществе утвердился страх и подозрительность, поздние легисты попытались отказаться от тотального контроля, а в учение внедрить морально-этические принципы конфуцианства: милосердие, человеколюбие и снисходительность друг к другу.

Постепенно легизм как философское учение сошел на нет, и уже в 1 веке до н.э.ему на смену пришло конфуцианство. И моизм, и даосизм почувствовали на себе сильное влияние буддизма и в результате утратили влияние на формирование общественной мысли.

Источник: https://MyChinaExpert.ru/legizm/

Легизм

Легизм

В конце правления Чжоуской династии появляется школа так называемых легистов (законников).  Легисты,  главными представителями которых были Цзы-чан (VI в. до н. э.), Шан Ян (390 – 338 гг. до н. э.

) и Хань Фэйцзы (ок.  280 – 233 гг. до н. э.), решительно выступали против пережитков  родовых  отношений  и главного их носителя – наследственной аристократии.

Поэтому легисты не менее резко, чем моисты, критиковали конфуцианство.

Легисты отвергали методы управления, основанные на ритуале и родовых традициях, они высмеивали конфуцианские этические нормы и  выспренние  рассуждения  о  человеколюбии, долге,  справедливости, братской любви, называя их “игрой в слова” и сравнивая с детской игрой “приготовления  изящных  яств  из песка”. Патриархом легистов считается Шэнь Бухай (400—337 до н. э.); его теория государственного управления использовалась в эпоху династии Хань и включена в содержание конфуцианства.

О радикальных взглядах и новшествах, которые легисты внесли в жизнь государства и общества одновременно с острой критикой конфуцианства как своего главного противника, свидетельствует «Книга господина из Шан» (Шан цзюнь шу, III в. до н.э.), приписываемая Шан Яну.

«Кто разумен — создает законы, кто глуп — законами ограничен. Кто способен — изменяет порядок, кто неспособен — тот порядком связан.

С человеком, который связан порядком, не стоит говорить о делах, а с человеком, который ограничен законами, не стоит говорить об изменениях».

Хань Фэй-цзы (ум. в 233 г. до н э.) — наиболее выдающийся представитель легизма. Ученик конфуцианца Сюнь-цзы. Его идеи применял на практике император Цинь Ши-хуан.

Хань Фэй часто использует понятия, выработанные другими школами, по-своему их интерпретирует и наполняет новым содержанием. Это касается, в частности, традиционных конфуцианских категорий порядок (ли), добродетель (дэ) и человечность (жэнь).

Много времени он посвящает интерпретации «Дао дэ цзин». В онтологическом аспекте Хань Фэй стремится соединить разные понятия этих школ в новую систему.

«Путь (дао) это то, что делает вещи такими, как они есть, это то, что образует порядок (ли). Порядок — это то, что образует лицо вещей… Вещи не могут наполняться однажды, и в этом проявляются инь и ян». Порядок в обществе — это лишь чисто внешнее сокрытие недостатков.

Необходимо заново отрегулировать отношения между людьми, и в частности между правителем и обществом.

Так, правитель только издает законы (фа) и указы (мин), в глубь же интересов общества не проникает (у вэй), ибо в рамках этих законов выработана лишь система наград и наказаний.

В противовес конфуцианскому учению об управлении,  основанному на принципах жэнь и ли, легисты выдвинули теорию государственного правления в соответствии и на основе законов (фа).  Главную роль они отводили единым,  обязательным для всех законам и абсолютной,  ничем не ограниченной, власти правителя.

Хань Фэй-цзы, например, считал, что отсутствие твердо установленных законов в стране приводит к тому,  что подданные обращают внимание лишь на личное обогащение,  на удовлетворение своих корыстных  интересов, подрывая, тем самым, “основу государства”. “…Спокойствие для народа и порядок в стране возможны лишь в том случае,  если будет устранена  корыстность,  будут проводиться в жизнь государственные законы”, – говорил он.

Хань Фэй-цзы требовал,  чтобы законы были  обязательны для всех, и не признавал привилегий отдельных групп людей. “Подобно шнуру, который не дает кривой линии при вытягивании, законы не отдают предпочтения знатным…  Наказание за преступление должно распространяться и на сановников,  а вознаграждение за заслуги  не  должно обходить простого человека”.

Хань Фэй-цзы указывал на две стороны закона –  вознаграждение  и наказание,  при  помощи  которых  правитель  подчиняет себе подданных. “Подданные, – говорил он, – боятся наказания и любят вознаграждение, поэтому  правитель  проводит эти меры для того,  чтобы они боялись его власти и служили его интересам”. Хань Фэй-цзы предлагал меньше поощрять и строже проводить наказания.

Он считал, что поощрения или награждения человек должен заслужить своим трудом и подвигами,  а строгие наказания нужны для того,  чтобы люди боялись закона и не осмеливались  совершать  преступления.  Таким образом,  резюмирует Хань Фэй-цзы,  “наказания упраздняются наказаниями”,  исчезают преступники и в стране воцаряется спокойствие.

Легисты считали,  что если будут хорошие законы,  то и самый заурядный человек может быть мудрым правителем.

“Государство – колесница правителя, положение – его лошадь; если он управляет страной, не применяя искусства управления,  – говорил Хань Фэй-цзы,  – то,  хотя он будет и сам неустанно трудиться,  ему не избежать беспорядка.

  Если он управляет,  применяя искусство управления,  то,  хотя он и будет  жить праздно, все же станет мудрым правителем…”.

Законодательство, продуманная система наград и наказаний, система круговой  поруки и всеобщей слежки – вот что должно было обеспечивать единство государства и прочность власти правителя.  Эта идеология сыграла  большую  роль в создании единого,  централизованного государства Цинь.

Легисты разделяли с моистами идею о выдвижении талантливых людей вне зависимости от ранга, знатности и родственных отношений с правителем.

  Теоретически легисты,  как и моисты, выступали за равные возможности для возвышения в стране каждого человека.

Идея Мо-цзы: “Если человек имеет способности,  то его нужно выдвигать, хотя бы он был простым земледельцем или ремесленником”, – полностью разделялась  как Шан Яном, так и Хань Фэй-цзы.

Особое значение легисты уделяли хозяйственной  функции  государства,  его регулирующей роли в экономике,  в поддержании цен на рынке и т.  д. Главной задачей верховной власти они считали заботу о поддержании  земледелия и создании сильной армии.

  “Благосостояние страны – в земледелии”, – говорил Хань Фэй-цзы.

Для крепления власти правителя легисты предлагали (и  это было осуществлено и проводилось в жизнь в течение многих веков почти всеми китайскими династиями)  ввести  государственную  монополию  на разработку естественных богатств и передачу доходов в государственную казну.

Хань Фэй-цзы и представители школы легистов исходили из того, что природа человека зла.

Но они полагали, что изначальное звериное, заложенное в человеке, не может быть изменено воспитанием, проявление злой природы человека может быть лишь предотвращено строгими законами,  системой наказаний и поощрений.

Свои взгляды о злой природе человека легисты пытались даже обосновать ссылками на то,  что человек вышел из животного мира.

Человек стремится к личному успеху, и это следует использовать в общественных отношениях. Подданный продает свои способности, чтобы взамен получить нечто полезное и выгодное. Законы служат для регуляции этих отношений. «Если изменяются законы (фа) и указы (мин), то изменяются выгода и невыгода.

Меняются выгода и невыгода, меняется и направление деятельности людей. Значит, не просто порядок, но законы правителя «создают» людей. Место правителя определено божественными небесами. Свое понимание закона Хань Фэй противопоставляет аналогичным понятиям других школ, интерпретируя их по-своему.

Подобным образом дается объяснение сути развития общества. Нельзя повторять прошлое. Новой исторической действительности должны соответствовать новые способы управления. Оглядки на порядок в конфуцианском смысле бесполезны и находятся в противоречии с характером новых законов.

Хань Фэй выступил против других школ, воспевающих прошлое и отвергающих современность. Император Цинь Ши-хуан, виднейший из правителей династии Цинь, очень уважал Хань Фэя и поэтому под страхом смерти запретил деятельность других школ и учений. Их книги сжигались.

Сам Хань Фэй в условиях этой связанной с его именем атмосферы насилия и жестокости кончил жизнь самоубийством.

Источник: http://www.openreality.ru/school/philosophy/chinese/ancient/legalism/

ЛЕГИЗМ

Легизм

ЛЕГИЗМ, «Школа закона», представляет собой сформировавшееся в 4–3 вв. до н.э. теоретическое обоснование тоталитарно-деспотического управления государством и обществом, которое первым в китайской теории добилось статуса единой официальной идеологии в первой централизованной империи Цинь (221–207 до н.э.).

Легистское учение выражено в аутентичных трактатах 4–3 вв. до н.э.

Гуань-цзы ([Трактат] Учителя Гуань [Чжуна]), Шан цзюнь шу (Книга правителя [области] Шан [Гунсунь Яна]), Шэнь-цзы ([Трактат] Учителя Шэнь [Бухая]), Хань Фэй-цзы ([Трактат] Учителя Хань Фэя), а также менее значимых из-за сомнений в аутентичности и содержательной недифференцированности относительно «школы имен» и даосизма Дэн Си-цзы ([Трактат] Учителя Дэн Си) и Шэнь-цзы ([Трактат] учителя Шэнь [Дао]). См. также ГУАНЬ-ЦЗЫ.

В латентный период 7–5 вв. до н.э. протолегистские принципы вырабатывались на практике. Гуань Чжун (? – 645 до н.э.

), советник правителя царства Ци, по-видимому, первым в истории Китая выдвинул концепцию управления страной на основе «закона» (фа), определенного им как «отец и мать народа» (Гуань-цзы, гл. 16), что ранее применялось только в качестве определения государя.

Закон Гуань Чжун противопоставил не только правителю, над которым он должен возвышаться и которого должен ограничивать, дабы защищать от его необузданности народ, но также мудрости и знаниям, которые отвлекают людей от их обязанностей.

Чтобы противодействовать порочным тенденциям Гуань Чжун, также, по-видимому, первый, предложил использовать наказание как главный метод управления: «когда боятся наказаний, управлять легко» (Гуань-цзы, гл. 48).

Эту линию продолжил Цзы Чань (ок. 580 – ок. 522 до н.э.), первый советник правителя царства Чжэн, согласно Цзо чжуани (Чжао-гун, 18 г., 6 г.

), считавший, что «путь (дао) Неба далек, а путь человека близок и до него не доходит». Он нарушил традицию «суда по совести» и впервые в Китае в 536 до н.э.

кодифицировал уголовные законы, отлив в металле (видимо, на сосудах-триподах) «уложение о наказаниях» (син шу).

Его современник и также сановник царства Чжэн, Дэн Си (ок. 545 – ок. 501 до н.э.) развил и демократизировал данное начинание, опубликовав «бамбуковое [уложение о] наказаниях» (чжу син).

Согласно Дэн Си-цзы, он излагал учение о государственной власти как единоначальном осуществлении правителем посредством «законов» (фа) правильного соответствия между «именами» (мин2) и «реалиями» (ши).

Правитель должен овладеть особой «техникой» (шу2) управления, которая предполагает способность «видеть глазами Поднебесной», «слушать ушами Поднебесной», «рассуждать разумом Поднебесной».

Подобно Небу (тянь), он не может быть «великодушен» (хоу) к людям: Небо допускает стихийные бедствия, правитель не обходится без применения наказаний. Ему надлежит быть «безмятежным» (цзи4) и «замкнутым в себе» («сокрытым» – цан), но одновременно «величественно-властным» (вэй2) и «просветленным» (мин3) относительно законосообразного соответствия «имен» и «реалий».

В период с 4 по первую половину 3 в. до н.э.

на основе отдельных идей, сформулированных предшественниками, практиками государственного управления, и под влиянием некоторых положений даосизма, моизма и «школы имен» произошло формирование легизма в целостное самостоятельное учение, ставшее в самую резкую оппозицию конфуцианству. Гуманизму, народолюбию, пацифизму и этико-ритуальному традиционализму последнего легизм противопоставил деспотизм, почитание власти, милитаризм и законническое новаторство. Из даосизма легисты почерпнули представление о мировом процессе как естественном Пути-дао, в котором природа значимее культуры, из моизма – утилитаристский подход к человеческим ценностям, принцип равных возможностей и обожествление власти, а из «школы имен» – стремление к правильному балансу «имен» и «реалий».

Эти общие установки были конкретизированы в творчестве классиков легизма Шэнь Дао (ок. 395 – ок. 315 до н.э.), Шэнь Бухая (ок. 385 – ок. 337 до н.э.), Шан (Гунсунь) Яна (390–338 до н.э.) и Хань Фэя (ок. 280 – ок. 233 до н.э.).

Шэнь Дао, первоначально близкий к даосизму, впоследствии стал проповедовать «почтение к закону» (шан фа) и «уважение к властной силе» (чжун ши), поскольку «народ объединяется правителем, а дела решаются законом».

С именем Шэнь Дао связывается выдвижение на первый план категории «ши» («властная сила»), совмещающей в себе понятия «власть» и «сила» и дающей содержательное наполнение формальному «закону».

Согласно Шэнь Дао, «недостаточно быть достойным, чтобы подчинять народ, но достаточно обладать властной силой, чтобы подчинять достойного».

Другую важнейшую легистскую категорию «шу» – «техника/искусство [управления]», которая определяет взаимосвязь «закона/образца» и «власти/силы», разработал первый советник правителя царства Хань, Шэнь Бухай.

Следуя по стопам Дэн Си, он привнес в легизм идеи не только даосизма, но и «школы имен», отразившиеся в его учении о «наказаниях/формах и именах» (син мин), согласно которому «реалии должны соответствовать именам» (сюнь мин цзэ ши).

Сосредоточившись на проблемах управленческого аппарата, Шэнь Дао призывал «возвышать государя и принижать чиновников» таким образом, чтобы на них ложились все исполнительские обязанности, а он, демонстрируя Поднебесной «недеяние» (у вэй), скрытно осуществлял контроль и властные полномочия.

Своего апогея легистская идеология достигла в теории и практике правителя области Шан в царстве Цинь, Гунсунь Яна, который считается автором шедевра макиавеллизма Шан цзюнь шу.

Восприняв моистскую идею машинообразного устройства государства, Шан Ян, однако, пришел к противоположному выводу о том, что оно должно побеждать и, как советовал Лао-цзы, оглуплять народ, а не приносить ему пользу, ибо: «Когда народ глуп, им легко управлять. И все это благодаря закону» (гл. 26).

Сами же законы отнюдь не богодухновенны и подлежат переменам, поскольку «умный творит законы, а глупый подчиняется им, достойный изменяет правила благопристойности, а никчемный обуздывается ими» (гл. 1).

«Когда народ сильнее своих властей, государство слабо; когда власти сильнее своего народа, армия могущественна. […] Когда проступки скрываются – народ победил закон; когда же преступления строго наказуются – закон победил народ.

Когда народ побеждает закон, в стране воцаряется смута; когда закон побеждает народ, усиливается армия» (гл. 5). Поэтому власти следует быть сильнее своего народа и заботиться о могуществе армии. Народ же надо побуждать заниматься двуединым важнейшим делом – земледелием и войной, избавляя его тем самым от неисчислимых желаний.

Управление людьми должно строиться на понимании их порочной, корыстной природы. «Коли [управлять] людьми как добрыми (шань), они будут любить своих близких; если же [управлять] людьми как порочными, они полюбят эти порядки. Сплоченность [людей] и взаимная слежка [проистекают оттого, что ими] управляют словно порочными.

Там, где [к людям относятся] как к добродетельным (шань), проступки скрываются; там же, где [к людям относятся] как к порочным, преступления жестоко караются» (гл.5). «Люди по своей сути стремятся к порядку, однако действия их порождают беспорядок.

Поэтому там, где людей сурово карают за мелкие проступки, проступки исчезают, а тяжким [преступлениям] просто неоткуда взяться».

«Наказание рождает силу, сила рождает могущество, могущество рождает величие, величие (вэй2) рождает благодать/добродетель (дэ). Итак, добродетель ведет свое происхождение от наказания» (гл. 5), поэтому «в образцово управляемом государстве много наказаний и мало наград» (гл. 7).

«Красноречие и острый ум способствуют беспорядкам; ритуал и музыка способствуют распущенности нравов; доброта и гуманность – мать проступков; назначение и выдвижение на должности [добродетельных людей] – источник порока» (гл. 1).

Важнейшим средством борьбы с этими «ядовитыми» явлениями «культуры» (вэнь) признается война, неизбежно предполагающая железную дисциплину и всеобщую унификацию.

Хань Фэй завершил формирование легизма, синтезировав систему Шан Яна с концепциями Шэнь Дао и Шэнь Бухая, а также введя в него некоторые общетеоретические положения конфуцианства и даосизма.

Он развил намеченную Сюнь-цзы и важнейшую для последующих философских систем (особенно неоконфуцианства) связь понятий «дао» и «принцип» (ли1): «Дао есть то, что делает тьму вещей таковой, что определяет тьму принципов. Принципы суть формирующие вещи знаки (вэнь). Дао – то, благодаря чему формируется тьма вещей».

Вслед за даосами Хань Фэй признавал за дао не только универсальную формирующую (чэн2), но и универсальную порождающе-оживотворяющую (шэн2) функцию. В отличие от Сун Цзяня и Инь Вэня он считал, что дао может быть представлено в «символической» (сян1) «форме» (син2).

Воплощающая дао благодать (дэ) в человеке укрепляется бездействием и отсутствием желаний, ибо чувственные контакты с внешними объектами растрачивают «дух» (шэнь) и «семенную эссенцию» (цзин3). «Прекрасный запах, тонкий вкус, крепкое вино, жирное мясо, приятные для рта, грозят болезнью.

Прелестный вид и улыбка, белые зубы, радуя чувства, вредят семенной эссенции. Поэтому и удаляют чрезмерность и излишество, и телу тогда нет вреда» (гл. 8). «Если дух совершенно не растрачивается под влиянием внешних объектов, достигается сохранение личности. Такая полнота называется приобретением, т.е.

приобретение есть приобретение личности. Всякая благодать (дэ) накопляется благодаря бездействию, выполняется в силу отсутствия желаний, достигает покойного состояния за отсутствием помыслов, крепнет при отсутствии применения; если же действовать и желать, то для благодати нет места» (гл. 20).

Отсюда следует, что и в политике полезно придерживаться спокойной скрытности. «Дела приходят к положительному результату благодаря тайне, и проекты-слова рушатся вследствие того, что они обнаруживаются» (гл. 12).

Надо предаваться своей природе и своему предопределению, а не «обучать людей гуманности и должной справедливости», которые так же непередаваемы, как ум и долголетие: «Сейчас есть такие, которые говорят людям: “Непременно смогу сделать тебя умным и долголетним”.

Но весь мир считает это чепухой: ведь ум [дается] природой, а долголетие [дается] предопределением (мин). Природа и судьба – это то, чего люди не могут постичь. А прельщать людей тем, что они сделать не в силах, весь мир называет [это] чепухой. […

] Ум народа так же не может быть использован, как и сердце ребенка» (гл. 50).

Следующий чрезвычайно краткий исторический период развития легизма стал для него исторически самым значительным. Еще в 4 в. до н.э.

он был взят на вооружение в государстве Цинь, а вслед за покорением циньцами соседних государств и возникновением первой централизованной империи в Китае обрел статус первой всекитайской официальной идеологии, опередив таким образом имевшее на это большие права конфуцианство. Однако незаконное торжество длилось недолго.

Просуществовавшая всего полтора десятилетия, но оставившая о себе на века недобрую память, пораженная утопической гигантоманией, жестоким сервилизмом и рационализированным мракобесием, империя Цинь в конце 3 в. до н.э. рухнула, похоронив под своими обломками и грозную славу легизма.

Конфуцианство же к середине 2 в. до н.э. добилось реванша на официально-ортодоксальном поприще, учтя прежний опыт посредством умелой ассимиляции ряда прагматически эффективных принципов легистского учения об обществе и государстве. Морально облагороженные конфуцианством, эти принципы находили реализацию в официальной теории и практике Срединной империи вплоть до начала 20 в.

Даже вопреки стойкой конфуцианской идиосинкразии на легизм в Средние века крупный государственный деятель, канцлер-реформатор и философ-конфуцианец Ван Аньши (1021–1086) включил в свою социально-политическую программу легистские положения об опоре на законы, в особенности карательные («суровые наказания за малые проступки»), о поощрении воинской доблести (у2), о взаимной ответственности чиновников, об отказе от признания абсолютного приоритета «древности» (гу) над современностью.

В конце 19 – начале 20 в. легизм привлек к себе внимание реформаторов, усматривавших в нем теоретическое обоснование ограничения законом императорского всевластия, освященного официальным конфуцианством.

После падения империи, в 1920–1940-е годы легистскую апологетику государственности стали пропагандировать «этатисты» (гоцзячжуи пай) и, в частности, их идеолог Чэнь Цытянь (1893–1975), ратовавший за создание «неолегизма». Сходных взглядов придерживались и теоретики гоминьдана во главе с Чан Кайши (1887–1975), заявлявшие о легистском характере государственного планирования экономики и политики «народного благоденствия».

В КНР во время проведения кампании «критики Линь Бяо и Конфуция» (1973–1976) легисты были официально объявлены прогрессивными реформаторами, боровшимися с консервативными конфуцианцами за победу нарождавшегося феодализма над отжившим рабовладением, и идейными предшественниками маоизма.

См. также КИТАЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ.

Источник: https://www.krugosvet.ru/enc/ekonomika-i-pravo/legizm

Легизм – это что такое?

Легизм

Многие историки полагают, что первая государственная идеологи Китая – это конфуцианство. Между тем перед этим учением возник легизм. Рассмотрим далее подробно, что собой представлял легизм в Древнем Китае.

Общие сведения

Легизм, или, как его называли китайцы, школа фа-цзя, основывался на законах, поэтому его представителей именовали “законниками”.

Мо-цзы и Конфуций не смогли найти правителя, через действия которого воплощались бы их идеи. Что касается легизма, то его основоположником считается Шан Ян.

При этом он признается не только и не столько мыслителем, сколько реформатором, государственным деятелем. Шан Ян активным образом содействовал созданию и укреплению в середине 4 в. до н. э.

в царстве Цинь такого государственного строя, при котором спустя более 100 лет правитель Цинь Ши хуанди смог объединить страну.

Легизм и конфуцианство

Еще недавно исследователи игнорировали существование легизма.

Однако, как показали работы нескольких последних десятилетий, в том числе переводы классиков, школа законников стала главным конкурентом конфуцианства.

Более того, легистское влияние не только не уступало по своей силе конфуцианству, а в существенной степени определяло характерные черты мышления чиновников и всего государственного аппарата Китая.

Как пишет Вандермеш, в течение всего времени существования Древнего Китая любое сколько-нибудь значимое государственное мероприятие находилось под влиянием легизма. Эта идеология, однако, в отличие от учений Мо-цзы и Конфуция, не имела признанного основателя.

Особенности возникновения

Первая китайская библиография, включенная в “Историю Ранней династии Хань”, содержит сведения о том, что учение легизма было создано чиновниками. Они настаивали на введении неукоснительных наказаний и определенных наград.

Как правило, наряду с Яном в число основателей идеологии включают Шэнь Дао (философа 4-3 вв. до н. э.) и Шэнь Бу-хая (мыслителя, государственного деятеля 4 в. до н. э.). Крупнейшим теоретиком учения и завершителем доктрины признается Хань Фэй. Ему приписывается создание обширного трактата “Хань Фэй-цзы”.

Между тем исследования показывают, что непосредственным основоположником являлся Шан Ян. Работы Шэнь Бу-хая и Шэнь Дао представлены только отдельными отрывками.

Есть, однако, несколько ученых, доказывающих, что Шэнь Бу-хай, создавший технику контроля работы и проверки способностей государственных чиновников, сыграл не меньшую роль в развитии легизма.

Этот тезис, однако, не имеет достаточных обоснований.

Если говорить о Фэе, то он пытался смешать несколько направлений. Мыслитель стремился соединить положения легизма и даосизма.

Под несколько смягченные легистские принципы он пытался подвести теоретическую базу даосизма, дополнив их некоторыми идеями, взятыми у Шэнь Бу-хая и Шэнь Дао. Однако основные тезисы он заимствовал у Шан Яна.

Некоторые главы работы “Шан-цзюнь-шу” он и вовсе переписал в “Хань Фэй-цзы” с незначительными сокращениями и изменениями.

Основатель идеологии Шан Ян начал свою деятельность в бурную эпоху. В 4 в. до н. э. китайские государства почти непрерывно воевали друг с другом. Естественно, слабые становились жертвами сильных. Крупные государства всегда находились под угрозой. В любой момент могли начаться мятежи, а они, в свою очередь, перерасти в войну.

Одной из могущественных была династия Цзинь. Однако начавшиеся междоусобные войны привели к распаду царства. В результате в 376 г. до н. э. территория была разделена на части между государствами Хань, Вэй и Чжао. Это событие оказало огромное влияние на китайских правителей: все восприняли его как предостережение.

Уже в эпоху Конфуция сын неба (верховный правитель) не имел реальной власти. Тем не менее гегемоны, стоявшие во главе других государств, старались сохранять видимость действий по его поручению. Они вели захватнические войны, провозглашая их карательными экспедициями, направленными на защиту прав верховного правителя и исправление нерадивых подданных. Однако вскоре ситуация изменилась.

После исчезновения видимости авторитета вана, этот титул, предполагавший господство над всеми китайскими государствами, присваивали себе по очереди все 7 правителей самостоятельных царств. Стала очевидной неизбежность борьбы между ними.

В Древнем Китае возможность равноправия государств не предполагалась. Каждый правитель стоял перед выбором: господствовать или подчиняться. В последнем случае правящая династия уничтожалась, а территория страны присоединялась к государству-победителю. Единственным способом избежать гибели была борьба за господство с соседями.

В такой войне, где все боролись против всех, уважение моральных норм, традиционной культуры только ослабляло позиции. Опасными для правящей власти были привилегии и наследственные права знати. Именно этот класс способствовал распаду Цзинь.

Ключевой задачей правителя, заинтересованного в боеспособной, сильной армии, являлась концентрация всех ресурсов в своих руках, централизация страны. Для этого необходима была реформа общества: преобразования должны были касаться всех сфер жизни, от экономики до культуры.

Именно так можно было добиться цели – получить господство над всем Китаем.

Эти задачи и были отражены в идеях легизма. Изначально они предполагались не как временные меры, реализация которых обусловлена чрезвычайными обстоятельствами. Легизм, кратко говоря, должен был обеспечить фундамент, на котором создалось бы новое общество. То есть фактически должно было произойти одномоментное перерождение государственной системы.

Ключевые тезисы философии легизма были изложены в труде “Шан-цзюн-шу”. Авторство приписывают основателю идеологии Яну.

Записки Сыма Цяня

В них приводится биография человека, основавшего легизм. Кратко описав его жизнь, автор дает понять, насколько беспринципным и жестким был этот человек.

Ян был из аристократической семьи, выходцем из маленького города-государства. Он попытался сделать карьеру при правящей династии Вэй, однако не смог. Умирая, главный министр государства рекомендовал правителю или убить Шан Яна, или использовать на службе. Однако тот не сделал ни первого, ни второго.

В 361 г. до н. э. правитель Цинь Сяо-гун взошел на престол и призвал всех способных жителей Китая к себе на службу для возвращения территории, когда-то принадлежавшей царству. Шан Ян добился приема у правителя.

Поняв, что разговоры о превосходстве прежних мудрых царей повергают его в сон, он изложил конкретную стратегию. План заключался в том, чтобы с помощью масштабных реформ добиться укрепления и усиления государства.

Один из придворных возразил Яну, сказав, что при государственном управлении нельзя пренебрегать нравами, традициями, обычаями народа. На это Шан Ян ответил, что так мыслить могут только люди с улицы.

Обычный человек придерживается прежних привычек, а ученый занимается исследованием древности. Оба они могут быть только чиновниками и исполнять имеющиеся законы, а не обсуждать вопросы, которые выходят за рамки таких законов.

Умный человек, как говорил Ян, закон создает, а глупый – ему подчиняется.

Правитель оценил решительность, ум и бесцеремонность посетителя. Сяо-гун предоставил Яну полную свободу в действиях. Вскоре в государстве были приняты новые законы. Этот момент можно считать началом реализации тезисов легизма в Древнем Китае.

Суть реформ

Легизм – это в первую очередь строгое следование законам. В соответствии с ним, все жители государства были разделены на группы, включавшие 5 и 10 семей. Все они были связаны круговой порукой.

Кто не донес на преступника, тот подвергался жестокому наказанию: его рубили надвое. Доносчика награждали так же, как и воина, обезглавившего врага.

Человека, скрывавшего преступника, наказывали так же, как и сдавшегося в плен.

Если в семье было больше 2-х мужчин, а раздел не производился, платили двойной налог. Человек, отличившийся в бою, получал чиновничье звание.

Люди, занимавшиеся частной борьбой и ссорами, наказывались в зависимости от тяжести деяния. Все жители, от мала до велика, должны были заниматься обработкой земли, ткачеством и другими делами.

Производители большого количества шелка и зерна освобождались от повинностей.

Спустя несколько лет реформы были дополнены новыми преобразованиями. Так начался второй этап развития легизма. Это проявлялось в первую очередь в подтверждении декрета, направленного на уничтожение патриархальной семьи. В соответствии с ним было запрещено проживание взрослых сыновей в одном доме с отцом. Кроме того, была унифицирована административная система, стандартизованы весы и меры.

Общая тенденция мероприятий состояла в централизации управления, усилении власти над народом, укрупнении ресурсов и концентрации их в одних руках – в руках правителя. Как говорится в “Исторических записках”, для исключения всякого обсуждения людей, даже хваливших законы, ссылали на удаленные пограничные территории.

Захват территорий

Развитие школы легизма обеспечило усиление Цинь. Это позволило начать войну против Вэй. Первый поход состоялся в 352 г. до н. э.

Шан Ян нанес Вэй поражение и отнял земли, примыкавшие к циньской границе с востока. Следующий поход был предпринят в 341 г. Его целью был выход к Хуанхэ и захват горных районов.

Этот поход был направлен на обеспечение стратегической безопасности Цинь от нападений с восточной стороны.

Когда циньская и вэйская армии сблизились, Ян направил принцу Ану (вэйскому командующему) письмо.

В нем он напоминал об их давней и долгой дружбе, указывал, что мысль о кровавой схватке ему невыносима, предлагал мирно разрешить конфликт. Принц поверил и приехал к Яну, но во время пиршества был схвачен циньскими солдатами.

Оставшись без командующего, вэйская армия потерпела поражение. В результате государство Вэй уступило свои территории к западу от р. Хуанхэ.

Гибель Шан Яна

В 338 г. до н. э. умер Сяо-гун. На престол вместо него вступил его сын Хуй-вэнь-цзюнь, который ненавидел Шан Яна. Когда последний узнал об аресте, он бежал и попытался остановиться в придорожном трактире. Но по закону человек, дающий ночлег неизвестному, должен быть строго наказан.

Соответственно, в трактир Яна владелец не пустил. Тогда он бежал в Вэй. Однако жители государства тоже ненавидели Яна за предательство принца. Они не приняли беглеца.

Тогда Ян попытался бежать в другую страну, но вэйцы сказали, что он является циньским мятежником и должен быть возвращен в Цинь.

Из жителей удела, предоставленного в кормление Сяо-гуном, он набрал небольшое войско и попытался напасть на царство Чжэн. Однако Яна настигли циньские войска. Он был убит, а вся его семья уничтожена.

Книги по легизму

В записках Сыма Цяня упоминаются сочинения “Земледелие и война”, “Открытие и загораживание”. Эти работы в качестве глав включены в “Шан-цзюнь-шу”. Кроме них, в трактате присутствуют и некоторые другие сочинения, относящиеся большей частью к 4-3 вв. до н. э.

В 1928 г. голландским китаеведом Дайвендаком был переведен труд “Шан-цзюнь-шу” на английский язык. По его мнению, маловероятно чтобы Ян, убитый непосредственно после ухода в отставку, вообще смог что-то написать. Этот вывод переводчик обосновывает результатами изучения текста. Между тем Переломов доказывает, что в древнейшей части трактата присутствуют записи именно Шан Яна.

Анализ текстов

В структуре “Шан-цзюнь-шу” обнаруживается влияние моизма. В работе делается попытка систематизации, в отличие от рукописей ранней конфуцианской и даосской школ.

Доминирующая мысль об устройстве государственной машины в определенной степени сама по себе требует разбиения текстового материала на тематические главы.

Методы убеждения, которые использовали легистский советник и моистский проповедник, очень схожи. Им обоим свойственно стремление убедить собеседника, в качестве которого выступал правитель. Эта характерная черта стилистически выражается в тавтологиях, назойливом повторении основного тезиса.

Ключевые направления теории

Вся концепция управления, предложенная Шан Яном, отражала враждебность к людям, крайне низкую оценку их качеств. Легизм – это пропаганда уверенности в том, что только путем применения насильственных мер, жестоких законов можно приучить население к порядку.

Еще одна особенность учения – наличие элементов исторического подхода к социальным явлениям. Частнособственнические интересы, которые пыталась удовлетворить новая аристократия, вступали в противоречие с архаичными устоями общинной жизни. Соответственно, идеологи апеллировали не к авторитету традиций, а к смене социальных условий.

Противопоставляя себя конфуцианцам, даосам, которые призывали восстановить прежний порядок, легисты доказывали бесперспективность, невозможность возврата к прежнему укладу. Они говорили, что приносить пользу можно, не подражая древности.

Надо сказать, что легисты не исследовали действительные исторические процессы. Их идеи отражали только лишь простое противопоставление современных условий прошлым.

Исторические взгляды последователей учения обеспечивали преодоление традиционалистских воззрений.

Они расшатывали существовавшие в народе религиозные предрассудки и, таким образом, готовили почву для формирования светской политической теоретической базы.

Основные идеи

Приверженцы легизма планировали провести масштабные политические и экономические реформы. В сфере управления они предполагали сосредоточить полноту власти в руках правителя, лишив наместников полномочий и превратив их в обычных чиновников. Они считали, что умный царь не будет потворствовать смуте, а возьмет власть, установит закон и с помощью него наведет порядок.

Планировалось также исключить наследственную передачу должностей. На административные посты рекомендовалось назначать тех, кто доказал преданность правителю в войске.

Для обеспечения представительства зажиточного класса в госаппарате предусматривалась продажа должностей. При этом деловые качества во внимание не принимались.

От людей необходимо было только одно – слепое повиновение правителю.

По мнению легистов, необходимо было ограничивать общинное самоуправление и подчинять семейные кланы местной администрации.

Они не отрицали общинное самоуправление, однако продвигали комплекс реформ, целью которых было установление непосредственного контроля госвласти над гражданами.

Среди основных мероприятий намечалось районирование страны, формирование чиновничьей службы на местах и пр. Реализация планов положила начало для территориального разделения жителей Китая.

Законы, по мнению легистов, должны быть едиными для всего государства. При этом применение законодательства вместо обычного права не предполагалось. Законом считалась репрессивная политика: уголовные наказания и административные распоряжения правителя.

Что касается взаимодействия власти и народа, то оно рассматривалась Шан Яном как противоборство сторон. В идеальном государстве правитель реализует свои полномочия с помощью силы. Он не связан ни с какими законами.

Соответственно, о гражданских правах, гарантиях речи не шло. Закон выступал как средство превентивного, устрашающего террора. Даже за самый незначительный проступок, по мнению Яна, нужно было наказывать смертью.

Карательную политику предполагалось дополнить мероприятиями, искореняющими инакомыслие и оглупляющими народ.

Последствия

Официальное признание доктрины, как выше говорилось, позволило государству укрепиться и начать завоевание территорий. Вместе с тем распространение легизма в Древнем Китае имело и крайне негативные последствия. Реализация реформ сопровождалась усилением эксплуатации народа, деспотизмом, культивированием животного страха в сознании подданных, всеобщей подозрительностью.

Принимая во внимание недовольство населения, последователи Яна отказались от самых одиозных положений учения. Они стали наполнять его моральным содержанием, сближая его с даосизмом или конфуцианством. Воззрения, отраженные в концепции, разделяли и развивали видные представители школы: Шэнь Бу-хай, Цзын Чань и др.

Хань Фэй выступал за дополнение действующих законов искусством государственного управления. По сути, это указывало на недостаточность одних только тяжких наказаний. Необходимы были и другие средства управления. Поэтому Фэй выступал и с частичной критикой основателя учения и некоторых его последователей.

Заключение

В 11-1 вв. до н. э. возникла новая философия. Концепция была дополнена идеями легизма и утвердилась в качестве официальной религии Китая. Новой философией стало конфуцианство.

Эта религия распространялась государственными служащими, “благовоспитанными или просвещенными людьми”.

Влияние конфуцианства на жизнь населения и систему госуправления оказалось настолько сильным, что некоторые его признаки проявляются и в жизни граждан современного Китая.

Школа моистов стала постепенно исчезать. В даосизм проникли идеи буддизма и местных верований. В результате он стал восприниматься как некая магия и постепенно утратил влияние на развитие государственной идеологии.

Источник: https://FB.ru/article/348003/legizm---eto-chto-takoe

Book for ucheba
Добавить комментарий