«Онтология» Ницше

«Онтология» Ницше

«Онтология» Ницше

Мыне случайно ставим в кавычки термин«онто­логия». Онтологии как учения омире «самом по се­бе», независимом отволи, сознания, самого бытия че­ловека,в философии Ницше нет. Даже предположе­ниео существовании такого «мира» есть«метафизика».

«Мир, взятый независимоот нашего условия, а именно, возможностив нем жить, который не сведен нами нанаше бытие, нашу логику и наши предрассудки,такой мир, как мир в себе, не существует»(53, 268).

Однако это не мешает Ницше говоритьо существовании неор­ганическогомира наряду с органическим: он пишет о«химическом» мире, о «мертвом» мире, о«настоящем» мире, противопоставляемом«миру философов», о вре­менности ислучайности бытия сознания во Вселеннойи т. д. и т. п.

Однако высказывания этибыли бы не­совместимы как раз в рамках«традиционной», по Ниц­ше, «метафизики»,«все» (опять-таки, как полагает Ницше)представители которой от Парменида иПла­тона через христианскую традициюдо Канта и его наследников развивали,пусть с вариациями, теорию «двух миров»:это, с одной стороны, «мир для нас», вкотором живем мы — мир конечных предметов,станов­ления, кажимости; но с другойстороны, в основе это­го «мира» естьнечто «само по себе», мир «подлинный»,настоящий. Вот эту-то философскую позициюНицше считает в корне порочной. «Настоящий»мир, в его по­нимании, вовсе не допускаетоппозиций материи и со­знания,истинности и кажимости — он есть «целост­ность», которую лучше всегобыло бы обозначить словом «жизнь». Но«лучше всего» не значит «адекватнопредмету», ибо, как мы отметили выше,в качестве «настоящего» Ницше упоминает и неорганический, «мертвый»мир. Дело в том, что жизнь для Ницше нетождественна органическим процессам;ее единствен­ный, в некотором смыслеобщий признак — «становле­ние».Поэтому, в частности, «ценность» мира— не в его «долговечности», как полагали«метафизики». На­против, это «ценностькратчайшего и самого мимолет­ного,обманчивой золотой обманки на брюхезмеи vita»(130, 16, 73). Не случайно самым почитаемымфилософом был для Ницше Гераклит с егопоэтиче­ским образом мира как «огня»,потока становления. Впрочем, у мираесть и другой «признак» — это «воля квласти», активное взаимодействие сил:«Так назы­ваемые законы природы естьформулы отношения сил» (130, 13, 82). «Вхимическом мире господствует ост­рейшеевосприятие различных сил» (130, 13, 227). Мирорганический есть лишь «специализация»;«лежащий в его основании неорганическиймир есть величайший синтез сил, и потомунечто высшее и заслуживающее большегоуважения» (130, 11, 228). «Мертвый мир:вечно движущийся и свободный отзаблуждения, сила против силы! А ввоспринимающем мире все фальшь и тьма»(130, 12, 229).

Здесь не случайнобросающееся в глаза переплете­ние«гносеологических» понятий с«онтологическими»: для Ницше нет и бытьне может даже относительно отделенныхдруг от друга онтологии и гносеологии(как, впрочем, и этики, и эстетики).

Проявлениями «воли к власти» какфундаментальной бытийной ха­рактеристикион считает и познание, и красоту, ире­лигию, и мораль.

Например, «действиенеорганическо­го друг на друга всегдаесть действие на расстоянии; следовательно,всякому действию необходимо предпо­сылается«познавание»: отдаленное должно бытьперцепировано» (130, 13, 230). Ну, разумеется!—еслидействие на расстоянии есть проявление«воли к вла­сти».

Правда, мимоходомНицше оговаривается, что мышление,ощущение, представление, восприятие науровне органического не отдифференцированы;но ес­ли они — аспекты «воли к власти»,то их общие при­знаки имеют место налюбом уровне. Более того, «здесь (т. е. внеорганическом мире.— А. 3.

) господ­ствуетистина» (130, 13, 228), коль скоро здесь«вос­приятие силы» совершеннооднозначное, т. е. точное. Как раз на этомосновании Ницше рассматриваетне­органическое как более совершенный,высокий уро­вень, чем органическое,не говоря уже о животном или человеческом:«То, где нет заблуждения, это царствостоит выше: неорганическое есть лишеннаяиндивиду­альности духовность» (130,13, 88).

Что же отличаеторганический мир? Что он собой представляет?

«Целое органическогомира есть сплетение существ с выдуманнымималенькими мирами, окружающими их… ихвнешним миром… Способность к творению(об­разованию форм, изобретению,выдумыванию) есть его основная способность»(130, 13, 80).

Мимоходом заметим,что органическое, по Ницше, вероятно,вечно: «Органическое не возникло» (130,13, 232). «…

Сильнейший органический принципимпониру­ет мне как раз той легкостью,с которой органические существа усваиваютнеорганический материал.

Я не знаю, какможно пытаться объяснить этуцелесообраз­ность просто посредствомроста степени. Я скорее скло­нендумать, что имеется вечное органическоесущест­во» (130, 13, 231).

Такая установкавполне согласуется с общим прин­ципомединства мира, как его понимает Ницше,мира, движущим началом которого выступает«воля к вла­сти»: здесь просто нетникакой необходимости объяс­нятьвозникновение качественных отличий,скажем, познающей материи, человеческогомозга, от непознающей — ведь и «духовность»,и «познание» трактуются как всеобщиесвойства. «Видимость целесообразности(бесконечно превосходящая всякоечеловеческое ис­кусство)—простоследствие той воли к власти, кото­раядействует во всем совершающемся, что иведет с собой порядок, делающий сильнее,который и выгля­дит похожим на проектцелесообразности; при этом являющиесяцели не должны игнорироваться, но, кольскоро большая сила побеждает меньшуюи последняя работает как функция первой,то должен образовать­ся порядокрангов, организация, обладающаявиди­мостью некоторого порядка средстви целей» (130, 16, 58).

Что касаетсянаправления происходящих в миреизменений, то здесь прежде всего стоитподчеркнуть, что Ницше не считаетпоявление человека, и вообще линиюэволюции, ведущую к человеку, прогрессом:«Напротив, можно доказать, что все,ведущее к нам, было упадком. Человек, икак раз самый мудрый,— высшее заблуждениеприроды и выражение ее само­противоречивости(самое страдающее существо): путь природы,приведший к настоящему,— падение.Орга­ническое как дезорганизация» (130, 12, 359).

Некоторой вариациейэтого же тезиса выступает парадоксальноев свете современной (и даже совре­меннойНицше!) науки заявление: «Тело есть болееудивительная вещь, чем архаическаядуша» (130, 16, 125), это — «большой разум» вотличие от «малого», который — толькоорудие тела (130, 6, 46).

Таким образом,«мир» в философии Ницше, при всей егоизменчивости и подвижности, строгоговоря, не развивается, несмотря на то,что в нем имеется «иерархия царств» ивозможны переходы от одного из них кдругому. «Ничто не развивается от низшегок высшему» (53, 311). Неким «суррогатом»развития и вместе с тем одним из важнейшихэлементов ницшеан­ской концепциимироздания является его идея «веч­ноговозвращения».

Суть этой идеи втом, что, согласно Ницше, существующийвечно мир в силу конечности пространства(130, 12, 54) и силы (130, 12, 57) должен бесконечноечисло раз проходить невообразимобольшое, но все же конечное число своихсостояний: «…

бесконечно новое становлениеневозможно, поскольку оно — противоре­чие,ибо предполагало бы бесконечно возрастающую силу; но откуда ей браться?!»(130, 12, 52). Здесь Ниц­ше пробует оперетьсяна науку, к которой в общем, как мы покажемв дальнейшем, он относится весьмапренебрежительно.

Но в связи с тезисомо вечном воз­вращении он пишет: «Тезисо сохранении энергии тре­бует вечноговозвращения» (130, 16, 388). Здесь сле­довалобы добавить — при условии замкнутостисисте­мы, но ведь условие это Ницшепросто постулируется.

На основаниипринятых им посылок Ницше делает выводо том, что существует «большой годстановле­ния» (130, 6, 321): «Все возвращается— Сириус и па­ук, и твои мысли в этотчас, и эта твоя мысль — все возвращается»(130, 12, 62); «…вечные песочные часы бытияснова и снова перевертываются» (130, 5,265). «Все идет, все возвращается; вечно катится колесо бытия.

Все умирает ивсе расцветает вновь; вечно бе­житгод бытия… В каждом моменте начинаетсябытие: в каждом «здесь» поворачиваетсяколесо «там». По­всюду средина. Круглоколесо вечности» (130, 6, 317).

Собственно,на этом можно было бы и закончитьизложение «онтологических» идей Ницше,подвергнув их критике с позицийсовременной науки (что было бы не оченьтрудно, ведь базовые тезисы этой онтологиибуквально «висят в пустоте»— положенияо конечности пространства в противоположностьбесконечности вре­мени, и о вечностиорганического «царства бытия», и о конечности силы во Вселенной…

) Номы не бу­дем делать этого, посколькувся эта «онтология», по сути своей, только «аксессуары» философствованияНицше, форма создания благоприятногофона для про­ведения провозглашаемыхим социально-политических и этическихпринципов (каковые, по мнению автора,приобретут большой вес, если предстануткак прояв­ления вселенских, универсальных,космических сил). Однако нельзя непризнать, что этико-политическийидеал Ницше, составляющий ядро егоконцепции, весь­ма органично «встроен»в его картину мира, и то, что можно былобы назвать «гносеологией» Ницше,пред­стает как своего рода мост от«онтологии» к «этике».

Источник: https://studfile.net/preview/2990610/page:9/

Жизнь как онтологическая категория в философии Фридриха Ницше

«Онтология» Ницше

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

По курсу «Метафизика и онтология»

На тему:

«Жизнь как онтологическая категория в философии Фридриха Ницше»

Студента II курса

Философского факультета

Группа ОФ – 21

Овчаренко Андрея

Харьков – 2009

fФридрих Ницше со своей философией занимает особое место в истории европейской философской мысли конца XIX века. По своему содержанию она носила, как теперь выражаются, «скандальный характер». Во-первых, она радикально разошлась с традициями немецкой классической философии, заложенными И. Кантом и Гегелем.

Во-вторых, она радикально меняет направленность развития философии, по крайней мере, европейской, ее устремленность к гуманистическим целям и нравственному совершенствованию человека.

В-третьих, она отрицает прогресс в развитии человеческой истории, идею которого так отстаивали выдающиеся мыслители-философы, особенно с Нового времени.

Философия Ницше отличается и необычностью изложения – в ней нет стремления к систематизации в виде строгих категорий и понятий. Она метафорична и образна, в ней нет «сухости»; ирония, сарказм и афористичность придают ей особую притягательность.

По необычности рассмотрения фундаментальных проблем бытия мира и человека она до сих привлекательна, поскольку претендует на освобождение от сложившихся философских штампов, как он сам неоднократно подчеркивал. По утверждению Ф.

Ницше, все предыдущие философы, начиная с Сократа и Платона, вся предшествующая философия, по крайней мере, европейская, «трудились напрасно».

Причину неудач он видит в том, что все философы строили свои здания, находясь под обольщением морали, … они обещали искать «правду», а на самом деле заботились только о том, чтобы построить «величественные нравственные здания».

Поскольку мораль порождает всегда время «химер», то от философов постоянно ускользали подлинные причины и пружины бытия мира, бытия общества и истории, бытия человека. Ф. Ницше объявляет свою философию новейшей философией, вскрывающей и обнажающей глубинные основания бытия мира.

Свои философские идеи он изложил в таких работах, как «Так говорил Заратустра», «По ту сторону добра и зла», «Утренняя заря», «Антихристианин» и других трудах. Мы не будем подробно излагать и пересказывать их содержание.

Заметим лишь, что он прибегает к иронии и сарказму с целью освободить свою философию от каких-либо идеологических штампов и придать ей черты значимости для всех времен. Свою философию он считал доступной «для совсем немногих. Возможно, ни одного из них еще нет на свете. Мой день – послезавтрашний», – замечал Ф. Ницше. Он не боится быть непонятным современниками: «Нужно сделаться равнодушным и не задаваться вопросом о том, есть ли польза от истины, не окажется ли она роковой для тебя… Нужно, как это свойственно сильному, отдавать предпочтение вопросам, которые в наши дни никто не осмеливается ставить; необходимо мужество вступать в область запретного». Под «запретным» он разумеет не только критику и разоблачение христианства, но и сложившиеся традиции в философии, особенно в немецкой философии XIX века.

Что же лежит в основании мира и что является движущей причиной изменения мира? Этим вопросам задавались философы и до Ницше, как мы видели из предыдущих лекций. Он считает, что до него были ошибочные ответы на этот вопрос. Ф.

Ницше выдвигает основополагающий постулат своей философии, который определил его взгляд и оценки различных сторон бытия мира, человеческой истории, общества. Таким основополагающим постулатом является утверждение Ф. Ницше о мировой воле как особой энергии, определяющей все стороны бытия.

Его позиция напоминает позицию Артура Шопенгауэра, которого он в определенной мере считал своим учителем. Но если А. Шопенгауэр делает пессимистические выводы из действия воли к жизни, которая всегда оборачивается для человека непреодолимым злом, то Ф. Ницше видит в действии мировой воли позитивные начала.

Мировая воля, чтобы стать позитивной, должна приобрести особый вид – «волю к власти, волю к господству, волю к подчинению». Воля к власти есть проявление мощи и силы, энергии воли. «Волю к власти» он рассматривает как основную форму воли, а саму жизнь как ее «разветвление», проявление в многообразии «воли к власти».

Воля к власти есть требование самой жизни. «Мир во взгляде изнутри, мир, определенный и обозначенный по своему интеллигибельному характеру», – он был бы «волей к власти», и более ничем», – утверждает Ф. Ницше в своем трактате «По ту сторону добра и зла». Воля к власти есть и суть бытия мира, и причина бытия мира.

Воля к власти не является персонализированной, ибо тогда неизбежен вывод о творении мира Богом. Такую точку зрения Ф. Ницше принять не может, поскольку это ведет к христианству, противником которого он себя считает.

В природе жизни, органическом мире наиболее полно и ярко проявляется «воля к власти». В ней проявляется дух Диониса, дух самой жизни. В концентрированном виде она предстает как «инстинкт воли к власти», инстинкт к превосходству и подчинению.

Инстинкт воли к власти пронизывает весь животный мир и по своей природе присущ человеку. Он нередко называет «инстинкт воли к власти», «аффектом командования», «аффектом превосходства» – над тем, кто обязан подчиняться.

Человек есть лишь высший носитель «воли к власти», ее силы и возрастающего могущества. И благодаря «инстинкту воли к власти» он вышел победителем в борьбе за выживание. Инстинкт воли к власти, по Ф. Ницше, пронизывает и эмоционально-чувственную, и интеллектуальную сферу человека, сферу мышления.

В человеке это чувство воли к власти постоянно возрастает, достигает высшего могущества. Само требование жизни, «воли к власти» есть закон жизни, которому подчиняется и человек – «больше силы, больше власти». В реальной жизни выживает сильнейший, бесстрашно ведущий войну за свое выживание.

В этом, по убеждению Ф. Ницше, и состоит достоверное содержание самой жизни. Философию Ф. Ницше поэтому нередко определяют как «философию жизни».

Ницше рассматривает и такую фундаментальную философскую проблему, как проблема свободы, свободы воли. По мнению Ницше, ее решение всегда связывали с вопросами морали и нравственности, что искажает саму суть свободы воли как воли к власти. По убеждению Ф.

Ницше свобода воли к власти состоит в одном: в устранении любых препятствий, стесняющих, ограничивающих проявление «мощи воли к власти» как требования самой жизни. Таким препятствием он считает границы добра и зла. И в границах добра, и в границах зла «воле к власти», как атрибута жизни и бытия человека, тесно.

Она должна выйти за их границы, чтобы проявить свою природу, свою мощь и свою силу. Такой сферой свободы воли, по Ф. Ницше, может быть только сфера по ту сторону добра и зла. Где нет ни требования добра, ни требования зла, а есть требование инстинкта воли к власти, воли к выживанию сильнейшего. Эта идея Ф.

Ницше, часто не совсем адекватно понятая, вызывала, и до сих пор вызывает негативную реакцию философов и мыслителей. Нередко его идеи называют предтечей идей нацизма, что, на мой взгляд, совершенно несправедливо. Ведь мыслитель не может отвечать за те выводы, которые делают другие из его философии.

Но была ли в истории человечества такая эпоха, в которой наиболее полно воплощалось в жизни требование, закон воли к власти? Ф.

Ницше считает, что таким временем, такой эпохой была дохристианская эпоха – эпоха Античного мира, до Сократа и Платона, эпоха Древнего Востока (не случайно один из его трактатов так и называется «Так говорил Заратустра»), Последним этапом в человеческой истории, когда «воля к власти» пыталась утвердить себя в правах, была, по утверждению Ф.

Ницше, эпоха Европейского Возрождения.

Их объединяет одно – там действовали герои, яркие индивидуальности, обладавшие силой и мощью характера, не боящиеся любых препятствий и преодолевающие их на пути утверждения воли к власти, инстинкта к власти, господству и повелеванию, не отягощенных нравственными предрассудками стыда господствовать над слабыми, склонными к подчинению, утратившими черты героев. Поэтому «мир, в котором мы (как полагаем) живем, ошибочен», считает Ф. Ницше. Он «ошибочен» не в силу нашего мировоззрения или мышления и представления, а в силу того, что человечество утратило «реальность наших влечений», инстинкта «воли к власти», лежащей в основании органической, животной, а, следовательно, человеческой жизни. Ибо инстинктивная «воля к власти» есть единственная движущая сила мира и жизни, так как всякая движущая сила и есть воля к власти. «Все, – убежден Ф. Ницше, – есть воля к жизни». Преодоление утраты «воли к власти» как первоосновы жизни, общества и мотива человеческой деятельности, возможно только в форме «вечного возвращения» к первозданным инстинктам воли к власти, которые мы унаследовали от животных. Почему же необходимо «вечное возращение», при каких условиях оно возможно и что для этого необходимо делать? Над этими проблемами размышляет Ф. Ницше и по-своему их решает. С точки зрения его философии «воли к власти», человечество на протяжении последних двух тысячелетий находится в состоянии декаданса, упадка, деградации и пессимизма. Поскольку оно утратило «инстинкт воли к власти». Человечество стало слишком изнеженным, слишком человеческим.

Что же явилось причиной декадентства, упадка и деградации человеческого рода? Основную вину за это Ф. Ницше возлагает на христианство, на христианскую мораль, на христианскую религию и христианские ценности, которые он называет «злокачественными заблуждениями», ибо они ведут к «нигилизму воли».

Христианство он оценивает как «радикальную фальсификацию природы, всего естественного, любой реальности мира внутреннего и мира внешнего». Христианство заинтересовано … «в том, чтобы человечество болело и чтобы были вывернуты наизнанку понятия «добра» и «зла» – в смысле опасном для жизни и содержащем клевету на мир».

А поскольку человечество последние почти два тысячелетия развивалось под влиянием христианских ценностей, то необходимо пересмотреть всю систему ценностей, связанных с христианством. Нигилизм в отношении их – обязательное условие вечного возвращения к естественному первообразу человечества. На основании этого утверждения философию Ф.

Ницше нередко определяют как «философию нигилизма», отрицания христианских ценностей как ценностей положительных.

Христианство, по Ф. Ницше, уничтожило в человеке естественный инстинкт жажды власти и силы, которые составляют «признак прогрессивного хода развития». Христианская религия, христианская мораль и вся современная ему (Ницше) культура приучила человека к смирению, а не борьбе, она превратила его из героя, не боящегося жизни, в труса, страдальца.

Посредством идеи «первородного греха» христианская мораль привила человечеству чувство вечной вины, необходимости вечного покаяния и искупления. Оно посеяло ложное представление о низости земной жизни перед жизнью потусторонней. Христианская мораль проповедует ложные ценности стыда, совести, сострадания, честности и т.д.

, поскольку они сдерживают, ограничивают проявления инстинкта жажды власти, господства сильных над слабыми. Всю христианскую мораль он называет «моралью добровольного страдания», жестокость – «древнейшим праздником человечества», а человечность – «предрассудком».

Современный человек вызывает у него презрение, хотя с ним он «фатально одновременен», вызывает у него «чувство омерзения».

Христианство и христианская мораль отрицательны, по Ф. Ницше, и потому что они лишают человека свободы, понимаемой им как нерегламентированное проявление воли к власти, которая утверждает себя через оригинальность индивидуальности, и через активное действие, в котором он не боится переступить любые препятствия и запреты, если оно высвобождает в человеке «инстинкт воли к власти».

Он сторонник индивидуальности, а не серой безликой массы. Его девиз: «Пусть гибнут слабые и уродливые». Не мир – война, не добродетель, а доблесть (добродетель в стиле ренессанса virtu, – без примеси моральна). Сострадать слабым и калекам вреднее любого порока. Поэтому девиз Ф. Ницше: «Пусть гибнут слабые и уродливые – первая заповедь нашего человеколюбия.

Надо помогать им погибнуть». Ибо сострадание – слабость безвольного человека. Он полемизирует с Ф.М. Достоевским, который считал, что никакой прогресс не стоит одной слезинки ребенка.

Ницше приходит к выводу, что христианство в целом препятствует основополагающему принципу жизни – достичь энергии величия воли к власти, которая является и сущностью подлинного человека, извращенной христианской моралью.

Чтобы достигнуть этой цели необходим новый тип человека, который в прошлом существовал (в Древней Греции, в эпоху Римской империи), но как «счастливый случай» и никогда как закономерность воли к власти.

Таким типом человека может быть «сверхчеловек», принадлежащий к особой, чистой расе, образцом которой были греки, а идеалом, прообразом такого человека является Заратустра, созданный воображением Ф. Ницше в книге «Так говорил Заратустра».

Это подлинный человек, герой, сокрушитель скрижалей всех существующих моральных ценностей. «Сверхчеловек» обладает полным автоматизмом инстинкта воли к власти. Он не рефлексирует, не размышляет, а действует. Он стремится к господству, а не подчинению. Страсть к господству – «основа и сила его бытия».

«Сверхчеловек» обладает новым типом «благородства», «аристократизма духа»: не сострадание, не жалось, не милосердие, что присущи Иисусу Христу, а жестокость, способность переступить границу дозволенного во имя долга, не останавливаться перед насилием и войной, перед принесением многих (слабых) в жертву во имя осуществления воли к власти. На место христианского Бога он ставит «сверхчеловека». Иисус Христос, по Ницше, доказательство, пример смерти Бога. Для «сверхчеловека» осуществление воли к власти – призвание, обязанность, долг.

В соответствии со своей теорией «сверхчеловека» Ф. Ницше создает концепцию нового, здорового общества, ибо современное ему общество больно. Оно должно иметь строго кастовую иерархию, которая более всего соответствует закону природы, ее сущности. В таком обществе выделяются три слоя людей, призванных выполнять определенную роль, функцию, предназначение.

К высшей касте общества те, «кого всех меньше», «духовных по преимуществу», обладающих преимущественными правами «воплощать на земле счастье, красоту и благо». В терминологии Ф. Ницше они – «сверхличности», «они самые крепкие». Они жестоки к себе и другим, аскетизм – их природа. «Они господствуют не потому, что хотят, а потому, что они господа; они не вольны быть вторыми».

Второй слой составляют люди по преимуществу мышечные, с сильным темпераментом. Они – «стражи права, устроители безопасности и порядка, … благородные воины, судии, блюстители закона». Они берут на себя все грубо материальное в трудах правления. Они ученики, последователи первых. Два эти слоя составляют элиту общества.

Третий слой составляют люди, не выдающиеся ни в одном, ни в другом, посредственные.

Это люди ремесла, торговли, земледелия, большей части искусств, «вся совокупность профессиональной деятельности – все это сочетается лишь со средним уровнем умений и желаний.

Они общественно полезны, функция и колесико – это предопределено природой». В этом их счастье -быть посредственностью, «к этому влечет их природный инстинкт».

Посредственности (третий слой) играют важную роль в укреплении устойчивости иерархически кастового общества. Они составляют ту «почву», на которой может «произрастать» элита общества. Более того, по его мнению, «посредственностью обусловлена культура в ее высоком развитии». Ф.

Ницше логично, в соответствии со своей теорией воли к власти, приходит к выводу, что в обществе должно существовать право сильного, способного властвовать и подчинять.

Речь должна идти о неравенстве прав, так как неравенство – «первое условие для того, чтобы существовали права» В такой модели общественного устройства, по его убеждению, «нет ничего произвольного, ничего надуманного, искусственного», так как такая постройка более всего соответствует законам живой природы, законам самой жизни.

Бросая взор на прошлое в человеческой истории, он находит пример подобной организации общественной жизни в лице Римской империи, Античной Греции.

Опыт которых он рассматривает как предварительную работу, фундамент для последующих тысячелетий, который был разрушен, как он убежден, под воздействием христианства, христианской религии и христианской морали. «Вечное возвращение» как торжество инстинкта воли к власти, по его мнению, возможно. Но эту миссию может выполнить новый тип людей – «сверх-человеки», «сверх-личности». В этом аспекте он идеализирует ислам и буддизм, хотя сам по своему воспитанию и культуре был христианином.

Как мы видим, он расходится в своих философских взглядах как с традициями Просвещения, так и с традициями немецкой классической философии, с классическими принципами гуманизма.

Он старается беспристрастно научно, как он убежден, вскрыть глубинные механизмы самой жизни, бытия человека и общества, апеллируя к естественным законам природы, где действительно все целесообразно, гармонично, нет ничего лишнего, где господствует строгая иерархия сильного и слабого, где борьба за жизнь «всеми средствами инстинкта жизни» является универсальным принципом саморегуляции и самовоспроизводства. Вот почему он считает, что общественный прогресс не свидетельство мощи человека, а его деградации, его «омассоствления», дегероизации. По его мнению, на место героя приходит «мещанин».

Философия Ф. Ницше и привлекает, и «отталкивает» одновременно. Поэтому часто и сейчас – одни видят в ней философию оправдания насилия как принципа жизни, другие – великого мыслителя, уловившего тайные механизмы бытия мира как универсума. Но философию Ф.

Ницше можно понимать и как выражение противоречивости бытия самой жизни, и самого человека. Он не может примириться с тем, что в истории есть не только достижения, но и утраты, потери. Человечество, по его мнению, часто пасовало перед обстоятельствами жизни.

В то время как ему виделась необходимость постоянного его торжества, когда «сверх-человеку», по выражению Ф. Достоевского, дозволено все. Но философию Ф.

Ницше можно рассматривать и как предостережение перед соблазном выйти за границы добра и зла, в ту сферу абсолютной свободы, которая не может быть понята рационально.

fИспользуемая литература

1. Ю. Давыдов, “Этика любви и метафизика своеволия”, М.: Молодая гвардия, 1992.

2. Ф. Ницше, “ К генеалогии морали”, т.2, М. Мысль, 1990.

3. Ф. Ницше, “По ту сторону добра и зла”, т.2, М. Мысль, 1990.

4. Ф. Ницше, “Антихрист”, т.2, М. Мысль, 1990.

5. Ф. Ницше, “Утренняя заря”, Свердловск, “Воля”, 1991.

Источник: https://otherreferats.allbest.ru/philosophy/00038299_0.html

Book for ucheba
Добавить комментарий