«Тезисы о Фейербахе»

Тезисы о Фейербахе

«Тезисы о Фейербахе»

Структура книга

Книга дошла до нас не полностью.

том виде, в каком мы можем с ней сегодня ознакомиться, она представляет собой сочинение из примерно шестисот страниц, где вначале идут «Тезисы о Фейербахе» Маркса, а затем два тома собственно Немецкой идеологии с подзаголовком«Критика новейшей немецкой философии в лице ее представителей Фейербаха, Б. Бауэра и Штирнера и немецкого социализма в лице его различных пророков».

первом томе содержатся критические замечания к работам Фейербаха, Бауэра и Штирнера.

Второй том посвящен «Рейнским анналам», или философии истинного социализма (речь идет о ряде «буржуазных» работ, опубликованных в Германии, где в искаженном виде приводятся тезисы английских и французских социалистов).

Там же содержится глава о книге Карла Грюна Общественные движения во Франции и в Бельгии, в которой автор критикует Сен-Симона, Фурье, Кабе и Прудона. Маркс и Энгельс в какой-то степени защищают этих философов.

Анализ содержания

Этих тезисов одиннадцать, и занимают они всего четыре странички. Однако, учитывая их важность, мы разберем их подробно. Это краткие замечания, которые Маркс набросал для себя в записной книжке, а Энгельс издал с небольшими добавлениями в 1888 году в качестве приложения к своей работе Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии.

I. Маркс констатирует, что в материалистической философии Фейербаха до сего дня действительность, конкретная человеческая деятельность, рассматривается лишь созерцательно, а не практически. С другой стороны, идеалистов действие также интересует лишь с абстрактной стороны. Однако важно рассмотреть революционную,«практически-критическую» деятельность.

II. Истинность мысли познается лишь на практике.

III. Изменить человека путем изменения его образа жизни и воспитания можно лишь в ходе революционной практики.

IV. Следует уделять больше внимания сегодняшней действительности, критикуя ее в теории и революционизируя на практике.

V. Фейербах, не довольствуясь абстрактной мыслью, обращается к чувственному созерцанию, но не рассматривает чувственный мир с точки зрения практической конкретной деятельности человека.

VI. противоположность Фейербаху, считавшему сущность человека индивидуальной, в действительности ее следует рассматривать во всех ее общественных отношениях.

VII. «Религиозный дух» есть продукт общества.

VIII. противоположность утверждениям мистических теорий, всякая общественная жизнь является по существу практической.

IX. Созерцательный материализм представляет мир с точки зрения изолированных личностей или буржуазного общества.

X. Новый материализм видит мир с точки зрения человеческого общества или «общественного человечества».

XI. «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его».

Эти 11 положений представляют собой своего рода памятку, которую авторы Немецкой идеологиииспользовали при изучении сочинений Фейербаха и немецких младогегельянцев. Но кроме критики немецкой философии, в тезисах о Фейербахе содержится и синтез философских взглядов самих авторов. Энгельс назвал в 1888 году одиннадцать тезисов Маркса «гениальным зародышем нового мировоззрения».

Все теоретическое содержание Немецкой идеологии представляет собой, по существу, развитие этих тезисов.

последнем из них, который мы процитировали дословно, содержится концентрированное выражение сути учения Маркса. «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» — говоря так, Маркс недвусмысленно показал свое намерение оставить теоретизирование и приступить к активной реализации своей философии на практике.

Ни в Немецкой идеологии, mi в последующих своих произведениях Маркс ни разу не говорит об«историческом или диалектическом материализме» (а ведь этими терминами после смерти Маркса часто называют его философское учение).

«Марксизм» (само это слово придумано Энгельсом) ограничивается тем, что созерцательному материализму Фейербаха и младогегельянцев, теории буржуазного общества противопоставляется «новый материализм» в теории человеческого общества или «общественного человечества». Именно в этом утверждении содержится шаг вперед по сравнению с философской системой Гегеля.

Впрочем, более чем через 100 лет Сартр заявил, что эта фундаментальная философская система так и не была превзойдена. (См. Критику диалектического разума, 1960).

Мир преобразуется в процессе и посредством революционной практики. этом движении, в революционной практике человек преобразует и перевоспитывает сам себя (тезис III).

Забывая о практическом применении, которое должна иметь любая философская теория, немецкие мыслители, даже говоря о проблемах объективности и реальности мыслимого или воображаемого мира, не выходят за рамки схоластики. Истинное материалистическое мировоззрение может быть лишь критикой общественных процессов материального производства и обмена.

Наблюдение и эмпирический анализ должны помочь понять, как люди воспроизводят сами себя в процессе производства средств существования. Разделение труда приводит к классовым антагонизмам.

Источник: https://studopedia.su/12_97349_tezisi-o-feyerbahe.html

Тезисы о фейербахе

«Тезисы о Фейербахе»

11 тезисов, написанных К. Марксом в 1845 и опубликованных после его смерти Ф. Энгельсом в 1888. По словам Энгельса, это «…первый документ, содержащий в себе гениальный зародыш нового мировоззрения» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 371). В тезисах сжато сформулированы осн. положения философии марксизма: материалистич. понимание истории и обществ.

практики, принципиально новый взгляд на человека, определение зависимости идеологич. феноменов (в т. ч. религии) от условий материальной жизни общества. В них критикуется историч. идеализм Фейербаха и утопич. социализм; раскрывается гл. недостаток всего предшествующего материализма — созерцательность; обосновываются сущность и задачи диалектико-материалистич.

философии, ее значение в революц-преобразовании общества. Тезисы заложили фундамент науч.-философск., последовательно атеистич. истолкования материальной, земной основы религии, разработки теории революц. преодоления и пракгич. уничтожения социальных антагонизмов, порождающих ре-лиг. мировоззрение. Критикуя антропологич. философию Фейербаха, Маркс писал: «…

сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений» (там же, ?. с. 3). Это означало, что подлинные истоки религ. представлений можно раскрыть, лишь изучая обществ, отношения. порождающие их. Цент-ральн. принцип нового революц. практич.

мировоззрения Маркс формулирует в заключит, тезисе: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» (там же, с. 4).

Источник: Атеистический словарь

11 тезисов Маркса, озаглавленных “К Фейербаху”, написаны весной 1845; впервые опубликованы в рецензии Энгельса в 1888 как приложение к работе “Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии”. “Т. о Ф.

”, указывал Энгельс, неоценимы как “первый документ, содержащий в себе гениальный зародыш нового мировоззрения” (Маркс К., Энгельс Ф. Т. 21. С. 371). По содержанию “Т. о Ф.” примыкают к “Немецкой идеологии”. В сжатой форме Маркс формулирует здесь кардинальные положения новой философии.

Центральная идея тезисов — разработка научного понимания практики. Эта задача требовала материалистического понимания истории, осн.

положения к-рого Маркс и излагает: характеристика общественной жизни как преимущественно практической; утверждение, что человек порожден своим собственным трудом, а по своей сущности представляет совокупность общественных отношений; анализ зависимости идеологических явлении (напр.

, религии) от условий существования и развития об-ва. С этих позиций Маркс критикует исторический идеализм Фейербаха и утопических социалистов.

Исходя из единства теории и практики, Маркс по-новому ставит проблемы гносеологии и подвергает критике весь “предшествующий” материализм, указывая на созерцательность как на его гл. недостаток. Отмечая заслуги идеализма в развитии “деятельной стороны”, т. е. активности субъекта в процессе его взаимодействия с объектом (Субъект и объект), Маркс вскрывает порочность идеалистического понимания практической деятельности. Тезисы Маркса обосновывали сущность и задачи философии диалектического материализма, ее место и роль в революционном преобразовании об-ва.

Источник: Философский энциклопедический словарь

название небольшой рукописи К. Маркса, состоящей из 11 тезисов, к-рые он набросал в своей записной книжке в Брюсселе весной (вероятно, в апр.) 1845. Написание тезисов связано с замыслом «Немецкой идеологии», к-рый возник у Маркса и Ф. Энгельса в это время.

Они представляют собой набросок идей, подлежавших разработке в 1-й гл. «Немецкой идеологии» («Фейербах»). По определению Энгельса, это – «…первый документ, содержащий в себе гениальный зародыш нового мировоззрения» (Маркс К. и Э н г е л ь с Ф., Соч., т. 21, с.

371).

Центр. идея тезисов – решающая роль материальной революц. практики в жизни общества. Практика есть исходный пункт, основа, критерий и цель познания. Введение Марксом категории практики в теорию познания означало подлинную революцию в гносеологии и явилось одним из главных элементов революц. переворота в философии.

Определяя свое мировоззрение как новый материализм, Маркс подвергает критике и прежний материализм за его созерцательность, и идеализм за сведение практики к чисто теоретич. деятельности.

В противоположность идеализму Маркс подчеркивает: чтобы изменить действительность, недостаточно чисто теоретич. критики, необходима практическикритическая, революц. деятельность, необходимо изменить не только сознание, но и бытие. Только в процессе революц.

практики человек изменяет как окружающую его действительность, так и самого себя.

В противоположность метафизич. и антиисторич. представлениям Фейербаха о человеке как абстрактном изолированном индивиде Маркс формулирует одно из важнейших положений историч. материализма: сущность человека есть совокупность всех обществ. Отношений.

С позиций последовательного, пролет. атеизма Маркс решает вопрос об условиях преодоления религии. Он подчеркивает, что религия вырастает из противоречий ее земной основы, из социальных антагонизмов, и для устранения религии необходимо революционизировать существующее общество. Впоследствии эта мысль была развита и получила классич. формулировку в 1-м т. «Капитала».

Созерцательности и метафизичности предшествующего материализма Маркс противопоставляет революц. практику, новый, диалектич. материализм как филос. основу коммунизма. Принцип нового мировоззрения он формулирует в заключит.

тезисе: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» (Маркс К. иЭнгельс Ф., там же, т. 3, с. 4).

Не интерпретировать мир так или иначе, чтобы примириться с существующим, а действительно познать его, чтобы изменить мир – таков подлинный смысл этого тезиса.

«Т. о Ф.» были впервые опубликованы Энгельсом, с нек-рыми ред. изменениями, в 1888 в приложении к отд. изданию его работы «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии». Первонач. вариант Маркса был опубликован в 1924 в «Архиве К. Маркса и Ф. Энгельса», кн. 1.

Источник: Советский философский словарь

одиннадцать тезисов, найденных Энгельсом в записной книжке Маркса и озаглавленных “К Фейербаху”. Написаны весной 1845 в Брюсселе, впервые опубл. в 1888 в качестве приложения к кн. Энгельса “Людвиг Фейербах…”. “Т. о Ф.” “…неоценимы как первый документ, содержащий в себе гениальный зародыш нового мировоззрения” (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 371).

Продолжая анализ проблематики, выдвинутой в “Экономическо-философских рукописях 1844”, Маркс формулирует здесь мысль о том, что трактовка практики и отношение к ней составляет коренное отличие новой философии от всех форм бурж. мировоззрения. Разработка указ. проблематики невозможна без объяснения закономерностей обществ.-историч.

процесса; существо этого процесса и раскрывается в “Т. о Ф.”: характеристика обществ. жизни как преимущественно практической (8-й тезис), обществ. сущность человека (6-й тезис), зависимость идеологич. явлений (в т.ч. религии) от материальных обществ. отношений (4-й и 7-й тезисы) и др. Особый интерес в этом отношении представляет 9-й тезис.

Термины “чувственность”, “чувственный” употребляются здесь Марксом не только в субъективном смысле (как характеристика человеческой способности восприятия, созерцания, отражения), но и в объективном – как понятие, означающее специфич. “материю” общества, не сводимую к простой совокупности индивидов и понимаемую как практич. деятельность.

На этой основе, обобщая свое понимание единства опредмечивания и распредмечивания, Маркс и указывает на совпадение изменений обстоятельств и человеч. деятельности как на характерную особенность практики. С этих позиций критикуется историч. идеализм Гегеля, Фейербаха, младогегельянцев и утопич. социалистов. Наряду с этим Маркс отмечает и положит.

роль идеализма в исследовании “деятельной стороны” субъекта, в связи с чем по-новому ставятся им и проблемы гносеологии: Маркс преодолевает “созерцательность” предшествующего материа-лизма (1-й и 5-й тезисы), показывает, что истина и заблуждение есть результат развития практики и ее понимания (8-й тезис), формулирует критерий истинности познания (2-й тезис).

Исходя из того, что разрешение теоретич. загадок есть определ. функция практич. преобразований общества, Маркс формулирует знаменитый 11-й тезис, характеризующий роль теории в развитии общества. В “Т. о Ф.

” развивается и обобщается идея о человеческой эмансипации и о снятии отчуждения как процессе действи-т е л ь н о г о уничтожения частной собственности и возвращения человека “к самому себе”. Связь теории с практикой в этом отношении выступает как необходимость п о л и т и ч е с к и х выводов из теоретич. исследований. Теоретич. осознание обществ.

противоречий будет полным тогда, когда теория подведет к необходимости практич. борьбы за разрешение этих противоречий. В этой связи очевидна несостоятельность попыток истолкования “Т. о Ф.” в прагматистском духе (см., напр., В. Russel, Freedom versus organization, N. Y., 1934, a также A. G. Meyer, Marxism; the unity of theory and practice; a critical essay, Camb., 1954).

Лит.: Ленин В. И., Соч., 4 изд., т. 9, с. 28; т. 10, с. 261, 315–16; т. 14, с. 91–94; т. 21, с. 36, 58; Вышинский П., Пояснения к тезисам Маркса о Фейербахе, “В помощь марксистско-ленинскому образованию”, 1940, No 20; Баскин Ю. Я., Произв. К. Маркса “Т. о Ф.”, Одесса, 1958; Калацкий В. П., О созерцательности фейербаховского материализма (“Тезисы о Фейербахе” К.

Маркса), “Вестн. МГУ. Серия экономики, философии, права”, 1959, No 4; Богуславский В. М., Тезисы Маркса о Фейербахе, М., 1960; Ойзерман Т. И., Формирование философии марксизма, М., 1962; Безчеревных Э. В.. От мысли к действию, М., 1964; Diamond S., Marx´s “Ninth Thesis” on Feuerbach, “Science and Society. A Marxian Quarterly”, 1939, v. 3, No 2; Cornu ?., Marx´ Thesen ?ber Feuerbach, В., 1963. Э. Безчеревных. Москва.

Источник: Философская Энциклопедия. В 5-х т.

набросок исходных положений философии марксизма, сделанный К. Марксом в 1845. Его основное содержание — критика предшествующей, в особенности фейербаховской, материалистической философии, которая не постигала гносеологической, а также социальной роли общественной практики.

Предшествующий материализм трактовал познание как результат воздействия внешнего мира на нашу чувственность, игнорируя действительную основу познания — воздействие людей на внешний мир, практику. Эту особенность гносеологии старого материализма Маркс называл созерцательностью.

В социально-философском плане эта созерцательность выражалась в том, что люди рассматривались материалистами как обусловленные обстоятельствами их жизни; при этом упускалось из виду, что эти обстоятельства творятся самими людьми, в их практической деятельности.

Общественная жизнь является по существу практической. Важно отметить, что Маркс подчеркивал необходимость понимания практики, ее теоретического анализа, из которого следует, что практика, и только она, является действительным критерием истины. «В практике должен доказать человек истинность, т. е.

действительность и мощь, посюсторонность своего мышления» (Маркс К-, Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 1).

В своей критике Л. Фейербаха Маркс указывал, что в его философии абстрактное мышление сведено к чувственному созерцанию, игнорируется чувственность как «практическая, человечески-чувственная деятельность» (там же, с. 2).

Вследствие этого Фейербах «рассматривает, как истинно человеческую, только теоретическую деятельность». В противоположность гносеологической созерцательности материализма деятельная сторона познавательного процесса «развивалась идеализмом, но только абстрактно».

Фейербах, отмечал Маркс, сводит воображаемый религиозный мир к его земной основе, не видя того, что религиозное самоотчуждение проистекает из саморазорванности, самопротиворечивости этой основы. Недостаточно поэтому сводить религию к бытию людей; необходимо ее выводить из него.

Необходимо, далее, революционное преобразование этого общественного бытия, ибо только таким путем может быть преодолено религиозное удвоение мира. Фейербах рассматривает религию как отражение абстрактно понимаемой, внеисторической сущности человеческого индивида.

Но такой сущности не существует, ибо «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений» (там же, с. 3).

11-й тезис Маркса гласит: философы лишь различным образом интерпретировали мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его.

Здесь Маркс подверг осуждению не только старый материализм, но и всю предшествующую философию вообще, полагая, что она принимала существующее в обществе положение вещей как нечто данное, которое подлежит постижению именно в этом качестве.

С этим вьвводом Маркса едва ли можно согласиться. Достаточно вспомнить выдающуюся роль французского материализма 18 в., а также значение философии Ж.-Ж. Руссо в идейной подготовке Французской революции 1789—93. Уместно отметить и то, что немецкая философия от И.

Канта до Г. В. Ф. Гегеля и Фейербаха представляла собой, по справедливому замечанию Энгельса, философскую революцию в Германии, ставшую прологом к революции социально-политической.

Обращает на себя внимание тот факт, что в «Тезисах о Фейербахе» отсутствует какое бы то ни было упоминание о диалектике. В тот период Маркс отрицательно относился к диалектике, о чем свидетельствует опубликованное в 1845 «Святое семейство», где заслуги Фейербаха связывались с критикой философии Гегеля и его диалектики.

Не следует поэтому переоценивать значение «Тезисов о Фейербахе» в формировании диалектического материализма. Ф. Энгельс оценивал их как «первый документ, содержащий в себе гениальный зародыш нового мировоззрения» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 371).

Показательно, что Маркс не считал необходимым издание этих тезисов, которые были опубликованы Энгельсом лишь в 1888.

Лит.: Маркс К. Тезисы о Фейербахе.— Маркс К„ Энгельс Ф. Соч., т. 3; Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии.— Маркс К; Энгельс Ф. Соч., т. 21; Баскин Ю. А. Произведение К. Маркса «Тезисы о Фейербахе».

Одесса, 1958; Богуславский В. М. Тезисы Маркса о Фейербахе. М., 1961; Ойзерман Т. И. Формирование философии марксизма. М., 1962; СотиА. Marx Thesen uber Feuerbach. В., 1963; SchuffenhauerN. Feuerbach und der junge Marx. B., 1972.

T. И. Ойзерман

Источник: Новая философская энциклопедия

Источник: https://terme.ru/termin/tezisy-o-feierbahe.html

Читать

«Тезисы о Фейербахе»
sh: 1: –format=html: not found

Ф. Энгельс.

ЛЮДВИГ ФЕЙЕРБАХ И КОНЕЦ КЛАССИЧЕСКОЙ НЕМЕЦКОЙ ФИЛОСОФИИ

С приложением:

К. Маркс. Тезисы о Фейербахе

Предисловие

В предисловии к своему сочинению «К критике политической экономии», Берлин, 1859, Карл Маркс рассказывает, как мы в 1845 г.

в Брюсселе решили «сообща разработать наши взгляды», – а именно, выработанное главным образом Марксом материалистическое понимание истории, – «в противоположность идеологическим взглядам немецкой философии, в сущности свести счеты с нашей прежней философской совестью.

Это намерение было осуществлено в форме критики послегегелевской философии.

Рукопись – в объеме двух толстых томов в восьмую долю листа – давно уже прибыла на место издания в Вестфалию, когда нас известили, что изменившиеся обстоятельства делают ее напечатание невозможным. Мы тем охотнее предоставили рукопись грызущей критике мышей, что наша главная цель – уяснение дела самим себе – была достигнута»{1}.

С тех пор прошло более сорока лет, и Маркс умер. Ни ему, ни мне ни разу не представился случай вернуться к названному предмету.

Насчет нашего отношения к Гегелю мы по отдельным поводам высказывались, но нигде не сделали этого со всей полнотой.

Что касается Фейербаха, который все же в известном отношении является посредствующим звеном между философией Гегеля и нашей теорией, то к нему мы совсем не возвращались.

Тем временем мировоззрение Маркса нашло приверженцев далеко за пределами Германии и Европы и на всех литературных языках мира.

С другой стороны, классическая немецкая философия переживает за границей, особенно в Англии и в скандинавских странах, что-то вроде возрождения.

И даже в Германии, по-видимому, наступает пресыщение той нищенской эклектической похлебкой, которая подается в тамошних университетах под именем философии.

Ввиду этого мне казалось все более и более своевременным изложить в сжатой систематической форме наше отношение к гегелевской философии, – как мы из нее исходили и как мы с ней порвали.

Точно так же я считал, что за нами остается неоплаченный долг чести: полное признание того влияния, которое в наш период бури и натиска оказал на нас Фейербах в большей мере, чем какой-нибудь другой философ после Гегеля.

Поэтому я охотно воспользовался случаем, когда редакция журнала «Neue Zeit» попросила меня написать критический разбор книги Штарке о Фейербахе{2}. Моя работа появилась в №№ 4 и 5 названного журнала за 1886 г., а теперь выходит отдельным, пересмотренным мной, оттиском.

Прежде чем отправить в печать эти строки, я отыскал и еще раз просмотрел старую рукопись 1845 – 1846 годов. Отдел о Фейербахе в ней не закончен. Готовую часть составляет изложение материалистического понимания истории; это изложение показывает только, как еще недостаточны были наши тогдашние познания в области экономической истории.

В рукописи недостает критики самого учения Фейербаха; она поэтому не могла быть пригодной для данной цели. Но зато в одной старой тетради Маркса я нашел одиннадцать тезисов о Фейербахе, которые и напечатаны в качестве приложения. Это – наскоро набросанные заметки, подлежавшие дальнейшей разработке и отнюдь не предназначавшиеся для печати.

Но они неоценимы как первый документ, содержащий в себе гениальный зародыш нового мировоззрения.

Лондон, 21 февраля 1888 г.

Фридрих Энгельс

• • •

Напечатано в книге: F. Engels. «Ludwig Feuerbach und der Ausgang der klassischen deutschen Philosophie». Stuttgart, 1888

Печатается по тексту книги

Перевод с немецкого

(Сочинения, т. 21, стр. 370 – 371)

Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии

{3}

• • •

Написано в начале 1886 г.

Напечатано в журнале “Die Neue Zeit” №№ 4 и 5, 1886 г. и отдельным изданием в Штутгарте в 1888 г.

Печатается по тексту издания 1888 г.

Перевод с немецкого

(Сочинения, т. 21, стр. 269 – 317)

I

Рассматриваемое сочинение[1] возвращает нас к периоду, по времени отстоящему от нас на одно человеческое поколение, но ставшему до такой степени чуждым нынешнему поколению в Германии, как если бы он был отдален от него уже на целое столетие. И все же это был период подготовки Германии к революции 1848 г., а все, происходившее у нас после, явилось лишь продолжением 1848 г., выполнением завещания революции.

Подобно тому как во Франции в XVIII веке, в Германии в XIX веке философская революция предшествовала политическому перевороту.

Но как не похожи одна на другую эти философские революции! Французы ведут открытую войну со всей официальной наукой, с церковью, часто также с государством; их сочинения печатаются по ту сторону границы, в Голландии или в Англии, а сами они нередко близки к тому, чтобы попасть в Бастилию.

Напротив, немцы – профессора, государством назначенные наставники юношества; их сочинения – общепризнанные руководства, а система Гегеля – венец всего философского развития – до известной степени даже возводится в чин королевско-прусской государственной философии! И за этими профессорами, за их педантически-темными словами, в их неуклюжих, скучных периодах скрывалась революция? Да разве те люди, которые считались тогда представителями революции, – либералы – не были самыми рьяными противниками этой философии, вселявшей путаницу в человеческие головы? Однако то, чего не замечали ни правительства, ни либералы, видел уже в 1833 г., по крайней мере, один человек; его звали, правда, Генрих Гейне{4}.

Возьмем пример. Ни одно из философских положений не было предметом такой признательности со стороны близоруких правительств и такого гнева со стороны не менее близоруких либералов, как знаменитое положение Гегеля:

«Все действительное разумно; все разумное действительно»{5}.

Ведь оно, очевидно, было оправданием всего существующего, философским благословением деспотизма, полицейского государства, королевской юстиции, цензуры. Так думал Фридрих-Вильгельм III; так думали и его подданные. Но у Гегеля вовсе не все, что существует, является безоговорочно также и действительным. Атрибут действительности принадлежит у него лишь тому, что в то же время необходимо.

«В своем развертывании действительность раскрывается как необходимость».

Та или иная правительственная мера – сам Гегель берет в качестве примера «известное налоговое установление» – вовсе не признается им поэтому безоговорочно за нечто действительное{6}.

Но необходимое оказывается, в конечном счете, также и разумным, и в применении к тогдашнему прусскому государству гегелевское положение означает, стало быть, только следующее: это государство настолько разумно, настолько соответствует разуму, насколько оно необходимо.

А если оно все-таки оказывается, на наш взгляд, негодным, но, несмотря на свою негодность, продолжает существовать, то негодность правительства находит свое оправдание и объяснение в соответственной негодности подданных. Тогдашние пруссаки имели такое правительство, какого они заслуживали.

Однако действительность по Гегелю вовсе не представляет собой такого атрибута, который присущ данному общественному или политическому порядку при всех обстоятельствах и во все времена. Напротив. Римская республика была действительна, но действительна была и вытеснившая ее Римская империя. Французская монархия стала в 1789 г.

до такой степени недействительной, то есть до такой степени лишенной всякой необходимости, до такой степени неразумной, что ее должна была уничтожить великая революция, о которой Гегель всегда говорит с величайшим воодушевлением. Здесь, следовательно, монархия была недействительной, а революция действительной.

И совершенно так же, по мере развития, все, бывшее прежде действительным, становится недействительным, утрачивает свою необходимость, свое право на существование, свою разумность.

Место отмирающей действительности занимает новая, жизнеспособная действительность, занимает мирно, если старое достаточно рассудительно, чтобы умереть без сопротивления, – насильственно, если оно противится этой необходимости.

Таким образом, это гегелевское положение благодаря самой гегелевской диалектике превращается в свою противоположность: все действительное в области человеческой истории становится со временем неразумным, оно, следовательно, неразумно уже по самой своей природе, заранее обременено неразумностью; а все, что есть в человеческих головах разумного, предназначено к тому, чтобы стать действительным, как бы ни противоречило оно существующей кажущейся действительности. По всем правилам гегелевского метода мышления, тезис о разумности всего действительного превращается в другой тезис: достойно гибели все то, что существует[2].

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=591589&p=13

Book for ucheba
Добавить комментарий