ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ СССР ДО ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

Внешняя торговля ссср до второй мировой войны: одним из первых мероприятий советской власти был декрет совета

ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ СССР ДО ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

Одним из первых мероприятий Советской власти был декрет Совета Народных Комиссаров от 22 апреля 1918 г. „О национализации внешней торговли”.

Социально-экономическое содержание этого декрета определялось следующими главными чертами : а) была уничтожена капиталистическая частная собственность в области внешней торговли и б) ведение внешней торговли было передано в исключительное ведение государства. Так была установлена государственная монополия внешней торговло в молодой еще тогда республике рабочих и крестьян.

В июне 1920 года был создан Народный Комиссариат Внешней Торговли. В том же году были учреждены первые торговые организации за рубежом — в Ревеле (Таллине), Стокгольме, Лондоне, Берлине, а также в Италии, Австрии, Персии, Турции. Заключение мирного договора с Эстонией (2 февраля 1920 г.

) дало возможность Советскому правительству начать операции по внешней торговле непосредственно, а не через кооперацию (как это следовало бы из постановления Верховного Совета Антанты от 16 января 1920 г., представлявшего ОДНУ ИЗ многочисленных попыток западных держав вмешаться во внутренние дела Советской России).

В конкретно сложившейся обстановке делегации Центросоюза установили связи с шведской, датской, итальянской кооперацией; в Лондоне было создано (в июне 1920 года) англо-русское кооперативное общество „Аркос”.

За 1918—1920 годы, в тяжелых УСЛОВИЯХ интервенции и гражданской войны, было экспортировано товаров из Советской России на 33 млн. руб., а куплено за границей и ввезено на 478 млн. руб.; отрицательный торговый баланс выразился в сумме около 445 млн. руб.

В течение восстановительного периода (начало 20-х годов) и, далее, в годы борьбы за социалистическую индустриализацию задачи внешней торговли определялись главным звеном в экономической политике партии на каждом данном этапе социалис- тического строительства.

С переходом к новой экономической политике импорт из-за границы необходимых материальных ресурсов требовался для ускорения темпов восстановления народного хозяйства; средства на оплату импортируемых товаров должны были быть найдены — среди других источников — в расширении экспорта советских сельскохозяйственных и других товаров (нефти, леса и прочих).

В 1922—1923 гг. ряд хозяйственных ведомств и кооперативных организаций ПОЛУЧИЛИ право производить торговые операции с иностранными фирмами под контролем НКВТ. Торговые же функции НКВТ выполнялись с весны 1922 года Государственной Торговой экспортно-импортной конторой (Госторгом).

Кроме того, разрешалось создание специальных акционерных смешанных обществ с участием иностранного капитала (в 1923 году таких обществ насчитывалось 24). В обшем итоге внешнеторговых оборотов на долю кооперации и смешанных оби еств приходилось (в 1924—1925 гг.

) 19% по экспорту и 6,3% по импорту.

Заграничными органами были торговые представительства СССР (торгпредства) и в ряде стран — торговые агентства.

Временное торговое соглашение РСФСР с Англией от 16 марта 1921 г.

имело большое принципиальное значение (оно означало признание де-факто Советского правительства Англией), устанавливало принцип наибольшего благоприятствования в торговых отношениях договаривающихся государств и ПОСЛУЖИЛО прецедентом для ряда других торговых соглашений — в 1921 ГОДУ с Германией, Норвегией, Австрией, Италией, в 1922 году — с Данией и Чехословакией. В 1923 ГОДУ Советская страна вела торговлю уже с 28 странами.

Применение принципа наибольшего благоприятствования и правовое положение (статут) торгпредства были предусмотрены в торговых договорах, заключенных СССР с Италией (7 февраля 1924 г.), Германией (12 октября 1925 г.), Норвегией (15 декабря 1925 г.) и в торговом соглашении с Швецией (15 марта 1924 г.).

Под внешнюю торговлю СССР с этими странами была, таким образом, подведена правовая база. В мае 1924 года в Нью-Йорке было образовано (по американским законам) акционерное общество “Амторг” для ведения торговли между СССР и США.

Несмотря на то, что восстановление дипломатических отношений между обеими странами состоялось почти через 10 лет после учреждения “Амторга”, торговые обороты советских внешнеторговых организаций с американскими фирмами расширялись.

Политические и экономические расчеты американского империализма — превратить Германию в плацдарм нападения на СССР и предоставить ей возможность хозяйничать в нашей стране как аграрно- сырьевом “хинтерланде” капиталистических стран — провалились.

Крайне узкая промышленная база дореволюционной России во многом оказала свое влияние на состав советского импорта в восстановительный период: заказывалось оборудование для строительства электростанций, ввозились сырье (хлопок) и полуфабрикаты для легкой промышленности, приобретались тракторы и сельскохозяйственные машины (главным образом в США).

В советский экспорт этих лет входили зерно, лесоматериалы, нефть и нефтепродукты, марганцевая руда, лен, сливочное масло и другие товары.

Наиболее крупные продажи советских товаров производились в Англию и Германию ; в этих же странах, а также в США размещались основные советские заказы и велись закупки.

Торговый баланс за 1921—1925 гг. складывался следующим образом : стоимость экспорта 4409 млн. руб. ; импорт — 5960 млн. руб., отрицательное сальдо — 1551 млн. руб. На покрытие этого сальдо было, как и в предшествующем периоде, затрачено золото, послужившее главным источником уравновешивания торгового баланса.

В конце восстановительного периода на долю сельского хозяйства все еще приходилось 2/3 всей продукции страны, на долю промышленности — ТОЛЬКО уз.

XIV съезд одобрил программу социалистической индустриализации СССР. В соответствии с директивами съезда СССР из страны, ввозящей машины и оборудование, должен был превратиться в страну, производящую машины и оборудование, представляющую собой “самостоятельную экономическую единицу, строящуюся по-социалистически”.

В октябре 1925 года Пленум ЦК РКП (б) принял решение о создании акционерных обществ по экспорту и импорту, а позднее (с 1929 года) — по фрахтованию иностранных СУДОВ. Эти акционерные общества были образованы уже без участия иностранного капитала.

Фактическая обстановка для развития внешней торговли СССР была весьма сложной и неблагоприятной. В мае 1927 года правительство Англии разорвало дипломатические отношения с СССР и расторгло временное торговое соглашение 1921 года (после полицейского налета на “Аркос”).

Англия стремилась использовать свои международные связи для организации общего бойкота торговли с СССР. В Германии химический концерн “ИГ Фарбениндустри” и другие крупные фирмы активно включились в антисоветскую кампанию.

В 1927 ГОДУ делались попытки разорвать дипломатические отношения СССР с Францией. В следующем ГОДУ “Банк де Франс” предъявил иск на советское золото, депонированное в ДВУХ нью-йоркских банках (5 млн. долл.

); в этом иске банку было отказано, но самая попытка была рассчитана на срыв советско-американской торговли.

На Международной экономической конференции 1927 года в Женеве, с участием делегации СССР, была принята резолюция о важности развития мировой торговли всех стран “независимо от различия в экономических системах”. Эта резолюция о мирном сосуществовании ДВУХ систем была одобрена, несмотря на то, что УПОМЯНУТЫЙ выше налет на “Аркос” в Лондоне совпал по времени с работой конференции.

Из заключенных в период социалистической индустриализации торговых соглашений следует отметить соглашения с Персией, Турцией, с прибалтийскими странами, с Грецией, Исландией и конвенцию о правовом положении торгпредства СССР в Швеции.100

Дипломатические отношения с Англией были восстановлены в октябре 1929 года и в конце года на торговлю с СССР были распространены государственные гарантии экспортных кредитов. К ЭТОМУ времени уже в течение ряда лет действовали правительственные гарантийные кредиты по советским заказам в Германии, Австрии.

В торговом балансе СССР за 1926—1929 гг. произошли заметные изменения ; в течение ДВУХ лет из четырех баланс был сведен с активом в сумме 275 млн. руб.; однако в целом сальдо за этот период оказалось отрицательным в сумме 289 млн. руб., при стоимости экспорта 11144 млн. руб. и стоимости импорта 11433 млн. руб.

Удельный вес ввоза машин и оборудования неуклонно возрастал, составив в 1925—1926 гг. 24% ко всей стоимости импорта и в 1929 ГОДУ — 33,6%.

При этом доля машин для промышленности возросла до 101/Б всего ввоза орудий производства уже в 1926—1927 гг.

Развитие же отечественного сельскохозяйственного машиностроения позволило снизить ввоз иностранных сельскохозяйственных машин втрое, с 34 до 11% к общей стоимости импорта машин и оборудования.

Недружелюбная позиция Англии, о которой говорилось выше, побудила перенести советские заказы и закупки в другие страны; стоимость советских заказов, размещенных среди английских фирм, сократилась в 1927—1928 гг. более чем втрое (по сравнению с 1925—1926 гг.). До 46% импорта в СССР в 1927—1928 гг. приходилось на две страны — Германию и США.

В экспорте СССР также происходили важные изменения ;

прежде всего, промышленный экспорт поднялся с 40% в 1925— 1926 гг. до 61% в 1929 ГОДУ.

Зерновая группа, нефтепродукты, лесоматериалы и пушнина заняли основное место в экспорте СССР, на их долю приходилось 44% стоимости всего экспорта.

В целом главная задача периода социалистической индустриализации — заложить основы тяжелой промышленности, машиностроения — была решена.

В годы коллективизации сельского хозяйства (1930—1934 гг.) внешняя торговля была использована для ускорения темпов механизации сельского хозяйства, снабжения колхозов машинами и удобрениями. К импорту сельскохозяйственных машин присоединился весьма значительный ввоз оборудования для сельскохозяйственного машиностроения.

В начале 190 года существовавшие ранее акционерные торговые общества были ликвидированы и вместо них созданы всесоюзные государственные объединения по экспорту и импорту. Торговые операции торгпредств СССР были ограничены и заключение внешнеторговых сделок было перенесено в эти объединения.

Эта реорганизация форм и методов советской внешней торговли, вытекая из глубоких внутренних факторов социалистического строительства, в то же время учитывала резкое обострение в капиталистическом мире, вследствие сильнейшего мирового экономического кризиса 1929—1933 гг.

В ходе кризиса и сменившей его затяжной депрессии многие капиталистические страны стали применять в беспримерных масштабах различные дискриминационные мероприятия против советского экспорта.

Особенную активность проявили американские империалистические круги. В связи с этим СССР резко сократил свои заказы и закупки в США.

Снижались обороты внешней торговли с Англией и некоторыми другими странами, проводившими дискриминацию внешней торговли СССР.

В 1933 ГОДУ на Мировой экономической конференции в Лондоне Советская делегация внесла предложение заключить пакт об экономическом ненападении и об отказе от всех и всяких видов дискриминации в области международных экономических отношений.

Делегация СССР предложила большую программу размещения заказов для советской промышленности, транспорта и других отраслей народного хозяйства на общую СУММУ ДО 1 млрд. долл.

Принятие этсго проекта дало бы возможность загрузить многие предприятия западноевропейских стран и США на несколько лет, что представлялось особенно важным в УСЛОВИЯХ тяжелой депрессии, сменившей кризис 1929—1933 гг.

В июле 1933 года правительство Англии отменило эмбарго на важнейшие товары советского экспорта, установленное в апреле того же года. 16 февраля 1934 года было подписано новое временное торговое соглашение, в основном, — на базе наибольшего благоприятствования. Это соглашение и поныне является правовой основой англо-советской торговли.

Немногим раньше (11 января 1934 г.). было заключено первое-временное торговое соглашение СССР с Францией. Оно продолжало собою более благоприятное направление во франко-советских отношениях того времени, — 29 ноября 1932 г. был подписан пакт о ненападении и предусматривалось общее улучшение экономических отношений между обеими странами.

В начале 30-х годов многие капиталистические страны (Англия, Германия, Италия, Чехословакия, Швеция, Норвегия, Япония и другие) предоставляли своим экспортерам-исполнителям советских заказов правительственные гарантии. К КОНЦУ 1931 года задолженность СССР по предоставленным ему иностранным торговым кредитам достигла наивысшего размера — 1400 млн. руб. (по курсу того времени).

Сальдо торгового баланса за пятилетие 1930—1934 гг. оказалось отрицательным на СУММУ 393 млн. руб. — несмотря на то, что в 1933 и 1934 гг. торговый баланс был сведен с излишком в 1159 млн. руб. Особенно крупными были платежи загранице в 1931 ГОДУ. Стоимость экспорта за весь период достигла 11626 млн. руб., стоимость импорта — также внушительной величины — 12019 млн. руб.

В составе импорта наиболее видное место заняло оборудование для металлургии, машиностроения и других отраслей тяжелой промышленности.

Ввоз тракторов и сельскохозяйственных машин был прекращен с 1932 года; был сильно сокращен импорт автомашин.

Черные и цветные металлы, каучук занимали существенное место в импорте данного периода, закупки же иностранного хлопка резко упали ввиду успехов отечественного хлопководства.

В экспорте советских товаров удельный вес промышленных товаров возрос с 58% в 1930 году до 71,6% в 1934 году.

Важнейшее место в составе экспорта в это время принадлежало лесоматериалам, нефтепродуктам, пушнине. Вывоз зерновых снизился до менее 50% стоимости всего экспорта (в 1934 году).

Главными покупателями советских товаров были Германия и Англия (на их долю в 1934 году приходилось 40% советского экспорта).

В целом внешняя торговля СССР на протяжении всего данного периода прокладывала ПУТЬ в весьма сложной международной обстановке и была использована в интересах социалистической индустриализации и укрепления оборонной мощи Советского Союза.

В предвоенный период (1935 по июнь 1941 гг.) важнейшей задачей, стоявшей перед внешней торговлей СССР, было из- вестное содействие завершению реконструкции социалистического народного хозяйства на основе новейшей техники и обеспечению технико-экономической независимости нашей Родины.

XVIII съезд партии поставил ОСНОВНУЮ экономическую задачу— догнать и перегнать главные капиталистические страны в производстве на ДУШУ населения чугуна, стали, топлива, электроэнергии, машин и других средств производства, а также и предметов потребления.

Операции по внешней торговле были в решающей их доле перенесены на территорию СССР. За пятилетие (1935—1939 гг.) СССР заключил ряд торгозых договоров и соглашений (в 1935 г.

— с Чехословакией, США, Ираном, Бельгией; в 1936 г. — с Францией; в 1937 г. — с США; в 1939 г.

— с Польшей и Китаем) — на базе наибольшего благоприятствования; ряд торгово-пла- тежных соглашений был подписан с Грецией, Румынией, Германией, Турцией, Польшей.

С 1935 года СССР стал получать финансовые кредиты — в Германии и Чехословакии (1935 год), в Англии (1936 год). Эти формы кредитования были выгоднее прежних правительственных гарантийных кредитов и фирменных кредитов поставщиков; кредит был более долгосрочным (пятилетним) и из более низкого процента (хотя фактически все еще высокого — от 5,5 до 6% годовых).

Заключение договора (от 23 августа 1939 г.) о ненападении- с Германией незадолго до начала второй мировой войны и соглашений о новом советском финансовом кредите и о взаимных товарных поставках расстроило замыслы империалистических кругов западных держав.

В обстановке начавшейся войны эти круги начали проводить весьма враждебную СССР ПОЛИТИКУ — прекращать отгрузку в СССР уже купленных и оплаченных товаров, налагать арест на денежные СУММЫ советских организаций за рубежом, захватывать суда, шедшие с грузом в советские порты, и т. п.

До начала Великой Отечественной войны СССР заключил ряд соглашений о товарообороте с 10 странами (Швецией, Данией, Швейцарией, Финляндией, Болгарией, Венгрией, Румынией, Югославией, Ираном и Германией).

Большое значение в УСЛОВИЯХ ВОЙНЫ имели транзитные вопросы.

В 1940 году Швеция предоставила СССР кредит в сумме 100 млн. крон на оплату советских заказов, размещаемых среди шведских фирм. Начавшаяся война с Германией не позволила исполъз вать этот кредит. В торговом балансе СССР за 1935—1938 гг.

произошли коренные изменения: впервые было ДОСТИГНУТО положительное сальдо торгового баланса не за отдельные годы, а за весь период — в сумме 669 млн. руб. (стоимость экспорта за этот период составила 4673 млн. руб., стоимость импорта 4004 млн. руб.

)» С 1935 года активным стал и платежный баланс СССР.

В составе импорта сократились закупки иностранного оборудования и машин; размещение заказов и закупки во многом сосредоточились на приобретении технически новейшего оборудования, машин и аппаратов. Сократился и ввоз черных металлов. Значительным оставался импорт некоторых цветных металлов, шерсти, кожсырья.

Главными поставщиками различных товаров в СССР в 1938 году были США и Англия (более 45% всего импорта в СССР).

Экспорт СССР в 1938 году на 2/3 состоял из промышленных товаров и на */з — из сельскохозяйственных. СССР стал экспортировать сельскохозяйственные машины, тракторы, автомобили, электролампы, асбест, удобрения и другие промышленные товары. Среди покупателей советских товаров первое место занимала Англия (в среднем около 30% экспорта 1937— 1938 гг.).

В результате выполнения плана социалистической индустриализации и коллективизации сельского хозяйства СССР стал покрывать полностью потребности своего народного хозяйства отечественной продукцией. В составе импорта некоторые иностранные товары продолжали сохранять известное значение (так, например, потребление каучука покрывалось на 30% за счет ввоза).

В деле достижения Советским Союзом технико-экономической независимости и укрепления его оборонной мощи внешняя торговля играла роль, хогя и не первостепенного, но существенного положительного фактора.

Источник: https://bookucheba.com/vneshneekonomicheskaya-deyatelnost/vneshnyaya-torgovlya-sssr-vtoroy-mirovoy-9153.html

Секреты внешней торговли СССР в годы Великой Отечественной войны

ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ СССР ДО ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

03 января 2020 07:18 СССР  война  торговля  

В пересчете на современные цены один день Великой Отечественной войны обходился нам минимум в два миллиарда долларов только прямых расходов.

Даже одно это финансовое напряжение, не говоря уже о прочих ударах и потерях, могло бы сломать иное государство.

Но наши предки победили, и, конечно же, секрет великой Победы 9 мая заключается во внутренней организации власти, общества и экономики тех роковых лет.

Ежедневный героизм в тылу и ежедневный подвиг на фронте. В годы войны ни на день не прекращалась и внешняя торговля – сложная и разнообразная, тоже помогавшая громить врага. О том, как это было, рассказывает «Профиль». НКВТ важнее НКВД Все годы Второй мировой войны Народный комиссариат (министерство) внешней торговли возглавлял человек, который – один из немногих даже среди ближайшего сталинского окружения – был на «ты» с вождем СССР. Впрочем, главным достоинством Анастаса Микояна было не его приятельское «тыканье» Сталину, а недюжинный организационный опыт и хорошее знание экономики, как советской, так и зарубежной. К 22 июня 1941 г. за плечами у этого щуплого кавказца было полтора десятилетия во главе министерств (тогда – народных комиссариатов, наркоматов) внешней и внутренней торговли, снабжения и пищевой промышленности. Нарком Микоян – это не только «микояновская» колбаса, но и знаменитое советское мороженое: именно он в 30‑е годы массово построил в городах СССР хладокомбинаты, привезя такой опыт из своей деловой поездки в США. Словом, к экономической войне нарком Микоян был готов лучше, чем многие будущие маршалы Победы. Внешнеэкономическая подготовка к будущему столкновению началась задолго до первого дня Второй мировой войны. По воспоминаниям самого Микояна, где-то на исходе 1938 г. произошли следующие знаковые события: «У Сталина возникла идея закупить на случай войны стратегические материалы, которых у нас было мало, и создать запас, о котором абсолютно никто не знал бы. Об этом он мне сказал с глазу на глаз и поручил действовать. В мое личное распоряжение он выделил большую сумму валюты… Об этом не знает ни Госплан, ни другие органы – никто не знает. Наркомфин знает только, что золото он должен отпускать наркому внешней торговли, не спрашивая…» Стратегические закупки на внешних рынках шли по всем правилам конспиративных спецопераций. Микоян вспоминал: «В составе Наркомвнешторга находилось Таможенное управление, имевшее склады, предназначенные для хранения импортных товаров. И вот я решил создать, так сказать, в недрах Таможенного управления, но фактически от него независимую, организацию по закупке и хранению стратегических материалов. Такая организация была создана. Но об этой организации ни Госплан, ни Наркомфин и никакие другие государственные органы ничего не знали. Эта организация подчинялась только и непосредственно мне как наркому внешней торговли…» До 22 июня 1941 г. за границей успели купить внушительные запасы сырья, не производившегося или производившегося в малых объемах на территории СССР: натуральный каучук, алюминий, никель, кобальт, висмут, кадмий, магний, ртуть, алмазы, вольфрам, ванадий, молибден и др.«Первоначально, – вспоминал Микоян, – все это хранилось на таможенных складах, расположенных в приграничных районах. Когда же угроза войны стала реальной, я решил перебазировать эти запасы подальше от границы, в Оренбург, где для этой цели были освобождены большие хлебные склады. Сталин очень интересовался всем этим делом. Я ему регулярно докладывал о ходе закупок и образовании запасов, об организации их хранения…» По некоторым позициям редких импортных металлов созданные перед войной запасы покрыли до 70% их расходов за 1941–1945 гг. В этом смысле народный комиссариат внешней торговли (НКВТ) сделал для победы не меньше, а то и больше, чем знаменитый НКВД с его пограничниками, разведчиками и оперативниками будущего «Смерша». Неулыбчивый Микоян Именно нарком внешней торговли Микоян с первых недель войны, уже в июле 1941 г., занялся переговорами с англичанами и американцами об экономической взаимопомощи в ходе борьбы против общего противника. Переговоры между невольными союзниками шли трудно и жестко.Разногласий хватало – например, СССР соглашался брать у западных партнеров кредиты под 3% годовых, а англичане настаивали на 3,5%. Разница в незначительной с виду половине процента в реальности означала для нас экономию или утерю гигантских средств в дефицитной валюте. Представители США и Британской империи постоянно апеллировали к Сталину, но тот показательно отстранился от обсуждения именно экономических и внешнеторговых вопросов – под предлогом занятости чисто военной работой не принимал никого из иностранцев по проблемам такого рода, упорно отсылая их решать все спорные моменты экономики к Микояну. Когда же на исходе августа 1941 г. представитель лорда Бивербрука, руководителя всей британской экономики военных лет, решил блеснуть пресловутым английским юмором, кавказец Микоян буквально взорвался. «Результаты переговоров могут быть значительно лучшими, если товарищ Микоян будет чаще улыбаться», – пошутил тогда англичанин. Нет, нарком внешней торговли сохранил внешнюю невозмутимость, но внутри был в ярости. Это заметно даже сегодня по тем воспоминаниям, которые Микоян записывал спустя десятилетия после войны. «А почему, собственно говоря, от меня ожидали улыбок? – писал Анастас Иванович. – Враг захватывал огромные пространства нашей страны, рвался к Москве и Ленинграду, а новоявленные друзья и союзники пытались использовать наше отчаянное, по их мнению, положение, чтобы продиктовать нам выгодные для них, но тяжелые для нас условия помощи в борьбе против общего врага. Я был огорчен успехами врага и возмущен поведением друзей, иногда выглядевшим как шантаж… Я счел это замечание насчет полезности моих улыбок для достижения договоренности неуместной шуткой». По свидетельству Микояна, в ходе переговоров «американцы вели себя гораздо лучше», чем англичане. Впрочем, как справедливо уточняет глава НКВТ, у США и положение, и возможности были гораздо лучше английских.

Здесь мы подходим к моменту, пожалуй, ключевому во всей внешнеэкономической деятельности СССР в ходе Великой Отечественной войны – к знаменитому ленд-лизу. По этому вопросу споры не стихают и сегодня, написаны буквально горы книг и статей. О роли и значении ленд-лиза в нашей победе с жаром дискутируют до сих пор с самых разных позиций.

Монголо-американский ленд-лиз С 1941‑го по 1945‑й США, по их оценкам, поставили в СССР продукции ленд-лиза на 11 млрд долларов (в долларах тех лет). Военные поставки из Британской империи в нашу страну за тот же период оцениваются примерно в 1,7 млрд долларов. Кстати, сами британцы получили американского ленд-лиза на сумму втрое большую, чем Вашингтон передал Москве. Приуменьшать значение этой помощи не стоит – она внесла свой значительный вклад в приближение нашей общей победы, закрыв многие проблемные моменты в военной экономике СССР. Например, по молибдену ленд-лиз покрыл 81% наших потребностей, а по молочным консервам, проще говоря, по сгущенке, – на 61%. Однако стоит помнить, что в сколь-либо заметных масштабах западная помощь началась уже после того, как наша страна выдержала и отразила самый страшный удар агрессора. В 1941–1945 гг. архетипически повторилась ситуация первой Отечественной войны, когда удар 1812 г. Россия выдержала самостоятельно, а дальше, в 1813–1814 гг., уже добивала Наполеона при заметной экономической поддержке Англии. В ходе Великой Отечественной войны в плане иностранной помощи повторились даже некоторые ключевые детали антинаполеоновской эпопеи. Так, Микоян в мемуарах приводит слова британского представителя, сказанные осенью 1941 г., что в Лондоне и Вашингтоне многие против предоставления помощи Советскому Союзу: «По мнению военных экспертов, русское сопротивление измеряется днями… И если мы отправим ценные станки и оборудование, то это будет равносильно тому, что мы их бросаем на ветер…» По воспоминаниям царских дипломатов, ровно те же доводы приводились в Лондоне и летом 1812 г., когда обсуждалось предоставление помощи союзнику по антинаполеоновской коалиции. Кроме того, вспоминая западный ленд-лиз и его весомое значение, следует не забывать и его восточный аналог – куда менее известный, но по ряду принципиальных позиций игравший для нашей военной экономики столь же ключевую роль. Речь о Монголии, стране небогатой и маленькой, но в 1941–1945 гг. давшей СССР такую помощь, которую не мог бы оказать никто более на планете. Ведь, в отличие от производства «студебеккеров» и «аэрокобр», «производство» лошадей нельзя нарастить стремительно – любые директивы грозного сталинского ЦК и любые самые щедрые инвестиции самых богатых капиталистов не заставят кобылу быстрее родить жеребенка.Вспомним, что Вторая мировая война со всей ее новейшей техникой была и последней войной с массовым использованием лошадей. К примеру, в германских дивизиях, перешедших нашу границу, на 22 июня 1941 г. их использовалось больше миллиона. В нашей армии на 1 сентября того же года вместе с людьми воевали 1,3 млн лошадей. Словом, лошадиная сила в те годы была важна не меньше моторов – лошади использовались повсеместно, и они так же, как и люди, гибли в боях, под бомбами и обстрелами. К тому же СССР вскоре после начала войны потерял почти половину своего конского поголовья, как мобилизованного в армию, так и оставшегося на оккупированной территории. И тут положение спасла Монгольская Народная Республика (МНР), поставив нам минимум 517 тыс. своих степных лошадей. В 1943–1945 гг. каждая пятая лошадь на фронте была «монголкой».

В годы войны наша страна нигде и ни за какие деньги не могла бы достать полмиллиона лошадей.

Кроме Монголии лошади в требуемом количестве имелись только в Северной и Южной Америке, доставить их оттуда в воюющий СССР было бы куда сложнее, чем весь остальной ленд-лиз… Так что, вспоминая американскую помощь, всегда стоит помнить и ее монгольский аналог.

К тому же поставки из МНР не ограничивались стратегическими количествами непарнокопытных – к нам поступали мясо, шерсть, иное сырье кочевых степей. Достаточно сказать, что и каждая пятая советская шинель в 1942–1945 гг. была из монгольского войлока.

Белкой по врагу Помимо поставок по ленд-лизу все годы войны через границу шла и обычная коммерческая торговля. Те же суда, что везли в наши порты британское и американское оружие, возвращались из СССР, груженные не только «обратным ленд-лизом» (например, мы всю войну поставляли в Штаты никель и хром), но и вполне «цивильным» товаром, который имел высокий спрос на международном рынке. Удивительно, но, как и в XVII веке, первую строчку в коммерческом экспорте из СССР в годы Великой Отечественной войны занимали меха – от лис и песца до каракуля. Всесоюзное объединение по заготовкам и экспорту меховых изделий и пушнины «Союзпушнина» в 1941–1945 гг. принесло свыше 26% всей инвалютной выручки. Объемы мехового экспорта в разгар войны поражают (для примера: в 1944 г. только беличьих шкурок продали свыше 8,3 млн!). Львиную долю мехов в те годы продали на рынке США, где население, совершенно не пострадавшее от войны, могло позволить себе и роскошь. Для сравнения: Англия за войну купила советской пушнины на сумму, почти в 40 раз меньшую, чем США. Одна только «Союзпушнина» за всю войну обеспечила выручку, эквивалентную стоимости производства почти 5 тыс. танков Т‑34–85, такого количества хватало на 6–7 танковых армий. И если вы думаете, что в РФ за четверть века появилась не то что книга, а хотя бы одна академическая статья по вопросам деятельности «Союзпушнины» в годы войны, то вы глубоко ошибаетесь – отечественные историки заняты изучением чего угодно, от тонкостей британского парламентаризма до иероглифов индейцев Мезоамерики, но только не ключевых моментов нашей истории… Вспомним, что эпоха войны была и эпохой всеобщего курения. Так вот, с 22 июня 1941 г. по конец 1945‑го СССР не закупал импортного табака вообще, зато умудрялся за валюту с выгодой продавать в США так называемые «желтые табаки», – популярные ближневосточные сорта, плантации которых советская власть успела до войны развить в Закавказье. В ходе войны США приобрели у СССР таких «желтых табаков» почти на 36 млн руб. Для сравнения: всех товаров химпрома США у нас за тот же период купили всего на 35 млн руб. События Второй мировой войны приковали внимание всего мира к Советскому Союзу. Иностранцы по всей планете с интересом читали и смотрели материалы о далекой и малоизвестной им стране. Экспорт печатной продукции и кинофильмов из СССР за те годы стал не только успехом советской пропаганды, но и весьма удачным коммерческим мероприятием. Печатная продукция, от книг и газет до открыток и почтовых марок, позволила СССР за годы войны выручить на внешнем рынке почти 27 млн руб., а экспорт советских кинофильмов – еще 38,5 млн. Только США с их могучим Голливудом купили советских фильмов тогда на 18 млн руб. К примеру, Австралия, Новая Зеландия и британская Южная Африка в те годы вообще не нуждались в каких-либо поставках из СССР, но и они за войну купили у нас печатной продукции на 700 тыс. руб. – немного, но из таких ручейков складывалась валютная выручка советского внешнеторгового объединения «Международная книга», составившая за годы войны сумму, эквивалентную производствучетверти миллиона мосинских винтовок. Все годы войны коммерческий экспорт из СССР был крайне разнообразен. Например, за рубеж активно продавались различные лекарственные травы. Лидером в таком экспорте была кора крушины – отличное средство от запора. С 22 июня 1941 г. до конца войны этой коры продали за рубеж 172 тонны на сумму 741 300 руб. В лекарственном экспорте мы найдем и цвет липы, и лист белены, и корень мандрагоры. Но самым экзотическим будет, безусловно, экспорт шпанской мушки – за 1941–1945 гг. СССР продал на внешний рынок 878 кг этого проверенного веками природного афродизиака, в то время весьма дорогого продукта. Как видим, даже предшественник виагры в годы войны тоже работал на победу. Госстрах на страже морей Всю войну внешнеторговые расчеты шли скрупулезно со всеми требованиями бухгалтерии мирного времени. Например, широко известна история потопления немецкой подлодкой британского крейсера «Эдинбург», в апреле 1942 г. шедшего из Мурманска в Англию с грузом 5,5 т советского золота, предназначенного для оплаты поставок военных материалов. Но мало кто знает такую тонкость: этот драгоценный груз был застрахован по всем правилам международных перевозок, и после потопления британского крейсера Госстрах СССР выплатил Госбанку СССР страховку в размере 6,3 млн долларов. И, в свою очередь, советский Госстрах по полагающимся расчетам получил из Англии причитающуюся долю страховки в размере 2 млн долларов. Словом, война войной, а бухгалтерия работала, как положено… Как положено, работала и советская таможня, даже во время войны по всем правилам обрабатывавшая и коммерческие грузы, и ленд-лиз. За 1941–1945 гг. численность работников таможенной службы СССР пришлось даже увеличить в полтора раза. В зарубежной контрабанде за годы войны преобладали швейные иглы и кремни для зажигалок – мелкий, но чрезвычайно ходовой товар с высочайшим спросом на нашем внутреннем рынке. К концу войны, по таможенным отчетам, номенклатура контрабанды расширилась вплоть до жевательной резинки. Всю войну шла коммерческая торговля даже со странами далекой Латинской Америки. Номенклатура советского экспорта в тот регион порой удивительна. Например, 99% стоимости советского экспорта в Бразилию за 1941–1945 гг. составило пихтовое масло, а вот Колумбия и Куба всю войну покупали у нас, пусть и в небольших объемах, бочковую икру, драгоценные камни и книги. Мексика купила у нас за те трудные годы товаров на скромные 868 тыс. руб., и чуть более половины от этой суммы составили элитные меха. Но куда интереснее будет рассмотреть коммерческую торговлю СССР со странами Европы за те же военные годы. Как это ни покажется удивительным на первый взгляд, но лидером тут будет маленькая Болгария – до 1944 г. пребывая в союзе с Гитлером, она сумела почти совершенно не пострадать от войны, особенно по сравнению с теми странами Восточной и Центральной Европы, где проходила линия фронта. С конца 1944 г. и до конца мировой войны Болгарское королевство успело купить в СССР товаров на 240 млн руб.; половину стоимости советского экспорта составили металлы, каучук и хлопок. Для сравнения: советский экспорт во Францию за тот же срок после ее освобождения от немцев был на порядок меньшим, чем в Болгарию, – всего 25 млн руб., из них 22 млн составили поставки нашего льна. Видимо, для кружев и платьиц всяческих Коко Шанель, плавно перетекших из объятий эсэсовцев в крепкие ковбойские руки недавно высадившихся в Нормандии заокеанских «реднеков»… Удивительно, но за 1945 год СССР успел поторговать даже с Италией, где только что повесили Муссолини, – страна, в которой уже была сильна своя кинематографическая школа и создавался один из лучших в послевоенном мире кинематографов, в том победном году купила у нас кинофильмов на 1,2 млн руб. Это 99% стоимости всего советского экспорта в Италию за годы войны. Победные бананы из Швеции Любопытна и торговля СССР с соседними странами–«нейтралами» в военные годы. Советский экспорт в Швецию тогда составил скромные 50 млн руб. , из этого объема на период до конца 1943 г. приходится всего один миллион. Половину стоимости шведских закупок в СССР составили пушнина и различные прядильные материалы, в основном лен и шерсть. С осени 1944 г., когда с выходом из войны Финляндии открылись логистические возможности, и до лета 1945 г. СССР купил у шведов промышленного оборудования на 62 млн руб. Победной весной 1945 г. Москва именно через шведские фирмы купила 137 тонн бананов – почти весь объем поступления за годы войны этого привычного ныне, но тогда крайне экзотического фрукта. По объемам это всего три железнодорожных вагона. Диковинные фрукты предназначались для нескольких лучших ресторанов Москвы, дипломатических приемов и иностранных посольств. Любопытно, что находившаяся под боком СССР нейтральная Турция за годы войны купила у нас минимум товаров, всего чуть более чем на 4 млн руб. Из этой откровенно жалкой суммы почти две трети составил советский бензин. Но наша страна за те годы купила у турок еще меньше – всего на 2 млн руб. В основном это было небольшое количество оливок и эксклюзивный тогда турецкий продукт – порошок «Валекс», дубильное вещество из желудей средиземноморского дуба, лучшее при производстве кожаных подошв для армейских сапог. Из всех соседних «нейтралов» за годы войны самым выгодным для СССР оказался Иран. Не забудем, что его северную часть тогда контролировали наши войска. Так вот, с 22 июня 1941 г. и до конца 1945‑го Иран купил у нас товаров на полмиллиарда рублей – на порядок больше, чем богатые шведы! В основном иранцы покупали сахар и различные ткани. Как это ни покажется сегодня странным, но десятую часть стоимости поставок в Иран из СССР тогда составили нефтепродукты – в основном мазут, керосин и бензин. Конечно же, описывая внешнюю торговлю, нельзя пройти мимо такого продавца и покупателя, как Китай. Правда, в годы Второй мировой войны существовало аж несколько Китаев, включая «независимую» Маньчжурию и коллаборационистскую Китайскую республику, союзную Токио. СССР торговал с Китаем, воевавшим против японцев. В силу трудностей с логистикой объемы нашего экспорта во владения генералиссимуса Чан Кайши были невелики – всего 12 млн руб. за все годы войны. Половину по стоимости составили советские нефтепродукты, в основном бензин.

Тогда в отечественной статистике отдельно учитывался Синьцзян, который, формально входя в Китайскую республику Чан Кайши, был фактически независимым регионом. За годы войны Синьцзян закупил у нас продукции на 52 млн руб.

, из них ровно половина, 26 млн, – это прядильные материалы, от разных тканей до ниток. Еще на 4,5 млн руб.

Синьцзян импортировал советского чая, в основном «кирпичного зеленого», из тех производств, которые успели до войны завести в советской Средней Азии.

Финансовое завершение войны Любопытен и показателен советский экспорт в Японию за годы войны. До августа 1945‑го мы с Токио не воевали. Однако если отбросить нефтяные концессии, с 20‑х годов принадлежавшие японцам на Северном Сахалине и фактически прекратившие работу к 1944 г., то объем будет очень показательным – всего 58 тыс. руб. за все время войны. Для сравнения (в данном случае откровенно анекдотического сравнения): это в 19 тысяч раз меньше, чем стоимость советского экспорта в США за тот же период! Показательно, что Токио с 22 июня 1941 г. до 9 августа 1945 г. покупал в СССР только печатную продукцию, т. е. книги и газеты. В 1945 г. все еще огромная Японская империя, простиравшаяся от Кореи до Индонезии, успела до начала боев в Маньчжурии купить у нас товаров аж на 8 тыс. руб. Мы за тот же период купили у Токио товаров на столь же символически ничтожную сумму 9 тыс. руб. – тоже исключительно японские газеты и книги. Словом, уже к 1944 г. какой-либо реальный товарооборот между СССР и Японией отсутствовал. Для характеристики внешнеторговой коммерции СССР в годы войны полезно увидеть статистику поступления «живой», наличной и безналичной валюты в нашу страну за 1944 г., в самый разгар боев. Ровно половину такой валютной выручки для нашего государства тогда дали всего четыре страны: 23% валютных поступлений обеспечила торговля с США; 16% – торговля с Ираном; 9% – торговля с Англией и ее доминионами; 2% – торговля с Китаем. Завершая тему внешнеэкономических отношений СССР в 1941–1945 гг., стоит пояснить, когда же та война закончилась для нас сугубо в финансовом плане. Все материальные и человеческие потери того страшного и героического времени мы едва ли сможем измерить, но чисто бухгалтерские расчеты всегда конечны. Закрыть счета, связанные со Второй мировой войной, Советскому Союзу помешала новая война – холодная. Споры советских и американских представителей по поводу расчетов задолженности за ленд-лиз продолжались четверть века. Лишь в 1972 г. Москва и Вашингтон согласовали сумму долга – СССР тогда обязался к 2001 г. выплатить 722 млн долларов, включая проценты. В 1973 г. американцы получили первый платеж – 48 млн долларов. Но из-за дискриминационной поправки Джексона–Вэника Москва в следующем году выплаты остановила.

После распада СССР все долги по ленд-лизу унаследовала Российская Федерация. По новому соглашению, сумма военного долга определялась в 674 млн долларов. Предполагалось, что РФ погасит ее только к 2030 г.

К началу XXI века, после неоднократной реструктуризации, все ленд-лизовские долги оказались в числе задолженности РФ перед т. н. Парижским клубом кредиторов, расчеты с которым наша страна закончила в 2004 году.

Так что чисто в финансовом смысле Великая Отечественная война завершилась для нас всего 15 лет назад.

Источник:

Ссылки по теме:

СССР  война  торговля  

Любите повспоминать, как всё было раньше?
Присоединяйтесь, поностальгируем вместе:

Новости партнёров

Источник: https://fishki.net/anti/3189624-sekrety-vneshnej-torgovli-sssr-v-gody-velikoj-otechestvennoj-vojny.html

Внешняя торговля СССР перед войной

ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ СССР ДО ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

генерал-майор
Сообщений всего: 29374
Дата рег-ции: 3.02.2011  
Репутация: 142 [+]

 МАГАЗИНЕР пишет:

Выражаясь близкой вам лексикой: и чё?

Да ни че.

 МАГАЗИНЕР пишет:

Вполне возможно, что и сейчас где-нибудь в глубинке стоят ЭВМ типа “Искра” и возможно даже в рабочем состоянии… и что из этого следует? А сколь годов, “судя по коментам”, дадите?

И какая разница…

Судя по коментам – детский сад.

 МАГАЗИНЕР пишет:

Давайте вместе посмотрим на некоторые “внешнеторговые картинки” перед войной, как задано этой темой, т.е. в 1940-м году.

Не ужели тема стала интересна сама по себе????? Обалдеть!!!!!

 МАГАЗИНЕР пишет:

А самый большой уровень закупок был в 1930-м году: потом они пошли на спад.

Вс е укладывается в логику – снижение импорта по мере развития собственной промышленности.

 МАГАЗИНЕР пишет:

Прошло ДЕСЯТЬ лет со времени этого “великого перелома” в ВЭД, т.е. когда по теории Истпарта уже была проведена индустриализация, построена промышленность и пр. и пр., и экспорт из СССР металлообрабатывающего оборудования (станки , прессы и пр.

высокотехнологические изделия) составил в 1940 г. 144 штуки на сумму 349 тыс. рублей.

Для сравнения: в том же году экспорт пресловутых “рогов и копыт”, опыт заготовки которых так продвинул незабвенный Остап Ибрагимович , также составил на вполне сопостовимую сумму в 361 тыс. рублей.

И что из этого следует???

Краткий ликбез. Согласно мирового опыта, индустриализация или экстенсивный ( количественный ) этап развития экономики длится примерно 20-25 лет.

Для этого этапа характерно уклон в кол-во произведенной продукции . организации производств, образование рабочей силы и т.п. Этот этап развития экономики – насыщение потребностей в стране, без учета качества товара.Насчет импорта-экспорта станков.1- себе не хватало2- качество не было достаточным.

3- закупали импортное как более качественное.

Далее. Квалифицированный инженер для производства -готовит Вуз 5 лет, потом еще он формируется и специализируется на предприятии 5-7 лет. И только после этого.

он как инженер может реально из себя что то представлять.

Теперь возмите цифири описывающие даты НАЧАЛО перелома приплюсуйте , что вам привел…..

надеюсь как то в сознании произойдет понимание реальных пробле6м которые были у совка??

 МАГАЗИНЕР пишет:

А такой предмет традиционного российского экспорта, как “щетина” потянул аж на 3 963 тыс. рублей, т.е. на порядок поболее…

Увы!!!!!! Наследство….промышленность была в зачаточном состоянии, все производство уходило на покрытие внутренних потребностей, качество было не высоким, а щетина и при царе батюшке шло на экспорт….

 МАГАЗИНЕР пишет:

А может ли быть так, что созданное за ДЕСЯТЬ лет подобное оборудование было на фиг не нужно никому, кроме союзной Монголии и Китаю?

Создание отечественной промышленности подчиняется мировым законам развития. В совке к примеру считали. что при социализме кризисов быть не могло ( согласно теории), однако они были. Например в 1937г замедлился рост ВВП.Все страны создававшие национальную промышленносить проходили экстенсивный этап развития. ВСЕ! см выше.

 МАГАЗИНЕР пишет:

Ведь тут в теме уже высказывался тезис о том, что закупка импортного оборудования вовсе не означает обязательный прорыв в “высокие технологии”, а, наоборот, вполне может потянуть за собой и технологическое отставание и зависимость на долгие годы…

Это пишут не очень умные люди, не читайте и не дружите с ними…..

 МАГАЗИНЕР пишет:

Не “икнулись” ли в последствии эти самые, образно говоря, “немецкие станки ” в 70-х-то годах?..

Нет не икнулись. В тот момент на предприятиях можно было найти станки марок ДИП300 или ДИП500. Причем в хорошем рабочем состоянии.СССР не икнулись станки, технологически СССР на момент своей смерти был на пике развития, 2-я экономика мира. Причины “икоты” – в иной аплоскости.

(Добавление)

 Andrew Vladoff пишет:

Аз БуковУ “флюса” всё однобоко! Если сравнить объём торговых связей будущих союзников СССР с Германией накануне ВМВ, то они гораздо больше, чем у СССР !

Англия-это треть поставок меди, никель. Канада-никель.

Железная руда-Швеция. США – “Стандарт ойл””- нефть. Английские фирмы “Виккерс”, “Хэдфилдс”-двигатели и вооружения для подводного флота Германии.

Авиамоторы и авиаоборудование – США , “Пратт энд Уитни” ,”Дуглас” и др!

Религия и знания вещи не совместные!!!!!

г-н Аз Буков – классический совок, т.к. оперирует не фактами. а лозунгами и эмоциями…
(Добавление)Коротко СССР. Внешняя торговля и внешние экономические связи БСЭ Развитие внешней торговли. Внешняя торговля России отражала характер её экономики. Главную роль в экспорте играли продовольственные товары и сырьё для их производства (54,7% всего экспорта в 1913). В импорте преобладали сырьё (48,6%) и готовые изделия (32,8%). Наряду с машинами, цветными металлами, хлопком, шерстью ввозились на значительные суммы предметы роскоши для буржуазии и помещиков, 1-я мировая война 1914—18 дезорганизовала внешнюю торговлю. Она ярко выявила экономическую отсталость страны, её зависимость от импорта, особенно машин и оборудования.В зависимости от объективных экономических и политических условий того или иного этапа развития СССР менялись структура и объём внешней торговли. Так, в первые годы Советской власти, вследствие организованной империалистами экономической блокады, внешнеторговые операции были незначительны, а торговый баланс пассивным. В период восстановления народного хозяйства (1921—26), когда требовалось развивать лёгкую промышленность, в импорте преобладало сырьё (хлопок, шерсть, кожа). Структура экспорта мало изменилась по сравнению с дореволюционным периодом (в 1924 зерно — 37,8%, лес и лесоматериалы — 13%, нефть и нефтепродукты — 11%, пушнина — 5%). Заметно выросли экономические связи с капиталистическими странами. СССР прорвал кредитную блокаду: Германия, Австрия и другие государства начали давать гарантии по кредитам, предоставлявшимся Советскому Союзу фирмами соответствующих стран. Развитие внешней торговли в годы довоенных пятилеток определялось историческими задачами, связанными с социалистической индустриализацией и коллективизацией сельского хозяйства. В этот период основной задачей внешней торговли был ввоз средств производства. За годы 1-й пятилетки (1929—32) объём внешней торговли достиг больших размеров. Уд. вес машин и оборудования в импорте возрос до 55,7% в 1932 (20,6% в 1925/26, 30,1% в 1929); чёрных и цветных металлов — до 20,1% (7,6%, 12,8% соответственно). В связи с успехами отечеств. хлопководства удельный вес хлопка в импорте понизился с 13,3% в 1929 до 2,5% в 1932. За годы пятилетки было ввезено машин и оборудования на сумму, составляющую 57% всей стоимости машин и оборудования, ввезённых за период 1918—37. Начиная с 1933 и до 1938 объём внешней торговли сокращался: рост продукции советского машиностроения в 1-й пятилетке привёл к уменьшению импорта машин и оборудования. Вместе с тем стало возможным сократить вывоз и увеличить поставку на внутренний рынок ряда продовольственных товаров (зерно, масло, яйца), занимавших до этого видное место в советском экспорте. Развитие внешней торговли в эти годы тормозилось также упадком экономики капиталистических стран. Последовавшая за кризисом 1929—33 длительная депрессия в капиталистическом мире повлекла за собой уменьшение экспорта из СССР. В 1933—1937 СССР использовал активное сальдо торгового баланса для погашения кредитов, полученных от фирм капиталистических стран. Важные изменения произошли в структуре внешней торговли. В 1937—1938 удельный вес импортируемого машинного оборудования в отношении отечественного производства оборудования составлял уже менее 1%. Если до Октябрьской революции 1917 промышленный экспорт России составлял 30%, а сельскохозяйственный — 70%, то в 1938 на долю промышленного экспорта приходилось 63,6%, на долю сельского хозяйства — 36,4% всего советского экспорта. В экспорте появились статьи, отсутствовавшие в дореволюционной России: химикалии, машины, паровозы, вагоны, автомобили и т. п.; увеличился вывоз обработанных и полуобработанных сырьевых товаров. Вместе с тем из экспорта были исключены продовольственные товары, необходимые для повышения уровня внутреннего потребления.

http://dic.academic.ru/dic.nsf/bse/129040/СССР

(Добавление)Некоторые данные в сравнении: Так же не указан станочный парк. В СССР в первом полугодии 1941 года было 32 328 металлорежущих станков. В Германии и подчиненных ей странах – около 300 000. (В самой Германии – 124 000). Кроме того, отставание Германии в добыче нефти легко перекрывалось производством синтетического горючего. Превосходила Германия Советский Союз и в производстве сельскохозяйственной продукции. С сорокового года против СССР работала уже вся Европа.

Долгое время в советской литературе бытовала фраза о работе экономики всей Европы на германскую военную промышленность. Попробуем немного разъяснить эту фразу. После установления оккупационного режима германские власти устанавливали выгодный им курс валюты покорённой страны, естественно заниженный. Так, например, за одну марку надо было платить двадцать франков.

Это позволяло германским промышленникам скупать за бесценок французские активы. Гарантией же этой скупки выступали исключительно германские пушки и танки. Это позволило выгодно разместить многие военные заказы на французских предприятиях. Я уже упоминал о большом количестве чешских танков в Вермахте.

На французских заводах изготавливали бронетранспортёры и двигатели к ним, так же, как на чешских заводах делали танки и самоходки (впрочем, на чешских заводах делали и бронетранспортёры).

Кроме того, германские экономисты широко использовали при размещении заказов клиринговую схему, когда за продукцию расплачивались не сразу, а в течение некоторого времени, причём без учёта инфляции (промышленный кредит). Если в сороковом году задолженность Германии по клирингам составляла три миллиарда марок, то в сорок первом году – десять миллиардов, возрастая в дальнейшем.

Но использовались не только клиринговые схемы: как я уже говорил, искусственно завышенный курс марки позволял довольно выгодно размещать военные заказы в покорённых странах. Плюс к этому Германия взимала с оккупированных стран т.н. оккупационные платежи (в 1940 г. – 4 млрд. марок, в 1941 г. – 14 млрд.)

(Отредактировано автором: 4 сентября 2013 — 11:18)—–

Сбили с ног, сражайся на коленях. Не можешь встать, атакуй лежа.

Источник: https://istorya.pro/vneshnyaya-torgovlya-sssr-pered-voynoy-4-t18.html

Секреты внешней торговли СССР в годы Великой Отечественной войны

ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ СССР ДО ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

В пересчете на современные цены один день Великой Отечественной войны обходился нам минимум в два миллиарда долларов только прямых расходов.

Даже одно это финансовое напряжение, не говоря уже о прочих ударах и потерях, могло бы сломать иное государство.

Но наши предки победили, и, конечно же, секрет великой Победы 9 мая заключается во внутренней организации власти, общества и экономики тех роковых лет. Ежедневный героизм в тылу и ежедневный подвиг на фронте.

В годы войны ни на день не прекращалась и внешняя торговля – сложная и разнообразная, тоже помогавшая громить врага. О том, как это было, рассказывает «Профиль».

Нквт важнее нквд

Все годы Второй мировой войны Народный комиссариат (министерство) внешней торговли возглавлял человек, который – один из немногих даже среди ближайшего сталинского окружения – был на «ты» с вождем СССР. Впрочем, главным достоинством Анастаса Микояна было не его приятельское «тыканье» Сталину, а недюжинный организационный опыт и хорошее знание экономики, как советской, так и зарубежной.

К 22 июня 1941 г. за плечами у этого щуплого кавказца было полтора десятилетия во главе министерств (тогда – народных комиссариатов, наркоматов) внешней и внутренней торговли, снабжения и пищевой промышленности.

Нарком Микоян – это не только «микояновская» колбаса, но и знаменитое советское мороженое: именно он в 30‑е годы массово построил в городах СССР хладокомбинаты, привезя такой опыт из своей деловой поездки в США.

 Словом, к экономической войне нарком Микоян был готов лучше, чем многие будущие маршалы Победы.

Внешнеэкономическая подготовка к будущему столкновению началась задолго до первого дня Второй мировой войны. По воспоминаниям самого Микояна, где-то на исходе 1938 г.

произошли следующие знаковые события: «У Сталина возникла идея закупить на случай войны стратегические материалы, которых у нас было мало, и создать запас, о котором абсолютно никто не знал бы. Об этом он мне сказал с глазу на глаз и поручил действовать.

В мое личное распоряжение он выделил большую сумму валюты… Об этом не знает ни Госплан, ни другие органы – никто не знает. Наркомфин знает только, что золото он должен отпускать наркому внешней торговли, не спрашивая…»

Стратегические закупки на внешних рынках шли по всем правилам конспиративных спецопераций. Микоян вспоминал: «В составе Наркомвнешторга находилось Таможенное управление, имевшее склады, предназначенные для хранения импортных товаров.

И вот я решил создать, так сказать, в недрах Таможенного управления, но фактически от него независимую, организацию по закупке и хранению стратегических материалов. Такая организация была создана. Но об этой организации ни Госплан, ни Наркомфин и никакие другие государственные органы ничего не знали.

Эта организация подчинялась только и непосредственно мне как наркому внешней торговли…»

До 22 июня 1941 г. за границей успели купить внушительные запасы сырья, не производившегося или производившегося в малых объемах на территории СССР: натуральный каучук, алюминий, никель, кобальт, висмут, кадмий, магний, ртуть, алмазы, вольфрам, ванадий, молибден и др.

«Первоначально, – вспоминал Микоян, – все это хранилось на таможенных складах, расположенных в приграничных районах. Когда же угроза войны стала реальной, я решил перебазировать эти запасы подальше от границы, в Оренбург, где для этой цели были освобождены большие хлебные склады. Сталин очень интересовался всем этим делом.

Я ему регулярно докладывал о ходе закупок и образовании запасов, об организации их хранения…»

По некоторым позициям редких импортных металлов созданные перед войной запасы покрыли до 70% их расходов за 1941–1945 гг. В этом смысле народный комиссариат внешней торговли (НКВТ) сделал для победы не меньше, а то и больше, чем знаменитый НКВД с его пограничниками, разведчиками и оперативниками будущего «Смерша».

Неулыбчивый Микоян

Именно нарком внешней торговли Микоян с первых недель войны, уже в июле 1941 г., занялся переговорами с англичанами и американцами об экономической взаимопомощи в ходе борьбы против общего противника. Переговоры между невольными союзниками шли трудно и жестко.

Разногласий хватало – например, СССР соглашался брать у западных партнеров кредиты под 3% годовых, а англичане настаивали на 3,5%.

Разница в незначительной с виду половине процента в реальности означала для нас экономию или утерю гигантских средств в дефицитной валюте.

Представители США и Британской империи постоянно апеллировали к Сталину, но тот показательно отстранился от обсуждения именно экономических и внешнеторговых вопросов – под предлогом занятости чисто военной работой не принимал никого из иностранцев по проблемам такого рода, упорно отсылая их решать все спорные моменты экономики к Микояну. Когда же на исходе августа 1941 г. представитель лорда Бивербрука, руководителя всей британской экономики военных лет, решил блеснуть пресловутым английским юмором, кавказец Микоян буквально взорвался.

«Результаты переговоров могут быть значительно лучшими, если товарищ Микоян будет чаще улыбаться», – пошутил тогда англичанин. Нет, нарком внешней торговли сохранил внешнюю невозмутимость, но внутри был в ярости. Это заметно даже сегодня по тем воспоминаниям, которые Микоян записывал спустя десятилетия после войны.

«А почему, собственно говоря, от меня ожидали улыбок? – писал Анастас Иванович.

 – Враг захватывал огромные пространства нашей страны, рвался к Москве и Ленинграду, а новоявленные друзья и союзники пытались использовать наше отчаянное, по их мнению, положение, чтобы продиктовать нам выгодные для них, но тяжелые для нас условия помощи в борьбе против общего врага. Я был огорчен успехами врага и возмущен поведением друзей, иногда выглядевшим как шантаж… Я счел это замечание насчет полезности моих улыбок для достижения договоренности неуместной шуткой».

По свидетельству Микояна, в ходе переговоров «американцы вели себя гораздо лучше», чем англичане. Впрочем, как справедливо уточняет глава НКВТ, у США и положение, и возможности были гораздо лучше английских.

Здесь мы подходим к моменту, пожалуй, ключевому во всей внешнеэкономической деятельности СССР в ходе Великой Отечественной войны – к знаменитому ленд-лизу. По этому вопросу споры не стихают и сегодня, написаны буквально горы книг и статей. О роли и значении ленд-лиза в нашей победе с жаром дискутируют до сих пор с самых разных позиций.

Монголо-американский ленд-лиз

Советские солдаты быстро осваивали зарубежную технику – от американских танков «Шерман» (фото вверху) до английских пулеметов «Льюис» (внизу)

PastPix/TopFoto/Vostock Photo

С 1941‑го по 1945‑й США, по их оценкам, поставили в СССР продукции ленд-лиза на 11 млрд долларов (в долларах тех лет). Военные поставки из Британской империи в нашу страну за тот же период оцениваются примерно в 1,7 млрд долларов. Кстати, сами британцы получили американского ленд-лиза на сумму втрое большую, чем Вашингтон передал Москве.

Приуменьшать значение этой помощи не стоит – она внесла свой значительный вклад в приближение нашей общей победы, закрыв многие проблемные моменты в военной экономике СССР. Например, по молибдену ленд-лиз покрыл 81% наших потребностей, а по молочным консервам, проще говоря, по сгущенке, – на 61%.

Однако стоит помнить, что в сколь-либо заметных масштабах западная помощь началась уже после того, как наша страна выдержала и отразила самый страшный удар агрессора. В 1941–1945 гг. архетипически повторилась ситуация первой Отечественной войны, когда удар 1812 г. Россия выдержала самостоятельно, а дальше, в 1813–1814 гг., уже добивала Наполеона при заметной экономической поддержке Англии.

В ходе Великой Отечественной войны в плане иностранной помощи повторились даже некоторые ключевые детали антинаполеоновской эпопеи. Так, Микоян в мемуарах приводит слова британского представителя, сказанные осенью 1941 г.

, что в Лондоне и Вашингтоне многие против предоставления помощи Советскому Союзу: «По мнению военных экспертов, русское сопротивление измеряется днями… И если мы отправим ценные станки и оборудование, то это будет равносильно тому, что мы их бросаем на ветер…» По воспоминаниям царских дипломатов, ровно те же доводы приводились в Лондоне и летом 1812 г., когда обсуждалось предоставление помощи союзнику по антинаполеоновской коалиции.

Кроме того, вспоминая западный ленд-лиз и его весомое значение, следует не забывать и его восточный аналог – куда менее известный, но по ряду принципиальных позиций игравший для нашей военной экономики столь же ключевую роль. Речь о Монголии, стране небогатой и маленькой, но в 1941–1945 гг. давшей СССР такую помощь, которую не мог бы оказать никто более на планете.

Ведь, в отличие от производства «студебеккеров» и «аэрокобр», «производство» лошадей нельзя нарастить стремительно – любые директивы грозного сталинского ЦК и любые самые щедрые инвестиции самых богатых капиталистов не заставят кобылу быстрее родить жеребенка.

Вспомним, что Вторая мировая война со всей ее новейшей техникой была и последней войной с массовым использованием лошадей. К примеру, в германских дивизиях, перешедших нашу границу, на 22 июня 1941 г. их использовалось больше миллиона.

В нашей армии на 1 сентября того же года вместе с людьми воевали 1,3 млн лошадей.

Словом, лошадиная сила в те годы была важна не меньше моторов – лошади использовались повсеместно, и они так же, как и люди, гибли в боях, под бомбами и обстрелами.

К тому же СССР вскоре после начала войны потерял почти половину своего конского поголовья, как мобилизованного в армию, так и оставшегося на оккупированной территории.

И тут положение спасла Монгольская Народная Республика (МНР), поставив нам минимум 517 тыс. своих степных лошадей. В 1943–1945 гг. каждая пятая лошадь на фронте была «монголкой».

В годы войны наша страна нигде и ни за какие деньги не могла бы достать полмиллиона лошадей.

Кроме Монголии лошади в требуемом количестве имелись только в Северной и Южной Америке, доставить их оттуда в воюющий СССР было бы куда сложнее, чем весь остальной ленд-лиз… Так что, вспоминая американскую помощь, всегда стоит помнить и ее монгольский аналог.

 К тому же поставки из МНР не ограничивались стратегическими количествами непарнокопытных – к нам поступали мясо, шерсть, иное сырье кочевых степей. Достаточно сказать, что и каждая пятая советская шинель в 1942–1945 гг. была из монгольского войлока.

Белкой по врагу

©Анатолий Гаранин/РИА НовостиПомимо поставок по ленд-лизу все годы войны через границу шла и обычная коммерческая торговля.

Те же суда, что везли в наши порты британское и американское оружие, возвращались из СССР, груженные не только «обратным ленд-лизом» (например, мы всю войну поставляли в Штаты никель и хром), но и вполне «цивильным» товаром, который имел высокий спрос на международном рынке.

Удивительно, но, как и в XVII веке, первую строчку в коммерческом экспорте из СССР в годы Великой Отечественной войны занимали меха – от лис и песца до каракуля.

Всесоюзное объединение по заготовкам и экспорту меховых изделий и пушнины «Союзпушнина» в 1941–1945 гг. принесло свыше 26% всей инвалютной выручки. Объемы мехового экспорта в разгар войны поражают (для примера: в 1944 г.

только беличьих шкурок продали свыше 8,3 млн!). Львиную долю мехов в те годы продали на рынке США, где население, совершенно не пострадавшее от войны, могло позволить себе и роскошь.

Для сравнения: Англия за войну купила советской пушнины на сумму, почти в 40 раз меньшую, чем США.

Одна только «Союзпушнина» за всю войну обеспечила выручку, эквивалентную стоимости производства почти 5 тыс. танков Т‑34–85, такого количества хватало на 6–7 танковых армий.

И если вы думаете, что в РФ за четверть века появилась не то что книга, а хотя бы одна академическая статья по вопросам деятельности «Союзпушнины» в годы войны, то вы глубоко ошибаетесь – отечественные историки заняты изучением чего угодно, от тонкостей британского парламентаризма до иероглифов индейцев Мезоамерики, но только не ключевых моментов нашей истории…

Вспомним, что эпоха войны была и эпохой всеобщего курения. Так вот, с 22 июня 1941 г.

по конец 1945‑го СССР не закупал импортного табака вообще, зато умудрялся за валюту с выгодой продавать в США так называемые «желтые табаки», – популярные ближневосточные сорта, плантации которых советская власть успела до войны развить в Закавказье.

В ходе войны США приобрели у СССР таких «желтых табаков» почти на 36 млн руб. Для сравнения: всех товаров химпрома США у нас за тот же период купили всего на 35 млн руб.

События Второй мировой войны приковали внимание всего мира к Советскому Союзу. Иностранцы по всей планете с интересом читали и смотрели материалы о далекой и малоизвестной им стране.

Экспорт печатной продукции и кинофильмов из СССР за те годы стал не только успехом советской пропаганды, но и весьма удачным коммерческим мероприятием. Печатная продукция, от книг и газет до открыток и почтовых марок, позволила СССР за годы войны выручить на внешнем рынке почти 27 млн руб.

, а экспорт советских кинофильмов – еще 38,5 млн. Только США с их могучим Голливудом купили советских фильмов тогда на 18 млн руб.

К примеру, Австралия, Новая Зеландия и британская Южная Африка в те годы вообще не нуждались в каких-либо поставках из СССР, но и они за войну купили у нас печатной продукции на 700 тыс. руб.

– немного, но из таких ручейков складывалась валютная выручка советского внешнеторгового объединения «Международная книга», составившая за годы войны сумму, эквивалентную производству
четверти миллиона мосинских винтовок.

Все годы войны коммерческий экспорт из СССР был крайне разнообразен. Например, за рубеж активно продавались различные лекарственные травы. Лидером в таком экспорте была кора крушины – отличное средство от запора. С 22 июня 1941 г. до конца войны этой коры продали за рубеж 172 тонны на сумму 741 300 руб.

В лекарственном экспорте мы найдем и цвет липы, и лист белены, и корень мандрагоры. Но самым экзотическим будет, безусловно, экспорт шпанской мушки – за 1941–1945 гг. СССР продал на внешний рынок 878 кг этого проверенного веками природного афродизиака, в то время весьма дорогого продукта.

Как видим, даже предшественник виагры в годы войны тоже работал на победу.

Госстрах на страже морей

Всю войну внешнеторговые расчеты шли скрупулезно со всеми требованиями бухгалтерии мирного времени. Например, широко известна история потопления немецкой подлодкой британского крейсера «Эдинбург», в апреле 1942 г. шедшего из Мурманска в Англию с грузом 5,5 т советского золота, предназначенного для оплаты поставок военных материалов.

Но мало кто знает такую тонкость: этот драгоценный груз был застрахован по всем правилам международных перевозок, и после потопления британского крейсера Госстрах СССР выплатил Госбанку СССР страховку в размере 6,3 млн долларов. И, в свою очередь, советский Госстрах по полагающимся расчетам получил из Англии причитающуюся долю страховки в размере 2 млн долларов.

Словом, война войной, а бухгалтерия работала, как положено…

Как положено, работала и советская таможня, даже во время войны по всем правилам обрабатывавшая и коммерческие грузы, и ленд-лиз. За 1941–1945 гг. численность работников таможенной службы СССР пришлось даже увеличить в полтора раза.

В зарубежной контрабанде за годы войны преобладали швейные иглы и кремни для зажигалок – мелкий, но чрезвычайно ходовой товар с высочайшим спросом на нашем внутреннем рынке.

К концу войны, по таможенным отчетам, номенклатура контрабанды расширилась вплоть до жевательной резинки.

Всю войну шла коммерческая торговля даже со странами далекой Латинской Америки. Номенклатура советского экспорта в тот регион порой удивительна. Например, 99% стоимости советского экспорта в Бразилию за 1941–1945 гг.

составило пихтовое масло, а вот Колумбия и Куба всю войну покупали у нас, пусть и в небольших объемах, бочковую икру, драгоценные камни и книги. Мексика купила у нас за те трудные годы товаров на скромные 868 тыс. руб.

, и чуть более половины от этой суммы составили элитные меха.

Но куда интереснее будет рассмотреть коммерческую торговлю СССР со странами Европы за те же военные годы. Как это ни покажется удивительным на первый взгляд, но лидером тут будет маленькая Болгария – до 1944 г.

пребывая в союзе с Гитлером, она сумела почти совершенно не пострадать от войны, особенно по сравнению с теми странами Восточной и Центральной Европы, где проходила линия фронта. С конца 1944 г. и до конца мировой войны Болгарское королевство успело купить в СССР товаров на 240 млн руб.

; половину стоимости советского экспорта составили металлы, каучук и хлопок.

Для сравнения: советский экспорт во Францию за тот же срок после ее освобождения от немцев был на порядок меньшим, чем в Болгарию, – всего 25 млн руб., из них 22 млн составили поставки нашего льна. Видимо, для кружев и платьиц всяческих Коко Шанель, плавно перетекших из объятий эсэсовцев в крепкие ковбойские руки недавно высадившихся в Нормандии заокеанских «реднеков»…

Удивительно, но за 1945 год СССР успел поторговать даже с Италией, где только что повесили Муссолини, – страна, в которой уже была сильна своя кинематографическая школа и создавался один из лучших в послевоенном мире кинематографов, в том победном году купила у нас кинофильмов на 1,2 млн руб. Это 99% стоимости всего советского экспорта в Италию за годы войны.

Победные бананы из Швеции

Любопытна и торговля СССР с соседними странами–«нейтралами» в военные годы. Советский экспорт в Швецию тогда составил скромные 50 млн руб. , из этого объема на период до конца 1943 г. приходится всего один миллион. Половину стоимости шведских закупок в СССР составили пушнина и различные прядильные материалы, в основном лен и шерсть.

С осени 1944 г., когда с выходом из войны Финляндии открылись логистические возможности, и до лета 1945 г. СССР купил у шведов промышленного оборудования на 62 млн руб. Победной весной 1945 г.

Москва именно через шведские фирмы купила 137 тонн бананов – почти весь объем поступления за годы войны этого привычного ныне, но тогда крайне экзотического фрукта. По объемам это всего три железнодорожных вагона.

Диковинные фрукты предназначались для нескольких лучших ресторанов Москвы, дипломатических приемов и иностранных посольств.

Любопытно, что находившаяся под боком СССР нейтральная Турция за годы войны купила у нас минимум товаров, всего чуть более чем на 4 млн руб. Из этой откровенно жалкой суммы почти две трети составил советский бензин.

Но наша страна за те годы купила у турок еще меньше – всего на 2 млн руб.

В основном это было небольшое количество оливок и эксклюзивный тогда турецкий продукт – порошок «Валекс», дубильное вещество из желудей средиземноморского дуба, лучшее при производстве кожаных подошв для армейских сапог.

Из всех соседних «нейтралов» за годы войны самым выгодным для СССР оказался Иран. Не забудем, что его северную часть тогда контролировали наши войска. Так вот, с 22 июня 1941 г.

и до конца 1945‑го Иран купил у нас товаров на полмиллиарда рублей – на порядок больше, чем богатые шведы! В основном иранцы покупали сахар и различные ткани.

Как это ни покажется сегодня странным, но десятую часть стоимости поставок в Иран из СССР тогда составили нефтепродукты – в основном мазут, керосин и бензин.

Конечно же, описывая внешнюю торговлю, нельзя пройти мимо такого продавца и покупателя, как Китай. Правда, в годы Второй мировой войны существовало аж несколько Китаев, включая «независимую» Маньчжурию и коллаборационистскую Китайскую республику, союзную Токио.

СССР торговал с Китаем, воевавшим против японцев. В силу трудностей с логистикой объемы нашего экспорта во владения генералиссимуса Чан Кайши были невелики – всего 12 млн руб. за все годы войны.

Половину по стоимости составили советские нефтепродукты, в основном бензин.

Тогда в отечественной статистике отдельно учитывался Синьцзян, который, формально входя в Китайскую республику Чан Кайши, был фактически независимым регионом. За годы войны Синьцзян закупил у нас продукции на 52 млн руб.

, из них ровно половина, 26 млн, – это прядильные материалы, от разных тканей до ниток. Еще на 4,5 млн руб.

Синьцзян импортировал советского чая, в основном «кирпичного зеленого», из тех производств, которые успели до войны завести в советской Средней Азии.

Финансовое завершение войны

Несмотря на жестокую войну, СССР вел активную внешнюю торговлю и зарабатывалвалюту на продаже самых разнообразных товаров – от металлургического проката до пушнины

Фотохроника ТАСС

Любопытен и показателен советский экспорт в Японию за годы войны. До августа 1945‑го мы с Токио не воевали.

Однако если отбросить нефтяные концессии, с 20‑х годов принадлежавшие японцам на Северном Сахалине и фактически прекратившие работу к 1944 г., то объем будет очень показательным – всего 58 тыс. руб. за все время войны.

Для сравнения (в данном случае откровенно анекдотического сравнения): это в 19 тысяч раз меньше, чем стоимость советского экспорта в США за тот же период!

Показательно, что Токио с 22 июня 1941 г. до 9 августа 1945 г. покупал в СССР только печатную продукцию, т. е. книги и газеты. В 1945 г.

все еще огромная Японская империя, простиравшаяся от Кореи до Индонезии, успела до начала боев в Маньчжурии купить у нас товаров аж на 8 тыс. руб. Мы за тот же период купили у Токио товаров на столь же символически ничтожную сумму 9 тыс. руб.

 – тоже исключительно японские газеты и книги. Словом, уже к 1944 г. какой-либо реальный товарооборот между СССР и Японией отсутствовал.

Для характеристики внешнеторговой коммерции СССР в годы войны полезно увидеть статистику поступления «живой», наличной и безналичной валюты в нашу страну за 1944 г., в самый разгар боев.

Ровно половину такой валютной выручки для нашего государства тогда дали всего четыре страны: 23% валютных поступлений обеспечила торговля с США; 16% – торговля с Ираном; 9% – торговля с Англией и ее доминионами; 2% – торговля с Китаем.

Завершая тему внешнеэкономических отношений СССР в 1941–1945 гг., стоит пояснить, когда же та война закончилась для нас сугубо в финансовом плане.

Все материальные и человеческие потери того страшного и героического времени мы едва ли сможем измерить, но чисто бухгалтерские расчеты всегда конечны.

Закрыть счета, связанные со Второй мировой войной, Советскому Союзу помешала новая война – холодная.

Споры советских и американских представителей по поводу расчетов задолженности за ленд-лиз продолжались четверть века. Лишь в 1972 г.

Москва и Вашингтон согласовали сумму долга – СССР тогда обязался к 2001 г. выплатить 722 млн долларов, включая проценты. В 1973 г. американцы получили первый платеж – 48 млн долларов.

Но из-за дискриминационной поправки Джексона–Вэника Москва в следующем году выплаты остановила.

После распада СССР все долги по ленд-лизу унаследовала Российская Федерация. По новому соглашению, сумма военного долга определялась в 674 млн долларов. Предполагалось, что РФ погасит ее только к 2030 г.

К началу XXI века, после неоднократной реструктуризации, все ленд-лизовские долги оказались в числе задолженности РФ перед т. н. Парижским клубом кредиторов, расчеты с которым наша страна закончила в 2004 году.

Так что чисто в финансовом смысле Великая Отечественная война завершилась для нас всего 15 лет назад.

Источник: https://profile.ru/history/sekrety-vneshnej-torgovli-sssr-v-gody-velikoj-otechestvennoj-vojny-141737/

Book for ucheba
Добавить комментарий